Грудь его украшали многочисленные ордена и медали, которые тихо позвякивали, стоило их обладателю сделать движение рукой, головой или корпусом. Насколько мог понять Тристан из обрывков разговора, долетавших до его ушей, это был генерал Фанфарон, командир королевских латников.
Впрочем, Тристана мало интересовали Инфанта и генерал. Все его мысли были поглощены Алькортой. Принцесса сидела неподвижно и обводила стол пристальным взглядом своих изумрудно-зеленых глаз. Иногда она щурилась, что делало ее лицо еще красивее, хотя это, казалось, было совершенно невозможно.
— Ну, как тебе женихи? — спросил Иаран, наклонившись к уху дочери.
Иаран говорил очень тихо, почти шепотом, но Тристан слышал слова короля так четко, будто тот обращался к нему.
— Все ничего, — принцесса сжала губы, — кроме Глуншула и Гнусомунда.
— Нолус из доспехов вон лез, чтобы произвести на тебя хорошее впечатление. Он подарил тебе очень красивое платье.
— Платье в самом деле красивое, отец, но я не могу носить его.
— Почему?
— Потому что нолус Розе-Мур и нолус Тафгай тоже прислали мне в подарок платья. И теперь у меня три новых платья, которым суждено пылиться в шкафу. Если я надену платье, которое подарил Розе-Мур, то Тафгай и Гнусомунд обидятся и будет ссора. Если я надену платье, подаренное Тафгаем, то обидятся Гнусомунд и Розе-Мур, а если выберу то, что прислал Гнусомунд, то оскорблю Розе-Мура и Тафгая. Можно, конечно, надеть все три платья сразу, но и тогда не миновать ссоры. Кто-нибудь непременно обидится, если поверх его подарка будет надет подарок соперника.
Звон кубков отвлек Тристана от этого разговора. Гости выпили за здоровье всех участников Турнира. Едва кубки вновь оказались на столе, как Этассан откинулся на спинку стула и обратился к Хилону с вопросом, который мгновенно завладел вниманием всех, кто присутствовал на пиру.
— Честно говоря, мудрейший, мне совершенно непонятно, что все-таки должен совершить победитель: убить дракона или принести Талисман?
— Разумеется, принести Талисман! — Мудрейший Хилон тряхнул седыми волосами.
— То есть? — громогласно переспросил Тафгай Дюжий. — Убивать дракона не нужно? — В его голосе слышалось разочарование.
— Скажем так, — ответил Хилон, — это не обязательно.
— Так зачем же тогда вы битых полчаса рассказывали участникам Турнира об этом драконе?
Хилон вытер губы.
— Нам известно, что Талисман хранится в пещере этого дракона. Так что дракон остается важной фигурой Турнира. Существует вероятность, что рыцарь избежит боя, но она очень мала.
— Вот это уже лучше! — Тафгай громко хлопнул в ладоши. — Я, признаться, не очень-то люблю нудные поиски. Другое дело — крушить и драться.
— Минуточку, — перебил его Этассан, — то есть рыцарь не обязан убивать дракона?
— Нет, — покачал головой Хилон, — он должен принести во дворец Талисман.
— Все это немного странно, мудрейший, — встряла в разговор Харибда. — Ведь в прежние времена рыцарь должен был кого-нибудь победить.
— Мы решили чуть-чуть изменить правила, — сказал Хилон. — Многие члены Палаты Мудрых выражали серьезную обеспокоенность тем, что популяция драконов стремительно сокращается. Доблестные рыцари так ревностно истребляют этих ящеров, что в Амбинии осталось не более сорока особей. У нас даже нет уверенности, что уцелевшие драконы способны дать потомство. Они находятся на грани вымирания. А Палата, волею премудрой Аосталь, старается беречь уникальную фауну Амбинии.
— Что до меня, — прорычал Тафгай, — то я считаю, что этих свирепых тварей давно пора передавить.
— Позвольте с вами не согласиться, — покачал головой воин в белых латах. — Как первый паладин Братства странствующих рыцарей, я заявляю, что истреблять всех драконов ни в коем случае нельзя.
— Почему, кин Бедивер? — спросила Инфанта.
— Видите ли, ваше высочество, — учтиво ответил Бедивер, — победа над драконом считается вершиной воинского искусства. Такой подвиг способен прославить имя рыцаря навеки. По шкале кина Эгланда, один дракон равняется тридцати троллям, семидесяти пяти людоедам и двум сотням гоблинов. Врага равной силы и мощи просто не существует. И если мы перебьем всех амбинских драконов, то многие рыцари попросту не смогут повысить квалификацию.
— А разве нельзя завезти драконов из других стран? — спросила Инфанта.
— В принципе, можно, — ответил Хилон, — но дракон все-таки живое существо, а не статуя, перетащить его куда-нибудь без его согласия затруднительно. Вот если бы он сам к нам прилетел — другое дело. Но, честно говоря, миграция драконов — явление редкое.
— Дело дошло до того, что я вынужден был ограничить право рыцарей на сражение с драконами, — подхватил Бедивер. — Убить дракона можно только в экстренном случае. Если рыцарь обороняется или если дракон похитил принцессу.
— Хорошо, — нежным голосом спросил Розе-Мур, — тогда почему в Турнире Великого Подвига вообще фигурирует дракон? Он ведь не похищал принцессу и ни на кого не нападал.
— Секундочку, — Хилон поднял руку. — Итак, нужен грандиозный подвиг. Дракон подходит идеально, но убивать редких животных — варварство. Что же делать? Не отменять же Турнир Великого Подвига. Поэтому мы решили отправить рыцарей за Талисманом, но задача будет несколько труднее, чем просто найти его и доставить во дворец.
— Невероятно! — воскликнул Тристан, который вдруг понял, в чем заключался план мудрейшего Хилона. — Рыцарю предстоит искать Талисман в пещере, и он непременно разбудит дракона, а тот нападет на него. Рыцарю придется защищаться, следовательно, он не нарушит запрета Братства, если убьет своего противника. Выходит, и подвиг совершен, и Талисман добыт. Конечно, если бы Талисман просто лежал в кустах, то добыть его было бы слишком легко. А так получается, что его охраняет дракон, которого надо победить.
