Капитан покачал головой, словно хотел сказать: «Ну и манеры!»
– Прямо здесь. Я отвернусь. – И, повернувшись к Марианне спиной, добавил: – Не волнуйся, тебе ничто не грозит. Я не привык совращать малолетних детей.
Черт бы его подрал! Да он просто невыносим! Клацая зубами от холода, Марианна поспешно скинула мокрые вещи и завернулась в теплое одеяло.
– Готово, – бросила она.
Капитан обернулся и кивнул.
– Отлично.
Собрав ее мокрые одежки, он сначала хорошенько выжал их над тазом, а потом развесил на стульях сушиться.
– Насквозь промокли. При такой погоде сохнуть будут не один день. Сейчас посмотрю, может, найду, во что тебя переодеть.
С этими словами он откинул крышку большого матросского сундука.
Гнев Марианны малость поутих, уступив место любопытству. Интересно, какая там у него в сундуке одежда? Любопытство ее еще больше усилилось, когда капитан вытащил из сундука хлопковое платье с длинными рукавами и стоячим воротником и приподнял его, пытаясь определить длину.
– Этого-то я и боялся, – задумчиво проговорил он. – Слишком длинное. Ты умеешь шить, детка?
Марианна еще туже запахнула на себе одеяло.
– Конечно, умею.
– Тогда подшей подол. – И капитан бросил ей платье. – Нитки и иголки лежат у меня в конторке.
Марианна протянула руку за платьем, выпустив конец одеяла, и оно уже готово было свалиться на пол, открыв капитану все ее прелести, но в последнюю секунду Марианна успела его подхватить. Платье упало на пол.
Губы Адама тронула легкая улыбка.
– Извини, – проговорил он, и в голосе его прозвучали веселые нотки. – Дай-ка покажу тебе, как нужно закрепить на одеяле узел, чтобы оно не соскакивало.
И он, подойдя к Марианне, принялся своими большими руками переделывать узел по-своему.
Марианна отпрянула и окинула капитана подозрительным взглядом.
– Я сама, – сухо проговорила она.
Совершенно неожиданно для него самого Адам покраснел.
– Как будет угодно. Только я уже говорил тебе, что не имею привычки совращать детей.
«Так я тебе и поверила!» – подумала Марианна.
Уж ей-то не знать, что представляют собой мужчины. Сначала Джуд со своими грубыми домогательствами, потом Филип с изысканными манерами. А в итоге боль и разочарование. Права была мать. Все, что мужчинам нужно от женщины, – это ее тело. Женщина для них – игрушка. Наиграются и выбросят. Ну уж нет, она не позволит ни одному мужчине до себя дотронуться! Никто больше не причинит ей боли. Будь Адам Стрит хоть сама доброта, он не перестает от этого быть мужчиной. И к тому же уж очень подозрительным показался ей взгляд, которым он на нее смотрел. Уж она-то в этом разбирается. Таким взглядом на детей не смотрят.
– Я не ребенок, капитан Стрит, и, по-моему, вы это прекрасно знаете, – храбро проговорила она.
Пожав плечами, он отвернулся.
– Ну и язва же ты! Когда я с тобой распрощаюсь, вздохну наконец спокойно! – бросил он и через секунду уже более спокойно и даже как-то жалобно добавил: – Я ведь только хотел помочь.
Но Марианну, торжествовавшую победу, подобными речами не растрогать.
– Благодарю вас, сэр, за все, что вы для меня сделали, но с этим я справлюсь сама.
Не проронив больше ни слова, капитан развернулся и выскочил из каюты, громко хлопнув дверью.
Адам Стрит поднялся на палубу. Шторм разыгрался не на шутку, но даже разбушевавшаяся стихия ему приятнее, чем оставшаяся в каюте дерзкая девчонка. Ну и штучка!
И все-таки с чего это он так разозлился? Он ведь прекрасно знал историю Марианны, знал, что росла она, как сорняк, на каком-то Богом забытом острове, где ни о каком воспитании и морали и речи быть не могло, и, хотя строила из себя взрослую, на самом деле совсем еще ребенок. Так почему, зная все это, он позволил ей вывести его из себя?
Он всегда считал себя хладнокровным и рассудительным, умеющим сдерживать свои чувства и не обращать внимания на насмешки. Так что сейчас произошло? Адам долго отгонял от себя эту мысль, но в конце концов вынужден был признать, что насмешки строптивой девчонки имеют под собой основание. Она действительно его возбуждала, и он хотел ее, несмотря на все свои благие намерения, и ничего не мог с собой поделать. Но если над желаниями своими Адам Стрит был не властен, то поступки свои, слава Богу, умел подчинять разуму. Уж так его воспитали...
Адам Стрит был вторым ребенком в семье капитана Уильяма Генри Стрита и его жены. После него у них родились еще трое. Проживала семья в Глостере, штат Массачусетс.
Все мужчины в семействе Стритов уже в течение пяти поколений были моряками. И потому само собой разумелось, что и старший сын Уильяма, Калеб, пойдет по стопам отца, что тот и сделал, хотя больше из желания угодить отцу, чем из-за любви к морю.
А вот Адам страстно любил море, как и три его младшие сестры, которые впоследствии вышли замуж за моряков.
Уильям Стрит, человек суровый и жесткий, возлагал все свои надежды и мечты на старшего сына, а на Адама почти не обращал внимания.
Когда Калебу исполнилось семнадцать, отец послал его служить юнгой на корабль «Нэнси Джун». Адам, которому в то время было пятнадцать лет, умолял отца отправить и его тоже, однако тот был непреклонен. Адам для этого еще слишком мал. Вот повзрослеет, тогда другое дело.
В это же время в порту стоял корабль под названием «Мэри Роуз», пользовавшийся дурной славой из-за своего капитана Джонаса Бендера. Капитан Бендер был жестоким самодуром. Когда он подолгу находился в море, на него накатывали приступы безумия, во время которых он издевался над матросами так, что многие не доживали до ближайшего порта.
Если бы Уильям Стрит был тогда дома, он бы.предупредил об этом Адама, но отец находился в плавании, а самому Адаму и в голову не пришло справиться о корабле и его капитане у кого-нибудь из взрослых.
В один прекрасный день, когда мать с сестрами уехала в гости, Адам сунул в рюкзак свои немногочисленные вещи и отправился на «Мэри Роуз», где представился второму помощнику капитана и спросил его, не возьмут ли его на корабль юнгой.
Случилось так, что «Мэри Роуз» во время последнего, необычайно сильного шторма потеряла нескольких моряков, а поскольку необузданный нрав капитана был хорошо известен, записаться в команду никто не торопился.
И потому второй помощник с радостью принял Адама, и Адам гордо взошел на борт, счастливый оттого, что наконец-то выйдет в море.
Корабль «Мэри Роуз» представлял собой большое двухмачтовое судно. На нем в страны Востока везли шерсть и хлопок, а обратно доставляли рис, чай, великолепный шелк, фарфор и опиум.
Плавание предстояло долгое, однако Адама, пребывавшего в счастливом неведении относительно дурной репутации корабля, это нисколько не пугало. К тому времени, как путешествие закончится, он станет матросом, о чем мечтал с раннего детства, и уж после этого отец, конечно, не откажется взять его на борт своего корабля.
