все вместе. Мэтт смотрел прямо на них.
— Эй, Фин? — Начал он. — А это не те….?
Беги. — Фин развернулся и побежал, Мэтт помчался за ним, и райдеры пустились в погоню.
Им удалось оторваться от райдеров до того, как они вернулись к Лори. Потом, когда они выходили из города, то видели их снова. Не было похоже, что райдеры заметили их, но парни решили не рисковать. Они бежали из Блеквела и не оглядывались.
Поздно той же ночью Мэтт проснулся от резкого запаха мокрой травы. Вдалеке завизжал койот. Возле него кто-то застонал во сне. Поход. Я в походе.
Он снова начал погружаться в сон, а затем почувствовал влажную траву. Влажность просачивалась сквозь рукава, и он выпрямился, вспомнив, как отец кричал на него за то, что он прислонил свой рюкзак к палатке.
Все, что касается палатки, пропускает дождь. Ты больше не ребенок, Мэтт. Пора перестать так вести себя.
Мэтт вскочил, пытаясь увидеть, что он оставил возле палатки на этот раз. Но палатки не было. Он смотрел на обрывки ночного неба сквозь верхушки деревьев. Мэтт сильно заморгал, пытаясь сосредоточиться. Затем осмотрелся, увидел Лори и Фина, и все вернулось назад.
Он услышал голос Провидца:
— Наш борец — Мэттью Торсен.
Потом Дедушку:
— Мой внук удостоен самой высокой награды, и мы будем гордиться им. Он займет свое место в залах Вальхалы, как борец с давно умершими богами. Как герой. Наш герой.
У Мэтта все сжалось внутри. Его нога скользнула по мокрой траве и он упал на колени. Его желудок рухнул вместе с ним. Он упал на четвереньки, его вырвало.
Ошибка. Должно быть, это ошибка. Они не сделают этого. Не мама. Не папа. И особенно, не дедушка.
И не смотря на то, что он отрицал это, его желудок продолжал сжиматься в спазмах, и тонкая струйка стекала, когда он кашлял.
— Мэтт?
Он быстро поднялся и смахнул рукой каплю со рта. Лори сидела уставившись на него.
— Ты в порядке? — Тихо спросила она. После короткой паузы она добавила. — Или это тупой вопрос?
— Я в норме. — Он сильнее вытер рот и выпрямился, позволяя голосу упасть на октаву. — Прости за это. Просто…базарная еда. Корн-доги имеют прекрасный вкус. Потом ты просыпаешься среди ночи с чувством будто они сделаны из настоящих собак.
Она не улыбнулась, лишь продолжала вглядываться в его лицо в темноте. Мэтт попытался выпрямиться еще больше. Он не мог позволить ей увидеть, что был напуган. Она — девушка. Она должна быть защищена. Так всегда говорил отец.
— Все в порядке. — Сказал он.
— Э-э, нет. Не в порядке. — Ответила Лори. — Тебя и Фина чуть не убили райдеры. Нас всех чуть не убило торнадо. А теперь мы спим в лесу, восстанавливаем силы, чтобы бороться и остановить конец света. Все совсем не в порядке.
— Но будет. Все под контролем.
Нет, это не так, ты, идиот. Ты понятия не имеешь, что делать. Без понятия куда идти. Скоро наступит утро, и они поймут, что у тебя нет хорошего плана. У тебя нет никакого плана вообще.
— Все под контролем. — Повторяй это почаще и, может, сможешь в это поверить. — Просто возвращайся…
— Ш-ш-ш!
Мэтт посмотрел на нее.
— А?
Лори открыла рот чтобы что-то сказать, но рядом с ней, куда сел сердитый Фин, раздалось новое «Ш-ш-ш!». Он задрал голову и жестом показал вокруг них.
Когда Мэтт нахмурился, Фин еще больше помрачнел.
— Ты что, глухой, Торсен? Перестань болтать и послушай.
Мэтт услышал слабый шелест травы. Он хотел было сказать, что это просто ветер, но Фин и так считал его несообразительным богатым ребенком. Когда он прислушался внимательнее, то услышал глухой звук, вроде…
Он не был уверен, как именно это звучало. Не ветер. И тем более, не снующий кролик. Что-то знакомое, но смутно. Некоторые воспоминания были глубоко заперты в его мозге.
Затем другой шум:
— Клик-клик. — Будто игральные кости постукивающие друг о друга.
— Я гляну. — Прошептал он.
Фин пожал плечами.
— Как знаешь.
Когда Лори одарила Фина взглядом, он сказал:
— Чего? Он сам предложил.
Лори начала подниматься.
— Я пойду…
Фин поймал ее за руку.
— Чем больше нас пойдет, тем больше будет шума. Торсен справиться.
Мэтт расправил плечи и, как он надеялся, уверенно кивнул. Затем он скользнул в кусты, присел и начал передвигаться. Он сделал всего лишь несколько шагов, когда услышал кликанье снова. Затем фырканье. И глухой удар. Все три звука раздались с разных сторон. Он попытался сделать еще шаг, но его тело не слушалось, замерев на месте.
Его амулет снова начал вибрировать, как это было с норнами, только теперь это ощущалось по-другому. Это ощущалось, как проблема.
Позади послышался шепот. Мэтт оглянулся и увидел Лори, наклонившейся к кузену. Ее взгляд был устремлен на Мэтта и она будто шептала что-то. Он не мог расслышать ее слов, но мог представить их. Торсен не может этого сделать. Он испугался.
Обычно, он не был таким прыгучим. Да, он был в походе множество раз. Но после вчерашней ночи, он не был уверен, что это был лишь дикий зверь. Это мог быть… ну, там могло быть много чего. В скандинавских мифах полно монстров.
Он сжал зубы и продолжил идти, напрягаясь, чтобы видеть в темноте, наклоняясь вперед, пока чуть не споткнулся. Затем он увидел огромную бледную фигуру прямо за лесом. Оно должно было быть не менее семи футов в высоту и почти таким же в длину.
Это невозможно. Нет ничего таких больших размеров.
Ничего естественного.
Ведь нет ничего естественного в гигантских змеях и детях, превращающихся в волков.
Что-то выследило их. Какой-то монстр. Его разум перебирал мифические книги. Троли. Лесные гиганты. Берсеки.
Новое фырканье слева. Когда он повернулся, то смог разглядеть вторую огромную бледную фигуру. А за ней третью. И четвертую…
Он сглотнул.
Они были окружены. Эти сущности нашли их, и теперь…
— Я пришла за сыном Тора. Выведите его. — Это был женский голос. Но не похожий ни на один женский голос, который Мэтт когда-либо слышал. В нем не было мягкости. Он был резким, будто карканье ворона.
Он медленно попятился назад.
— Ты! — Бледное чудище двинулось к опушке леса. — Я вижу тебя, мальчик. Ты не можешь быть тем, кого я ищу. Сын Тора не прячется в тени.
В нем метнулась злость, и он почти рванул, чтобы предстать перед ней. Мэтт остановился — после первого толчка Аре сходить с ума? Он думал, что, может, после
