Мобильные технологии, которые проникли всюду [185], разрушают даже интимную часть нашей жизни. Часто компьютерно грамотные пары делят супружескую кровать с посторонним — ноутбуком, BlackBerry или айфоном. Некоторых такое вторжение в личное пространство шокирует: с их точки зрения, спальня — то неприкосновенное убежище, где можно спрятаться от всего мира. Другие не видят в этом ничего странного. Здесь могут по полночи писать в блог, не вставая с постели, и придерживаются мнения, что это ничуть не хуже совместного просмотра ТБ или чтения. Сейчас, когда у 30 процентов американцев есть ноутбук, шорох и пощелкивание жесткого диска — такой же естественный для спальни звук, как храп.
ХАЙ-ТЕК И НЕПРИКОСНОВЕННОСТЬ ЛИЧНОЙ ЖИЗНИ
Летом 2006 года случайный компьютерный сбой продемонстрировал всем, что Интернет несет угрозу личной жизни миллионов. Корпорация AOL без злого умысла опубликовала 19 миллионов поисковых запросов от 600 тысяч ее подписчиков [186].
Всякий раз, когда мы ищем информацию в Сети, мы рискуем выдать ценные сведения о себе злоумышленникам, охотникам за персональными данными и спецслужбам. Покупая что-нибудь в Интернете или подписываясь на бесплатный сервис, мы позволяем серверам пометить наш жесткий диск короткой записью, или куки (cookie), которая позволяет идентифицировать наш компьютер и ставит неприкосновенность нашей личной жизни под удар. Угроз нашей безопасности становится еще больше, когда мы пользуемся беспроводной связью, а беспроводной доступ в Интернет в последние годы набирает популярность. Целые города предлагают жителям и туристам бесплатный Wi-Fi на всей своей территории. Отсюда — новая угроза: фальшивые точки доступа, установленные киберпреступниками, чтобы перехватывать финансовую и иную ценную информацию.
Поисковики вроде Yahoo и Google сохраняют наши поисковые запросы вместе со сведениями о том, каким компьютером, браузером и операционной системой мы в этот момент пользовались. Чем больше мы ищем, тем больше могут узнать о наших личных предпочтениях маркетологи. Анализируя «цифровые следы» пользователей, сетевые продавцы разрабатывают специальные стратегии для подгонки своих товаров под ваши ожидания. К примеру, если вы заглядываете на сайт ипотечной брокерской конторы, а потом еще на один такой же, то предложения взять кредит и навязчивая реклама похожих сайтов окажутся в вашем почтовом ящике уже спустя считаные часы.
Торговцы всякой всячиной и навязчивая реклама услуг — вовсе не главный повод для беспокойства у нынешних пользователей. Теперь каждому, кто умеет искать в Интернете, по силам собрать массу информации о других людях: узнать их место работы, адрес электронной почты, домашний адрес, вероисповедание и даже точную сумму пожертвований в пользу той или иной политической партии. Сведения об уплаченных налогах, номера вашей машины и банковского счета тоже (если постараться) можно найти в Сети. В записях судебных заседаний всплывают номера карт социального страхования[6] и банковских счетов. Есть серьезный риск, что эти данные позволят злоумышленникам провернуть какую-нибудь махинацию, прикрываясь вашим именем.
Компьютерная база медицинских карт создает еще одну угрозу приватности. Когда знаменитости попадают в больницу, хакеры изо всех сил стараются выкрасть медицинские отчеты. Несмотря на удобство и эффективность медицинских карт в Сети, только один из четырех американских врачей делает электронные записи [187] — прежде всего из-за боязни утечки. Многие намеренно избегают электронной переписки с пациентами: если к ней получат доступ посторонние (а гарантировать, что этого не случится, нельзя), то врач будет виновен в нарушении правил HIPAA [188] («Акта о страховании здоровья граждан»). К тому же на электронные письма уходит много времени, а из страховых компаний только немногие оплачивают докторам часы, проведенные за клавиатурой компьютера. Сейчас в Сети есть специальные мессенджеры, позволяющие обмениваться информацией о пациенте в безопасном режиме, и врачи начинают их осваивать. Правительство США анонсировало проект «Информационные технологии в национальном здравоохранении», задача которого — снабдить каждого американца электронной медицинской картой. Но это случится не раньше 2014 года.
Чрезмерный интерес к нашей жизни проявляют не только киберпреступники, но и начальники. Боссов волнует, как подчиненные используют компьютеры и телефоны в рабочие часы. Программы Xora, SurfControl и подобные им — популярный во многих компаниях инструмент слежки за сотрудниками [189], который позволяет зафиксировать что угодно — и письма не по делу, и визиты на интернет-аукцион eBay. Кое-где (особенно там, где штат техподдержки раздут сверх меры) при помощи GPS-технологий вычисляют [190], из каких мест работники звонят по служебному мобильнику.
