Двадцатилетние, карьера которых только начинается, способны виртуозно писать SMS. Они легко справляются с огромными потоками информации, извлекая самое важное по крупицам из разрозненных текстов и картинок в Интернете. Однако сидя часами за компьютером, они лишают свой мозг жизненно важного раздражителя — человеческого общения, общения лицом к лицу. «Цифровым от рождения», молодым и технически подкованным, зачастую приходится учиться находить общий язык с другими. Иногда, чтобы исправить ситуацию, хватает коротких курсов по мастерству общения: там учат глядеть в глаза, внимательно слушать, понимать чужие невербальные сообщения и откликаться на них.
Многим из молодых даже базовые социальные навыки даются нелегко. Они замкнулись в своих цифровых коконах и ничего не знают про окружающий мир. Некоторые колледжи вводят спецкурсы по уплате налогов, стирке, кулинарии, управлению семейным бюджетом и даже обучают правильно вести себя за столом [212]. Хай-тек-революция разрушила мир, где младшее поколение набиралось житейского опыта, глядя на старшее. В сегодняшней семье дети и родители, даже живя под одной крышей, редко говорят друг с другом, потому что каждому есть чем себя занять в киберпространстве.
Авторы исследования, опубликованного в 2008 году в февральском номере журнала Personality and Social Psychology Bulletin, отмечают: регулярное общение развивает когнитивные способности и улучшает наш мозг [213]. Психолог Оскар Ибарра из Мичиганского университета обследовал более 3500 человек и пришел к такому выводу: чем чаще мы болтаем с друзьями, тем выше результаты тестов, оценивающих нашу память. На примере 76 студентов колледжа он продемонстрировал, что добровольцы, которые всего 10 минут болтали друг с другом, набирают больше баллов в этом тесте, чем те, кто 10 минут смотрел ситком «Сейнфельды». Беседа интерактивна: мы не только берем, но и отдаем, и это сильнее возбуждает нашу нервную систему, чем пассивный просмотр сериала.
Чрезмерное пристрастие к Интернету чревато и другими психологическими проблемами. Чувство одиночества, замешательство, тревожность, усталость и, наконец, зависимость наносят еще более сильный удар по нашим социальным навыкам. Если интернет-собеседник — невидимый и неосязаемый аноним, диалог с ним не дает той отдачи, которую мы ждем от живого общения. Вот пример. В электронной переписке неизбежны паузы. За это время ваш адресат успевает подумать, как лучше сформулировать свою мысль и какую манеру изложения выбрать. Из-за таких пауз общение перестает быть непринужденным.
И наоборот, спонтанные реакции других людей, которых вы видите вживую, на интуитивном уровне учат нас правильно себя вести. Так мы усваиваем социальные нормы: не задумываясь приветствуем коллегу иначе, чем постороннего, и на званом ужине ведем себя не так, как дома. Социальной активностью и поведением, какими бы сложными те ни были, управляют нейронные сети мозга.
Недавние открытия нейрофизиологов показали, что в человеческом мозгу существуют нервные пути, без которых невозможно строить и укреплять межличностные отношения, способность к эмпатии и действенные личные инстинкты. У «цифровых от рождения», выросших в среде хай-тека, эти «межличностные» нервные пути часто недоразвиты из-за недостаточной стимуляции. Однако жертвой высоких технологий, которые перелицовывают нейронные сети и отнимают социальные навыки, можно стать в любом возрасте. Беби-бумеры и прочие «цифровые иммигранты» тоже рискуют с головой погрузиться в Интернет и поддаться соблазнам других высоких технологий — а это значит, что есть риск отдалиться от жизни и проблем родных и близких.
ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ, СЛИШКОМ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ
Мозг не только дарит нам способность искать в Google и отвечать на электронные письма. Ему мы обязаны и нашими человеческими качествами [214] — способностью к самоанализу, творческим началом, социальной интуицией, умением испытывать эмпатию, доверие к людям и чувство вины, любить и грустить. Нейрофизиологи в последние годы находят, одну за другой, те нейронные сети, которые делают эти состояния психики возможными. Один из ключевых участков мозга, островок Рейля [215], анализирует физиологическое состояние организма и трансформирует результаты этого анализа в субъективные ощущения, которые заставляют нас действовать — к примеру, говорить, есть или мыть машину. Передняя часть островка Рейля превращает сигналы организма в эмоции. Так ласка порождает любовь, а запах — похоть.
