есть свое предназначение. Одним суждено работать в поле, другим защищать мирный народ со стен городов, а третьим держать бразды правления и совершать невообразимые до сего момента вещи. Не просто ведь так Ралафар получил желаемую способность, что поможет переплыть ему море и достигнуть другого материка. Однако что-то не сходилось в выводах Лира и причину беспокойства он понял достаточно быстро — услышанный им разговор вернувшихся из патруля бойцов в таверне. Они не знают! Никто из них не знает наверняка, дела ли это рук адрагонцев или кого-либо еще. Сколько бы не ходило слухов и косвенных подтверждений, армии нужно железно знать, что это не они делают первый шаг и развязывают войну, а всего-лишь обороняют свой дом. Император боится Адрагона, как и любой другой человек, и ему еще пригодится помощь подобных Линуру энтузиастов.
Ледяная сталь на шее и неожиданно зажавшая рот кожаная перчатка настолько сильно испугали прогуливающегося человека, что тот закричал от неожиданности, лишь через пару секунд осознав, в каком удручающем положение он оказался.
Три пары рук крепко держали Лира сзади, пресекая любые попытки вырваться или позвать на помощь. Второй клинок больно впился ему в кожу в районе почек, отчего дергаться и сопротивляться стало не только больно, но и опасно для жизни.
— Советую не делать глупостей, покуда не заимели колотое, — предупредил незнакомый голос позади. — Когда я отпущу вас, вы не станете кричать или убегать — ради своей же безопасности. Кивните в знак согласия.
Юноша не видел лиц угрожающих оружием людей и мог лишь предполагать, что это титулованные дворяне, которые хотят вызнать у него о планах князя и остаться в тени, ибо иного с парня не взять. Кроме, разве что, его жизни, но в таком случае церемониться никто бы не стал — он склонил голову.
— Бастард, сын Ралафара, — раздался второй, вкрадчивый и более высокий голос, когда Линур оказался освобожден. — Твой отец…
— Мы договаривались, — сдержанно произнес первый мужчина, перебив товарища. — Дураку понятно, что вы тут не за победой, сударь, а опытом и друзьями. Либеро расширяет свое влияние и не хочет рисковать законнорожденными потомками, а посему посылает вас. Мы ничего не имеем против вашей семьи и с радостью станем ее союзниками при необходимости.
— Поэтому приставили кинжал к моему горлу?
— До поры до времени участникам сговора необходимо действовать скрытно, дабы не запятнать свою честь, иначе затея обернется не только разжалованием многих дворян, но и новыми разногласиями между домами. Мы не можем просто так довериться вам.
— Вы хотите сотрудничества? — вызывающе вопросил Линур. — Желаете видеть меня в рядах заговорщиков?
— Не делайте поспешных выводов, сударь, а внимательно слушайте.
— Этот регион долгое время был нестабилен, бессмысленная в глазах многих борьба между городами и семьями истощали здешние земли. Уже тогда Медио контролировали дорогу до Пондероса и всячески поддерживали армию оружием и продовольствием, но наслышанные о первом в своем роду Императоре Вермине Гладетис, которого в народе прозвали Вермин Щедрый, Лапидсы и Сальсы хотели занять их место, чтобы выслужиться перед правителем. Последний несколько лет наблюдал за развязавшейся между родами войной сложа руки, желая заполучить сильнейшего сторонника, наречь его князем и отдать под управление весь восток страны. Когда отметка погибших в битвах достигла десяти тысяч, Вермин вмешался, в пух и прах разгромил личные войска обоих домов, назвал их представителей предателями и в одночасье отобрал все, что у тех было. Медио же получили в награду за стойкость множество благ и обещанный титул. Какое-то время восток принадлежал им, но взошедших на престол по старшинству сыновей не устраивало, что одно единственное семейство владеет сразу третью всех территорий Империи, опасаясь однажды его полного отречения. Таким образом вскоре над этими местами вновь воссияли гербы разных цветов.
— Этот турнир — последняя надежда Яра вернуть хоть какую-то часть могущества своих предков. У него имеется уговор с Даином Геммом, что в случае победы последнего он возьмет фамилию жены и после смерти отца, который сейчас номинально стоит у власти, начнет процесс объединения. Если же победа достанется кому-то другому, то Медио придет окончательный конец. Даин сильный боец и негласно главный претендент, но губернатор решил перестраховаться — поэтому мы сейчас здесь. Нам необходимо приложить все усилия, дабы Гемм выиграл.
— Разве это справедливо? — с легкой укоризной спросил Лир. — Вы извращаете всю суть соревнования, коль станете помогать или мешать кому-то.
— Прошу вас, будьте терпеливее и в этот раз дослушайте до конца! — с раздражением прошипед незнакомец. — В этом лагере имеется еще один искусный мечник — Харраф Фауд.
Фаудов юноша знал. Наравне с Либеро они легли в основание Империи, были первыми, кто предложил установить мосты между Ущельем и выделили для этого магов, что считались и до сих пор считаются одними из сильнейших представителей этого класса за все существование Системы. Несмотря на деградацию колдовства, это семейство и по сей день выпускает из-под своего крыла могущественных людей с уникальными способностями, что служат не только самому Императору, но и большому количеству домов.
— Победа Харрафа будет означать полную доминацию Фаудов, и занятие ими престола станет лишь делом времени. Безусловно Гладетисы не захотят отдавать власть, но им не хватит сил защититься, ибо многие губернии под влиянием выходцев этой семейки встанут на сторону последней. Если же Император Реираг начнет избавляться от многочисленных братьев, сестер, кузенов, кузин, племянников и племянниц Харрафа сейчас, то исход будет уже не столь очевиден, однако в обоих случаях грядет гражданская война, которая разорит государство и поставит его под удар Буревестников, Королевства и Царства. Единственное спасение — устранить Харрафа заранее, предотвращая смуту.
Линур взял немного времени на раздумья, пытаясь осознать, что пока он видел угрозу только со стороны Адрагона, над его страной повис ничуть не менее опасный Дамоклов меч, вот-вот грозящийся обрушиться на голову всему населению.
— Фауды не станут молчать и выдвинут обвинения, — высказал он очевидную вещь. — Что же вы хотите тогда предотвратить?
— Выдвинут — но кому? Яру? Другим родам, которых здесь пруд пруди? У них не будет никаких доказательств и их претензии сведутся максимум к плохой защите, но не заговору. Они не посмеют встать на путь войны.
— Не забудь рассказать про мутантов, — напомнил голос повыше.
— Здесь замешаны еще и мутанты? — Лир поразился сосредоточению интересов.
— У нас имеется информация о связи Харрафа и группы нелюдей неподалеку, которые зарылись в землю и не показывают оттуда носа. Не показывают, но при этом могут выступить в любой момент по сигналу. Люди губернатора поймали нескольких из них — двое
