Пилотировать полуживой корабль невозможно - это осознавал каждый член экипажа. Не состыкуется ущербная нервная система корабля со здоровой нервной системой трассера, вместо нормальной картины мира он ощутит нелепые и обрывочные сигналы, никак не складывающиеся в нечто целое.
А значит, никаких прыжков по узлам, никакой ориентировки. Застряли не пойми где. Непруха, какая чудовищная непруха! И главное - на ровном ведь месте, трасса не то чтобы испрыганная, но вполне оживленная. И - что самое обидное - невзирая на оживленность трассы, никто их не подберет и не заметит: полуживую Фрею без корректно подключенного трассера никто не опознает как корабль! А корректно подключить трассера… ну, понятно, в общем. Классический замкнутый круг.
– Готово, - неожиданно сказал Маккензи примерно через полчаса.
Он сдвинул линзы и устало выпрямился. Потом потянулся, словно только что проснувшийся кот. На бинжа поглядели - даже Вадик Хомуха осмелился чуть приподнять голову.
Капитан немедленно оживился и поспешил усесться к сенсорике.
– Так-так, что тут у нас? - Он торопливо подмонтировался к головному интерфейсу.
– Да я тебе и так скажу - что. - Маккензи с отвращением отложил сшиватель и не спеша стянул перчатки. - Раз правая сторона отнялась, будет Фрею заносить, как хромого пьяницу, которому вдобавок еще и глаз очень удачно высадили. По узлам уходить в таком состоянии я бы не рекомендовал.
– Не рекомендовал! - фыркнул, не оборачиваясь, капитан. - Да если все обстоит так, как ты рассказал, это труба полная, уходить по узлам!
– А оно, увы, обстоит, - вздохнул Шарятьев. - Правая сторона - дохляк, ровно по продольной оси. Я четыре раза проверил. Здесь (он показал рукой вправо от себя) - мэртво, здесь (влево) - живет, но в некотором ошалении.
– Я бы на тебя посмотрел, если б тебе выкололи глаз и оторвали ногу! - Капитан был сама мрачность, видимо, интерфейс лишь подтвердил неутешительные выводы Маккензи.
– И руку! - добавил молчаливый великан Ба.
– Ага: А также одну почку, одно легкое и половину селезенки… - Шарятьев уныло махнул рукой. - Ежу понятно, что в таком режиме отсюда не уйти. Будем лечиться.
– Тут не лечение нужно, а реанимация, - продолжал нагнетать черноту Маккензи. - Я вам не Бриарей, у меня всего две руки.
– И два глаза, - многозначительно сказал Ба.
После его слов воцарилась невольная пауза. Каждый из присутствующих мучительно осознавал сказанное. И осознал.
– А что? - чужим голосом просипел Мрничек. - Если полумертвую на правую половину Фрею поведет полупарализованный трассер… Это как минимум шанс, я вам скажу!
Все, не сговариваясь, недобро поглядели на побледневшего Хомуху - в который раз, но теперь уже не просто зло. Теперь - оценивающе, как хищник на потенциальную жертву.
– Р-ребята, - тот попытался влезть в щель между обозревателем и оболочкой рубки, - в-вы чего?
– Кларенс, - обратился к Маккензи капитан Гижу. - Ты анатомию хорошо помнишь?
Голос у него был жесткий, как излучение вблизи нейтронной звезды.
– Анатомию-то я помню, - невозмутимо ответил Маккензи. - Но вот скальпеля у меня все равно нет. А дока на таком уровне запрограммировать я просто не сумею. Думаю, ты тоже.
Мрничек с готовностью затряс поднятой рукой, будто школьник на уроке:
– Я! Я знаю, как стандартный сшиватель ввергнуть в режим скальпеля! Меня мама когда-то научила.
– Да вы что, с ума посходили? - заорал возмущенный Шарятьев. - Какой скальпель, какой сшиватель? Вы что, серьезно?
– А что? - Мрничек набычился и сразу стал похож на дикобраза, растопырившего иглы перед более крупным противником. - Он нас сюда загнал, он пусть и выводит! Я подыхать в расцвете лет не собираюсь!
Первая горячка от внезапно осознанного шанса спастись схлынула более или менее благополучно, без поспешных оргвыводов и опрометчивых поступков, хотя на Хомуху страшно стало смотреть.
– Погодите, - осадил всех капитан, как и положено капитану. - Давайте-ка все обдумаем как следует. Застряли мы здесь - это бесспорно. Насколько я знаю, лечить корабли с таким процентом поврежденности таки да, еще никому не доводилось. Но мы пока и не пробовали.
– Да ты уж говори как есть, капитан, - перебил Маккензи насмешливо. - Не мы не пробовали, а я не пробовал. Все равно никто больше не умеет, даже ты.
– Правда твоя, - с горечью признал капитан. - Ты, как бинж, наша единственная надежда. Это первое. Второе - сколько у нас цикла?
– Года на четыре, - со знанием дела сообщил Шарятьев.
Молчун Ба снисходительно усмехнулся, словно знал нечто такое, чего не знал более никто. Это не ускользнуло от внимания Гижу.
– Что такое, Йохим? Ты хочешь что-то сказать?
– Нет, капитан. Я ничего не хочу сказать. Гижу исподлобья поглядел на трассера.
– Да понятно, что он хочет сказать, - махнул рукой Маккензи. - Поскольку правая половина Фреи отнялась, цикл также усох ровно наполовину.
– Замечательно, - всплеснул руками Мрничек. - Прелестно!
У него неприятно задергалась мышца на лице - младший трассер еще не сталкивался даже с пустяковыми авариями в космосе и сейчас нервничал гораздо сильнее остальных астронавтов.
Капитан повертел головой и снова перевел взгляд на великана Ба.
– Погоди, Йохйм… Сдается мне, у тебя подозрительно глубокие познания касательно кораблей для простого трассера. Не желаешь ли объясниться?
Ба тяжко вздохнул, но желания объясниться не выразил.
– Послушай, Йохим, - терпеливо и очень спокойно обратился к Ба бинж Маккензи. - Мы ведь не в кабаке на космодроме, не так ли? Мы застряли хер знает где у черта на рогах. Мы тут легко сдохнуть можем - не сейчас, так через пару лет, когда загнется цикл. Или раньше, если уполовиненного цикла не хватит на шестерых в суточном режиме. Давай-ка не будем недоговаривать. Ну?
Ба пожал плечами и без особой охоты сообщил:
– Я не всегда ходил трассером.
– А кем еще? - Капитан ненавязчиво перехватил инициативу. - Давай, давай, Йохим, колись!
– Бинжем.
– Ух ты! - восхитился Мрничек. - Таки у нас два бин-жа! Живем!
Маккензи, склонив голову набок, слегка улыбнулся:
– И какой у тебя класс, коллега?
– Первый, - сознался Ба. - Был. На позапрошлый год. Сам Маккензи пока дослужился только до второго -
экипажи от трех человек до двенадцати.
– И ты молчал? - искренне изумился Шарятьев. - Ё-моё! У нас зубр на борту, а мы и не знали!
– Да хоть мамонт! - гаркнул на них Гижу. - Это упрощает проблему, но отнюдь не решает ее! Мы на необитаемом острове, понимаете аналогию? У нас разбитый вдребезги пополам корабль с порванными парусами и сломанный компас! Пусть у нас два боцмана вместо одного - сильно это нам поможет?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
