Читаем без скачивания Древние ассирийцы. Покорители народов - Йорген Лессеэ

Последовавшее за этим исцеление Аменхотепа III, вероятно, способствовало росту числа почитателей ассирийской богини. В царствование Тушратты (около 1380 до н. э.) дружественные отношения между Митанни и Египтом сохранились. Аменхотеп IV, который, проведя религиозную реформу, стал носить новое имя — Эхнатон, взял в свой гарем одну из дочерей Тушратты, Татухепу.

В правление Тушратты на севере появилась третья крупная держава — Хеттское царство, располагавшееся в Малой Азии. В царствование Суппилулиумы оно достигло апогея своего могущества благодаря нападению на Северную Сирию. Суппилулиума (1380–1346 до н. э.) оспорил права царя Митанни на эту территорию и захватил Каркемиш. Затем он повел свои войска на Вашшукканни, надеясь разграбить город. Столица государства Митанни пала. Хетты, напавшие в 1531 г. до н. э. на Вавилон и таким образом открывшие путь касситам (с. 42), снова стали играть важную роль в Месопотамии. За захватом Вашшукканни последовал ряд восстаний, внутренние причины которых неизвестны. Тушратта пал от руки одного из собственных сыновей, и наследник престола Маттиваза сначала безуспешно попытался попросить политического убежища в Вавилоне, а затем получил помощь от своих бывших противников хеттов (около 1350 до н. э.). Держава Митанни прекратила свое существование. Однако некоторые области, расположенные вдоль реки Хабур, были снова объединены, получив название Ханигалбат. Хурритские князья правили этими незначительными остатками территории царства Митанни примерно до 1250 г. до н. э.

Хурриты смогли укрепиться лишь в горных районах Армении, окружавших озеро Ван, на своей изначальной родине. Здесь им удалось сохранить культуру и достичь определенной военной и политической мощи, которую постоянно приходилось учитывать жившим в более поздние времена ассирийским царям. Возникшее в данной местности царство Урарту известно по упоминаниям в ассирийских текстах с 1200 г. до н. э. Язык этого горного государства, на котором говорили его жители и который использовался его правителями для составления надписей, хотя и был адаптирован к месопотамской клинописи, близок форме хурритского языка, использовавшейся в период существования державы Митанни. Несмотря на постоянные попытки ассирийцев уничтожить могущество Урарту, это государство просуществовало вплоть до 585 г. до н. э.

Ассирийцы воспользовались осуществленным хеттами захватом Вашшукканни и последовавшим за этим падением державы Митанни, чтобы освободиться от иноземного владычества. В немногочисленных источниках, в которых говорится о состоянии дел в Ашшуре во время хурритской оккупации, ничего не сказано о желании ассирийцев сбросить иго, хотя оно, несомненно, должно было иметь место. Однако нам известно, что около 1450 г. до н. э. была сделана попытка осуществить восстание, подавленное царем Митанни Саушатаром, и что после этого инцидента он перевез сокровища, хранившиеся до этого в Ашшуре, в Вашшукканни, причем помимо всего прочего он заполучил ворота, отделанные золотом и серебром, которые затем установил в своей столице. Начиная примерно с 1400 г. до н. э. количество надписей стало постепенно увеличиваться. В них правители Ашшура, в то время все еще находившиеся в зависимости от царей Митанни, таких как Артадама и Сударна, сообщают о возведении в городе укреплений. Данный факт может быть свидетельством ослабления власти царей Митанни в этом регионе.

Восстановление независимости Ассирии следует отнести к периоду правления Ашшур-надин-аххе II (примерно 1393–1384 до н. э.). Из надписей, сохранившихся со времени его царствования, нам известно лишь клеймо, которое он велел ставить на кирпиче: «Ашшур-надин-аххе, наместник бога Ашшура». Таким образом, уже в официальном титуле он заявляет о своих территориальных претензиях. Однако из архивов Телль-эль-Амарны нам известно, что Аменхотеп III принимал его послов и что он получал от Египта экономическую помощь. Вполне возможно, что египтяне видели в нем подходящего союзника для борьбы с хеттами, которые в то время активно захватывали территорию Сирии, что противоречило интересам фараонов.

Ашшур-убаллит (1356–1320 гг. до н. э.) был первым правителем, сумевшим вернуть Ассирии былое могущество на Ближнем Востоке. Именно в его царствование начался среднеассирийский период. В те времена в дипломатических кругах возник спор о том, следует ли считать Ассирию государством, зависимым от Вавилона. Касситский правитель Вавилона Бурна-буриаш полагал, что египетский царь нанес ему оскорбление, приняв у себя послов Ашшур-убаллита. Позднее он также жаловался фараону Тутанхамону на то, что Ашшур-убаллит в своих письмах к Аменхотепу IV (Эхнатону) называл себя «великим царем». Тем не менее вскоре ко двору Ашшур-убаллита прибыли египетские посланники, и отношения между Ашшуром и Вавилоном улучшились. Примирение между севером и югом Междуречья было закреплено браком, заключенным между вавилонским царевичем из династии Касситов Караиндашем и дочерью Ашшур-убаллита, которую звали Мубаллитат-Шеруа.