Многие студенты даже не догадываются [191], что вызывающие фото и заметки на MySpace доступны посторонним — скажем, потенциальным работодателям и администрации университета. Специалист по этике Рэнди Коэн отмечает [192], что читать блог студента законно, однако незаконно на основании прочитанного отказывать кандидату на освободившееся рабочее место. И MySpace, и Facebook дают возможность каждому, кто завел учетную запись, читать чужие.
В 2006 году внезапно оборвалась блистательная актерская карьера Майкла Ричардса (Крамера), звезды ситкома «Сейнфельды». Поводом стали несколько расистских шуток в его исполнении, записанные на камеру мобильного телефона и выложенные в Интернет. Мисс Невада лишилась своей короны, когда в Сеть попали откровенные фото с ее вечеринки.
Цифровые камеры встраивают сейчас в большинство мобильных телефонов. По некоторым оценкам, ими оснащены 80 процентов «трубок», проданных в США в 2008 году [193]. Если вам случилось стать свидетелем преступления или ДТП, а то и просто понадобилось запомнить лицо нового знакомого, этот гаджет всегда под рукой. Телефон с камерой в руках разгневанного зрителя, скучающего студента или ревнивого любовника — страшное оружие: записал компрометирующую сцену, выложил в Сеть, и теперь ее увидят все, кого она может заинтересовать. Фото или видео способны произвести куда больший скандал, чем текст. Все, что мы говорим и делаем, в наши дни запросто становится достоянием гласности. Остается все меньше мест, где фото- и видеосъемка запрещены, — можно дать волю своим чувствам. Отдельные тренажерные залы запрещают снимать в раздевалке — но как, спрашивается, без камер слежения убедиться, что все этому правилу следуют?
КИБЕРПРЕСТУПНОСТЬ
Благодаря развитию Интернета у злоумышленников появляются все новые и новые орудия сетевых преступлений, открывается масса неведомых ранее возможностей для кибератак. Число интернет-преступлений, совершаемых за год, все время увеличивается. ФБР включило киберпреступность в список трех своих главных проблем [194]. Важнее только терроризм и шпионаж.
Политическим террористам на руку анонимность — они расширяют свои сети, не опасаясь быть схваченными в тот же день. В 2006 году существовало, по разным оценкам, около 5 тысяч интернет-сайтов, где они вербовали сторонников и вели пропаганду среди уже завербованных [195]. Новое поколение террористов выбирает Интернет — там несложно развернуть всемирную террористическую сеть и организовать мгновенный обмен информацией.
С помощью Интернета и видеотехнологий экстремисты всех видов сеют страх и панику в обществе. Кадры с отрубанием голов и записи пыток — мощный инструмент устрашения, который бьет по эмоциональным центрам в мозгу у зрителей [196]. Доктор Джек Ницшке с коллегами из Университета Висконсина показали, что сцены насилия возбуждают особую сеть участков мозга [197], ответственных за когнитивные функции и эмоции — это префронтальная кора, передняя часть поясной извилины, островок Рейля и миндалевидное тело. Больше того, эти участки активируются даже от ожидания таких сцен.
Некоторые хакеры обманывают своих жертв при помощи поддельных веб-сайтов, которые выдают себя за какой-нибудь популярный ресурс. Этот трюк, известный как «фишинг» (phishing), каждый день вводит в заблуждение тысячи людей, заставляя их платить за поддельные либо несуществующие товары. В результате мошенники получают доступ к тысячам банковских карт.
У киберполиции есть свои цифровые технологии для борьбы с интернет-мошенничеством, однако только международное сотрудничество позволяет эффективно ловить хакеров [198], которые распространяют вирусы и компьютерных «червей», заставляя работать на себя огромные сети («ботнеты»), чтобы красть номера банковских карт и карт социального страхования. Согласно исследованию компании Computer Economics, расположенной в Ирвине, штат Калифорния, только в 2005 году компьютерные вирусы нанесли экономике 14-миллиардный ущерб [199]. Тогда ФБР, заручившись поддержкой спецслужб других стран, сумело арестовать турецких и марокканских хакеров, которые создали и распространили вирус Zotob. Этот вирус, заразивший компьютеры CNN, New York Times и еще примерно 100 тысяч компаний, похищал номера кредитных карт. Чтобы поймать преступников, киберполицейским пришлось извлекать IP-адреса (уникальный набор цифр) из разосланных хакерами электронных писем и восстанавливать информацию с отформатированных жестких дисков.
