— Я… не знаю…мне девушку. Брюнетку, — от неожиданности я забыла все слова. Моя речь напомнила обрывки записей сумасшедших из дурки.
— Фаину? Вы наверное к моей Фаине? — со снисходительной улыбкой спросил мужчина.
Его Фаина? Она ему кто? Дочь?
— Минутку, сейчас позову ее, — он захлопнул дверь перед моим носом. Очень вежливо и учтиво, однако. Гостеприимный хозяин.
Я сошла со ступеней дома. Покружила вокруг уличного люка.
Девушка ведь может и не выйти ко мне…
Но она вышла.
В легком кружевном сарафане горчичного цвета. Удивленно посмотрела на меня. Затем в ее глазах проскользнул страх. Фаина быстро выскочила ко мне на улицу и захлопнула дверь.
— Какого хрена ты приперлась? — прошипела она, в панике оглядываясь на дом.
— Мне нужно встретиться с Платоном, — сглотнув вязкую слюну, призналась я.
Девушка заложила руки на груди и усмехнулась.
— С чего ты взяла, что я тебе помогу? — по стервозному ответила брюнетка.
— А кто этот мужик? Он ведь тебе не папочка? Верно? Как думаешь, ему будет интересно узнать, как ты проводишь весело время, когда его нет дома? — не на ту напала. Выкуси, сучка. Я тоже умею огрызаться, особенно когда мне что то надо.
Она с опаской покосилась на дом. Выдохнула.
— Ладно. Я могу дать тебе его номер, — согласилась она.
Я задумалась.
Нахрен мне его номер, если я ему могла на почту написать. Не факт, что он захочет со мной разговаривать.
— Давай номер. И скажи, где я могу его найти. Где он сейчас тусуется? Мне нужно его увидеть. Срочно, — добавила я грубо.
Фаина пожевала щеки, решаясь.
— Он часто бывает у Сэма. СТО на окраине. Пересечение седьмого километра и дороги на Полигон, — пояснила она.
Я кивнула. Не знаю, где это, но поищу в гугле.
Фаина по памяти продиктовала номер Самойлова. Я вбила его в телефон и подписала "Фрик".
Развернулась уйти. Она цепко схватила меня под локоть.
— Ты ничего не добьешься. Он одиночка. Я несколько лет надеялась его захомутать. Но все мимо. Мне жаль тебя, потому что вижу, как ты вляпалась в него. Выглядишь жалко. Как я, когда с ним только познакомилась, — Фаина покачала головой и снисходительно улыбнулась, разжимая пальцы на моей руке.
— Пошла на хрен, овца. Я не ты, — буркнула я раздраженно и пошла к машине.
Нашла адрес СТО в интернете.
А слова сучки все бились о кости черепа. Я ничего не добьюсь. Он одиночка. Я вляпалась в него…
Гребанный фрик!
Не на ту напал.
Я хочу его увидеть и поговорить.
И мне кажется, что тогда на крыше он говорил искренне. Он хочет, чтоб я была с ним. Просто это невозможно. Я себе не принадлежу.
Я инвестиция родителей. Женщина Рината.
Но мы можем с Платоном найти точки соприкосновения. Иногда видеться. Заниматься сексом…
* * *
Громкая музыка из динамиков машины заглушала страх. Я вслушивалась в биты современных хитов, пропуская слова песен и названия композиций.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Дорога виляла вдаль от города. Я проехала большой автомобильный рынок. Машины цветными штирахами стояли под открытым небом. Искали себе новых владельцев. Впитывали надежду на выгоду собственников.
Солнце, отражаясь от блестящего асфальта, ослепляло.
Искушение, подобное жажде, руководило моими действиями.
Бороться с ним было сложно. Невозможно. Равносильно тому, как запретить себе дышать.
Я раздумывала, почему Самойлов так задевает меня. Почему я успешная, богатая и счастливая девочка из золотых кругов молодежи еду черт знает куда, что б увидеть наглого мужика от которого я видела только унижение и грубость.
Я догадывалась в чем ответ.
Платон не прогибается под чужое мнение и просьбы, если они идут вразрез с его принципами. Так и в случае со мной. Он не прогнулся под мои требования. Не пошел на поводу своей похоти. Он смог осадить меня. Поставить на место.
Раньше это не удавалось никому. Всеми крутила я. Даже в ссорах с Ринатом я всегда навязывала свое мнение. Затыкала его своим безкостным языком. Поражала змеинным ядом непреклонных убеждений.
Также и подруги. Всегда ходили подо мной. Просились в чирлидинговую команду. В мою компанию друзей. Скольких хороших девчонок я отшила. Отвадила от общения со мной. Только потому, что они не моего уровня. Я не признавала сочетание разных уровней социального достатка. Всегда считала себя обоснованно! выше других. Многих.
И сейчас я честно не понимала чего требовал Платон. Мы разные. Он вообще толкает малолеткам наркоту, его родители нищие алкаши. И я не удивлюсь, если новый байк он украл у кого то.
Он на самом низу социальной лестницы. Его материальное состояние не сулит ничего хорошего для будущего. Мне уже двадцать четыре. Не пятнадцать. Чтоб не думать о будущем и не планировать семью и детей.
Я осознавала, что и Ринат не фонтан. Так тонкая струя из крана. К тому же ржавая. Мутная от бесчисленных измен.
Но он мужчина моего круга. У нас общие интересы и наши семьи дружат и сотрудничают.
Как бы горько мне не было отдавать свое тело в распоряжение нелюбимого мужчины, выбора у меня не было.
Миллионы семей живут имея любовниц и любовников. И не страдают от раздирающего горя. Учатся взаимодействовать и разделять время для тела и для души.
И я смогу.
Надо просто поговорить с Самойловым и доступно объяснить свою точку зрения. Заставить его заткнуться и выслушать меня. Он ведь хочет того же. А я готова на время выделенное для него стать принцессой. Послушной и хорошей.
Попросить…
* * *
Я завидела байк у больших ангаров. Не доехав до СТО пять километров. Он стоял в тени дерева. Прислоненный на подножку со свисающим новым шлемом.
Мне не хватило этих пяти километров, чтоб настроиться на неминуемую встречу.
Придется ускорить процесс перезагрузки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Импровизировать.
Я остановила плавно машину. Припарковалась прямо возле его байка.
Вдохнула поглубже и пошла к воротам.
Рыхлая полевая земля была утоптана, но я все равно утопала каблуками отчего шла еще медленнее.