Поскольку в ведении островка Рейля находятся секс и еда, изначально его считали наследием примитивного мозга. Однако нейрофизиологи Антонио Дамасио из Университета Южной Калифорнии, Джон Алман из Калтеха и Артур Крейг из Неврологического института Бэрроу в Аризоне доказали, что островок Рейля играет в формировании человеческого опыта далеко не примитивную роль.
МРТ мозга показывает: запахи, вкус, осязательные ощущения, боль и усталость возбуждают островок Рейля, конвертирующий их в более сложные переживания. Так как он управляет силой желания, островок включает и выключает режимы поведения, которые могут привести к зависимости (от наркотиков, алкоголя, табака, секса или Интернета). Курильщики с травмой островка Рейля с легкостью отказывались от сигарет [216] — правда, затем наступала апатия, либидо падало и наблюдались другие симптомы.
Островок залегает глубоко под поверхностью мозга в передней части головы. Мозгу он помогает сравнивать внешние процессы с внутренними, благодаря чему мы можем контролировать себя и общаться с другими людьми. Эта структура мозга — настолько хитроумный инструмент, что даже позволяет предугадывать будущие ощущения. Если выйти зимой на улицу, организм мобилизуется прежде, чем вы ощутите холод. Еще островок помогает понять, лгут нам или говорят правду. Воспоминания о печалях и радостях, чувство оставленности, когда друг не отвечает на SMS, удовольствие от любимой музыки — всем этим мы обязаны островку Рейля.
Дирижируя оркестром наших человеческих качеств, островок Рейля тесно сотрудничает с другими зонами мозга [217]. В лобных долях ему помогает вентромедиальная префронтальная кора, которая отвечает за принятие моральных решений, а орбифронтальная кора помогает нам решить, как вести себя в будущем. Передний отдел поясной извилины занимается распознаванием мимики и ярко выраженных эмоций — к примеру, ярости или любви. Когда мы ошибаемся, на томограмме вспыхивает все тот же передний отдел поясной извилины, что указывает на его причастность к чувствам вины и раскаяния.
Одно из важнейших качеств, делающих человека человеком, — умение действовать с оглядкой на других людей и испытывать эмпатию. Людей с острым дефицитом эмпатии называют социопатами. Социопатам, как правило, не знакомы любовь и чувство вины. Они часто нарушают закон, не задумываясь о последствиях. О них ходит слава хронических лгунов. Общество их осуждает и регулярно отправляет за решетку.
Нейрофизиологи при помощи магнитно-резонансного томографа нашли в мозгу нейронную сеть, отвечающую за наше поведение в сложных ситуациях. Доктор Джон Кинг с коллегами из Лондонского университетского колледжа [218] подвергал сканированию мозг здоровых добровольцев, погруженных в компьютерную игру. Его целью было сравнить «доброе» и «агрессивное» поведение в игре. Всякий раз, когда добровольцы стреляли в агрессивного гуманоида или лечили раненого, томограмма показывала активацию двух областей: префронтальной коры, вовлеченной в принятие сложных решений, и миндалевидного тела — участка, управляющего эмоциями. И агрессивное, и доброе поведение было адекватным конкретной игровой ситуации, однако уровень активации мозга был максимальным в момент «человеколюбивых», гуманных, поступков. В других работах было показано, что при травме этих участков мозга социальное поведение человека отклоняется от нормы.
ОБУЧЕНИЕ МОЗГА БЕЗ ВЫСОКИХ ТЕХНОЛОГИЙ
Эксперименты по сканированию мозга не только выявили нейронные сети, которым мы обязаны «человечностью», но и продемонстрировали: мы сами в состоянии управлять этими сетями. Наш мозг поддается обучению: человеческие качества и социальные навыки можно развить. В ходе такого обучения одновременно с умением общаться совершенствуются и другие сложные умственные способности. Можно играть в шахматы, изучать иностранные языки, заниматься рисованием — словом, есть множество способов напрячь «мозговую мышцу», не обращаясь за помощью к высоким технологиям.
Интенсивность и эффективность работы мозга, к сожалению, с возрастом падают [219]. Пожилым людям требуется больше времени, чтобы усвоить новую информацию и вспомнить о ней в будущем. Однако кое с чем мы, старея, справляемся все лучше и лучше: набираем словарный запас, оттачиваем ораторское мастерство, накапливаем специальные знания и приобретаем эмоциональную уравновешенность. Поскольку мозг учится всю жизнь, накопленный опыт откладывается в нем в виде шаблонов мышления, которые позволяют быстро справляться со сложными задачами и не тратить на это слишком много сил.
