— Скорее! — позвал издалека отец. Он протянул руку Блейзе. Блейзе приняла ее, и отец помог ей пройти внутрь.
— А вдруг вас понадобится спасать? — спросил Эйбер. — Как я вам помогу, если не смогу туда попасть?
— Не понадобится, — сказал я. — Если мы потерпим неудачу, мы покойники.
Эйбер вздохнул:
— Ладно. Я этим займусь, как только ты уйдешь. Еще что-нибудь?
— Не знаю. Мне ничего в голову не приходит.
— Поторопись, мальчик мой! — позвал отец.
Дверной проем, ведущий в мастерскую, вдруг подернулся рябью, словно поверхность озера под утренним ветерком.
Я поднял меч. Надеюсь, отцовский план все-таки сработает.
«Быстро нападаем. Забираем Фреду. Бежим», Наклонив голову, я прошел сквозь рисунок на стене. Эйбер исчез. Ощущения верха и низа несколько раз резко поменялись местами. На меня пульсирующими волнами накатили странные цвета и запахи: красное пахло сыром, желтое воняло мокрым скунсом, коричневое и серое напоминало гниющую конину. Я еле сдержал позыв к рвоте.
До меня донеслись странно искаженные голоса. Внезапно совсем рядом с моим лицом оказалось лицо отца. Я взглянул ему в глаза и ахнул. Его зрачки мерцали красным и желтым, как будто где-то за ними горел костер. А кожа вполне сошла бы за бумагу с бумажного фонаря.
Отец что-то сказал, но я не мог разобрать ни слова. С тем же успех-ом он мог бы говорить на каком-нибудь варварском наречии. Поскольку он, кажется, ожидал ответа, я коротко кивнул и заставил себя выпрямиться. Нельзя было допустить, чтобы я помешал спасению Фреды.
Похоже, отца это удовлетворило. Он повернулся и направился к двери.
Я судорожно вздохнул и оглядел комнату. Ее освещал неяркий шар, парящий в углу под самым потолком. В точности как и отцовская мастерская в Джунипере, эта комната, судя по ее виду, была уединенным пристанищем, предназначенным для научных и магических исследований. Будь у нас больше времени, я охотно осмотрелся бы тут повнимательнее. Несомненно, здесь мы могли бы найти много полезных записей или приспособлений.
Внезапно комната накренилась влево. Я наткнулся на стол и ухватился за него. Все вокруг качалось, словно пьяное.
Блейзе сжала мое плечо. Я взглянул на нее, хватая ртом воздух.
Разобрать слова мне не удалось, но я прочел их по губам.
— С тобой все в порядке?
— Голова кружится… — пробормотал я.
Тут у меня в ушах прозвучал легкий хлопок, и следующую реплику Блейзе я уже услышал.
— Может, тебя стукнуть?
— Ха! — отозвался я. Кажется, мои «ноги Хаоса», как их назвал Эйбер, понемногу начали работать. — Только попробуй!
— Если ты думаешь, что это поможет…
Я отпустил стол.
— Только если я сломаю тебе руку!
— С ним все в порядке, — сказала она отцу.
— Ты уверена? — колеблясь, переспросил отец. — Виду него болезненный.
— Я в порядке! — прорычал я.
— Не волнуйся, — сказала Блейзе, погладив меня по щеке. — Если ты не сможешь идти, я тебя понесу.
Она взглянула на отца.
— Ты можешь определить, где находится Фреда? Я чувствую ее присутствие, но неразборчиво. Она близко?
— Да, — отозвался отец. — Думаю, нам сюда.
Он толчком отворил дверь и быстро вышел в коридор.
Блейзе подтолкнула меня вперед, так что я вышел следующим. Сама Блейзе шла замыкающей.
Над головами через регулярные промежутки парили тускло светящиеся шары. Свет собирался в лужицы на потолке, отбрасывая неяркое желтое сияние на каменный пол и обшитые деревянными панелями стены.
Отец двинулся вправо; я шел в двух шагах за ним. Похоже было, что он точно представляет себе, куда направляется. Мы шли мимо дверей с лицами; каждое в точности повторяло предыдущее. Все они были вырезаны из цельных досок эбенового дерева, с одинаковыми лицами посередине: лоб, увенчанный рогами, глубоко посаженные глаза, широкий нос и скулы, подбородок с ямочкой. У всех глаза были закрыты, как будто резные изображения спали.
Если эти двери работают так же, как и те, что были в отцовском доме, они могут проснуться в любой момент, засечь нас и поднять тревогу. Во всяком случае, трогать их я бы не стал.
Я уже готов был предложить вернуться в мастерскую Теллопса и поискать там ключи к этим дверям, как пол начал выскальзывать у меня из-под ног. Я принялся спотыкаться, и несколько шагов мне пришлось держаться за стену, чтобы не потерять равновесия.
Блейзе догнала меня и подхватила под руку.
— Может, тебе вернуться? — спросила она приглушенным голосом. На этот раз она уже не шутила.
— Я справлюсь, — сказал я. Блейзе заколебалась.
— Если дойдет до драки, — сказала она, — держись за мной. Я буду защищать тебя, насколько сумею.
— Спасибо, но я сам за себя постою!
— И много ли нам будет пользы, если в результате тебя прикончат?
Я упрямо покачал головой.
— Значит, нам просто нужно быть осторожными. Я не стану прятаться за тебя, Блейзе. И не проси.
Блейзе нахмурилась, но настаивать не стала. Для меня это было только к лучшему, поскольку уступать я не собирался. Кроме того, у меня было такое чувство, что вскоре я приду в норму… Мои «ноги Хаоса» определенно восстанавливались.
Отец петлял по коридорам. Коридоры норовили извернуться, словно змеи, кусающие себя за хвост. Мы часом, не ходим по кругу? Мы еще не вернулись туда, откуда начинали? Я бы за это не поручился. Мы по-прежнему шли мимо одинаковых дверей — наверное, счет уже должен был идти на дюжины. Несколько раз у меня возникало ощущение, будто мы спускаемся по пологому склону, хотя пол оставался на одном и том же уровне. Очередные Хаосовы фокусы…
Отец остановился перед дверью, в точностью схожей со множеством прочих, которые мы уже миновали. На ней не было ни номера, ни каких-то опознавательных знаков.
— Приготовьтесь, — сказал он. — Это здесь.
— Я готов. — Я сглотнул и крепко сжал рукоять меча. Теперь оставалось лишь вломиться вовнутрь, сшибая встречные головы с плеч.
— Погоди, па, — сказала Блейзе. — Ты уверен?
— Я знаю голос Фреды, — сказал он с отстраненным видом. — Она зовет изнутри. Я в этом уверен.
— Я ничего не слышу, — сказал я. Отец отмахнулся от моего замечания.
— Ты глух к Логрусу, мальчик мой. Дух Фреды кричит от страданий. Ты не настроен на эту волну, потому и не можешь ее слышать. А мы с Блейзе можем.
Я взглянул на Блейзе; та кивнула.
— Да, я тоже ее слышу. — Потом она добавила, обращаясь к отцу: — Я знаю, что Фреде плохо. Я это чувствую. Но я не уверена, что она в этой комнате.
— Зато я уверен.
— Если ты ошибся…
Отец кивнул:
— Я знаю. Но единственный способ выяснить это — войти туда!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
