— Триста два и три сотых? — Антор невольно заинтересовался столь точным числом. — Нас, помнится, учили, что орбита замыкается за триста десять дней… Но какое это имеет значение? Год — это условная величина. Время оборота планеты вокруг Солнца — интересная научная тема, но…
— Ну конечно! Год — это условная величина. Потому что ось вращения вашей планеты перпендикулярна эклиптике. То есть у вас нет смены сезонов года… вечная весна… о чёрт, в вашем языке не хватает слов… Вот, кстати, ещё одно: почему у вас только один язык?
Антор недоумённо пожал плечами.
— Когда-то были другие языки. Сохранились даже книги, на них написанные. Но вы же знаете — на Юге всех жителей истребили драконы, и его пришлось заселять заново. А Север к тому времени объединился вокруг Гонгура… Простите за нескромность, но вы выглядите как образованная женщина. Почему тогда вы говорите о простых вещах так, как будто вы их не знаете?.. — он не смог найти достаточно вежливой формулировки и замолчал.
Госпожа Майя внезапно расхохоталась.
— Я знаю о вашем мире больше, чем вы все, вместе взятые. Вам просто везёт! Один шанс на миллион, но ведь кому-то он выпадает! Вы ведь ещё и мяса не едите… совершенно не агрессивны… и при этом всё-таки повыбили этих ваших динозавров. А вот, кстати — это правда, что драконы изрыгали огонь? Кольчуга старого дома взаправду оплавлена, я кое-что понимаю в таких вещах…
— Что ж тут удивительного? — Антор недоумевал всё больше. — В желудке дракона скапливаются горючие газы. Дракон выпускает их наружу, при этом сильно ударяя верхними зубами о нижние, высекая искру. Газы загораются. Это было известно ещё до Середины Времён.
— Вот как. Значит, просто отрыжка… Смешно, — дама задумалась. — Я снова повторяю своё предложение. Я даю тебе деньги. Много денег. Просто так.
Антор мучительно соображал, как бы ему уйти, не нарушая правил приличия. Он не понимал происходящего, да и не пытался понять. Теперь ему хотелось одного — вернуться в залы дворца, где вовсю веселились его друзья. К сожалению, странная женщина загораживала проход. Ах, если бы появились посторонние — у него был бы повод…
— Я же не ваше доверенное лицо и не ваш наследник, любезная госпожа, как же тогда я могу взять ваши деньги? — наконец, нашёлся он.
— Это подарок. Вы же дарите друг другу подарки?
— Деньги не могут быть подарены, потому что подарок нельзя продавать, не оскорбляя тем самым дарителя, а деньги по своей природе предназначены к трате… — Антор решительно закончил: — Прошу вас, любезная госпожа, прекратим этот ненужный разговор. Мне надо идти.
— Подожди, — дама напряжённо улыбнулась, — ведь должен же быть какой-то способ! А, вот! Что ты сделаешь, если найдёшь клад?
— Я не буду его искать. Мой дед чуть не разорился на поисках фамильных сокровищ, и я не хочу себе такой судьбы, — отрезал Антор.
Дама почему-то обрадовалась.
— В вашем роду есть легенда о фамильных сокровищах? Очень хорошо… Но, допустим, ты их нашёл. Что ты сделаешь в таком случае? Ведь ты же возьмёшь их себе?
Молодой домин почувствовал себя несколько увереннее.
— Я обращусь в Чёрный храм, к жрецам Справедливости, чтобы они подтвердили мои права. Нахождение клада, особенно родового — честный способ обогащения, признанный Чёрным Храмом и всеми людьми.
— Отлично! Считай, что ты уже нашёл свой клад. Я дам тебе денег. Но у меня есть одно условие. Ты должен тратить все деньги только на себя. На себя и на свои удовольствия. Больше ни на что. Ты понял меня?
— На себя? На свои удовольствия? — Антор решил на время принять правила непонятной ему игры, пока не появится возможность вежливо её прекратить. — Но тогда зачем мне богатство? На жизнь мне хватает. Конечно, хотелось бы иметь больше…
— Зачем? — госпожа Майя не отставала.
Откуда-то издалека послышались шаги и звуки речи.
— Давай отойдём, — женщина нервно оглянулась. — Не хочу, чтобы нас подслушали.
Антор только махнул рукой: он уже разобрал, чьи это голоса. Это дом Тим и дом Гау гуляли по галерее, продолжая свои теологические споры. С ними ему встречаться не хотелось.
— Ещё можно сказать и так, — бубнил дом Тим, — что бог есть общее понятие, обладающее ценностью. Например, физики, говоря о природе, рассуждают о движении и покое. Это понятия, не обладающие ценностью, и как таковые, не божественны. Но с покоем связаны для нас понятия отдыха, расслабленности, неги — а это у нас зовётся Оранжевым богом Отдохновения. На более высоком уровне это устойчивость, стабильность, равновесие, то есть Жёлтый бог, который да не оставит земли Арбинады… — Соответственно, движение, обладающее ценностью — это развитие, новшества, она же Синяя Богиня, да дарует она благополучие людям Арбинады… Разве не правы, таким образом, древние мифы про то, как эти боги сходятся друг с другом в любовном соединении, порождая там самым Зелёного бога Жизни. Наука также утверждает, что жизнь на Арбинаде была не всегда… Таким образом, боги могут порождать друг друга, а значит, и возникать. Тем самым правота Хингра снова подтверждается…
— Лучше посмотри вот сюда! Какое чудо! — похоже, дому Гау прискучил богословский диспут.
Шаги свернули в сторону: видимо, гости увлеклись разглядыванием каких-то редкостей.
Госпожа Майя не сводила глаз с Антора.
Молодой домин чувствовал себя странно: казалось, что зрачки женщины поймали его и крепко держат.
— Скажи, ты хотел бы иметь такой дворец? Такие галереи? Устраивать праздники? Чего бы ты хотел, обладая деньгами?
— Да, я хотел бы устраивать праздники. Иметь дворец, дорогие вещи. Помогать друзьям. Выделял бы средства на исследования природы…
— Вот об этом забудь. Ты будешь тратить свои деньги, — женщина говорила о будущем богатстве Антора с небрежной уверенностью, — только на себя. Лично на себя. Никаких вложений в торговлю. Никакого финансирования науки. Никаких ссуд, даже ближайшим друзьям. Вообще ничего такого — кроме развлечений, праздников, путешествий, и так далее. Запрещена всякая помощь другим людям, особенно находящимся в тяжёлом положении. Так что выбирай себе друзей, которые не разоряются. Подарки разрешены — и чем дороже, тем лучше. Ты говоришь, у вас не принято продавать дарёное?
— Да, конечно, — пожал плечами Антор. Он каким-то краешком сознания осознавал бессмысленность этого разговора, но почему-то не мог его прекратить. — Если что-то случится с моими землями, я буду обязан компенсировать убытки.
— Отлично, мы договорились. Если ты нарушишь одно из этих условий, ты будешь наказан: золото на какое-то время исчезнет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