Следовательно, можно прийти к выводу о том, что последний правитель Митанни Маттиваза, сбежав из Вашшукканни, обратился за помощью к вавилонскому царю, но не получил от него поддержки. К тому времени Вавилон почти признал Ашшур своим политическим союзником в Месопотамии и вычеркнул Митанни из числа государств, к которым следует проявлять интерес, считая, что от этого царства остались лишь воспоминания.

Какое значение имело хурритское междуцарствие для истории Ближнего Востока? Несомненно, два или три столетия, на протяжении которых сплоченные общины хурритов и индоиранские наемники оказывали заметное влияние на историческое развитие Ассирии и областей, расположенных далеко на западе от нее, не могли пройти бесследно.

Древний мир, без всякого сомнения, обязан хурритам и индоевропейским правителям появлением такого важного элемента культуры, как лошадь. Тягловое животное, используемое как в мирное время, так и на войне, она стала широко использоваться на Ближнем Востоке именно после появления там хурритов. Свидетельство о том, насколько важную роль лошади сыграли в этой культурной революции, можно найти в Египте, жители которого заимствовали слово марианни, обозначающее воина, сражающегося на колеснице. Хурриты завещали своим потомкам искусство выращивания коней. В более позднее время в основу ассирийского военного искусства были положены операции с использованием лошадей и боевых колесниц. К тому времени уже стало понятно, что этот способ ведения войны крайне эффективен. Совсем недавно немецкий ассириолог сделал подборку найденных в Ашшуре текстов, которые ясно свидетельствуют о том, что ассирийцы осуществляли объездку коней, следуя примеру хурритов. В этих текстах, предположительно относящихся к среднеассирийскому периоду (XIII–XII вв. до н. э.), содержатся (на аккадском языке) рекомендации по дрессировке и укрощению лошадей для подготовки их к работе в одной упряжке. Они не являются дословным переводом трактата Киккули, известного нам в хеттском переводе (с. 143). Однако вряд ли могут возникнуть сомнения в том, что ассирийская версия текста основывалась на хурритском оригинале.

Позднеассирийское искусство — статуи и рельефы — не основывалось на художественном стиле Вавилона. Хотя до сих пор не удалось проследить четкие взаимосвязи, вполне возможно, что ассирийцы, изначально позаимствовавшие героический стиль аккадского периода, многое почерпнули из искусства хурритов, о котором, однако, нам почти ничего не известно. В будущем в результате археологического изучения территорий, находившихся под властью царства Митанни, у нас появится возможность расширить наше фрагментарное представление о произведениях хурритского искусства. Некоторые исследователи объясняют появление изображений фантастических существ с телами животных и человеческими головами или крылатых созданий с телами людей и птичьими головами тем, что они являются характерными чертами хурритского искусства, унаследованными ассирийцами. Некоторые особенности ассирийской архитектуры также, вероятно, были позаимствованы у хурритов. Однако как архитектура, так и жанр сюжетного рельефа, широко использовавшегося ассирийцами, могли испытывать хеттское влияние. Решение данной проблемы осложняется тем, что отношения между хеттами и ассирийцами во 2-м тыс. до н. э. во многом поддерживались через посредство хурритов.

Заметное хурритское влияние можно более четко проследить в сфере религии. Хурритский бог грозы Тешуп и его супруга Хепат заняли место в ассирийском пантеоне. Вместе с этими двумя верховными божествами ассирийцы стали поклоняться другим хурритским богам и богиням.

Каждый год в марте, когда праздновался вавилонский и ассирийский Новый год, в храме бога Ашшура проводилось пиршество в честь местных богов. В нашем распоряжении имеются достоверные источники, согласно которым этот обычай соблюдался примерно с 1300 г. до н. э., если не с более раннего времени. Одним из основных событий данного празднества являлось кормление (такульту) богов, которых во всех храмах Ассирии приглашали принять участие в торжестве и которые, очевидно воплотившись в свои статуи, присутствовали на нем. Во время данного ритуала царь должен был сделать подношения главному богу каждого ассирийского храма, а руководящий церемонией жрец перечислял имена всех остальных менее значимых божеств, связанных с этим богом и почитаемых в его храме. В конце своей речи жрец произносил молитвы за город данного божества, за страну и за царя. Обычно вавилонских богов также приглашали принять участие в пиршестве. Когда церемония заканчивалась, всех присутствующих богов призывали благословить того, кто по-царски угостил их, то есть правителя страны, а также саму Ассирию.