Разница с нашим уровнем жизни запредельная. Не в смысле золотых унитазов. Северная страна, как и мы, но есть одно важное, «но». Дороги, ассортимент магазинов, сервиз и прочие мелочи продуманы в сторону комфорта. Колбаса вкуснейшая, и водка «Финляндия» была явно нефальшивая. В поездке было несколько радостей для нашего совкового уровня. Во-первых, мы попали на распродажу одного сетевого магазина. Это когда в большущих корзинах лежат горы фирмы за бесценок. А мы-то с суточными. Конечно, некоторые привезли с собой и икру и всякие там штуки на продажу или на обмен. Страсти-мордасти по вечерам в номерах гостиницы по выкраиванию смехотворных сумм. Но главным приколом в этой поездке, конечно, была принимающая сторона. Нас возил и всё организовывал большой толстый финн коммунист. Трудно было углядеть в его довольно раскованной манере жить сознательного последователя Ленина. Были и пикники, и бани. Знаменитые финские бани с пивом и водкой. Ещё одна разность в ментальном плане. Что у них норма, у нас дома событие. Одна такая баня мне врезалась в память. Большое помещение с длинным вкусно и обильно накрытым столом. Во главе сидят большой финн и Алла. Рядом советник (понятно кто) по культуре. Мы сразу дали по грамм 200 с закуской и отправились мыться. Залезли на полки и начали балдеть. Алла сидела за столом, и поэтому в парилке шла мужицкая весёлая беседа. Мы с Юдовым забрались наверх. Вдруг в просвет открытой двери в душевую мы увидели двух голых финок, моющихся явно перед заходом в парную. Юдов тихо сказал: «Упс-с-с», — и скакнул в угол полки. Парень он по жизни, как я говорил, дальновидный. За стенкой же советник, а тут счастье внеплановое привалило. Дамы зашли и сразу сели между нами наверху. Привет, привет. Я на сносном английском задаю вопрос: типа вы что — тоже члены компартии и решили с нами провести партийное собрание? «Да мы коммунисты, — покивали головами женщины. — Наш босс попросил вас помыть как следует. Вам же скучно у нас без женщин? Нам важно, чтобы советские артисты были счастливы». Юдов хмыкнул и тут же слез с полки, страдальчески посмотрел на голых дам и с сожалением вышел из парной. Я ему вслед кричу: «Ты чего свалил то?» Юдов поворачивается ко мне и грустно изрекает: «Эх, не вовремя они решили нас попарить. При Алле и советнике не получится. Буду страдать в общем зале с этим… необходимым советником». Я засмеялся: «Саня, а может, ты его приведёшь? Его помоют, наконец, как следует». Он покачал головой: «Редкий случай в моей жизни. Чтобы меня помыть, не надо и наливать. Но — надо валить». Я понял, что его мозг правильно заработал и возможны провокации. Мы же дети железного занавеса. Я, шутя и с танцами, максимально грациозно (как мне показалось) слез с полки и попросил поддать парку. Чтобы попозже прийти и попариться как следует. Женщины, не подозревая ничего такого, закивали в ответ. Потом они пару раз выглядывали из парной и искали нас. Алла, слава Всевышнему, была в разгаре международной полемики и не заметила голые женские финские тела. Потом они, намывшись, тоже клюнули водочки и испарились. Я вспомнил некоторых наших политических дам, провозглашавших свободную любовь в начале советских времён. Типа что отказывать в сексе красноармейцам и революционерам в момент глобальной войны за мировой коммунизм нельзя. У них же нет времени на человеческие радости. Ну вы понимаете, о ком я вспомнил. Коллонтай, Клара Цеткин, Роза Люксембург и так далее. Погуляли в своё время дамочки и 8 Марта по ходу сварганили. А что? По-моему, не плохо так оправдывать одиночество. Если сильно идейный, то нате вам. А если анархист или, ещё хуже, безыдейный, то нате вам выкуси. Ну да ладно. А то ещё припишете мне приверженность к партийному разврату.
Ещё был неприятный эпизод в поезде на обратной дороге. На границе уже с СССР был сильный шмон. У саксофониста нашли какой-то журнальчик с сильно эротической фотографией. Причём он открыто листал журнальчик в купе и даже не дошёл до этой страницы. Его ссадили с поезда, правда, на работе в коллективе это, к счастью, не сказалось. Огромная разница в качестве жизни била по самолюбию. Почему под одеялом ты можешь рассматривать обнаженное женское фото тело, а в публичном ракурсе нельзя? Я не пою осанну демократии в кавычках англосаксов. Не подумайте ничего такого. У нас в те времена было больше хорошего, чем сегодня говорится. Дети по вечерам ходили спокойно. Не было агрессии такой, рэкета массового. И, конечно, олигархи не являлись всеобщей гордостью нации. Совок, конечно, поражал своей косностью в смысле планки массовой морали. Но такие времена были. Очень уж разные пути были выбраны. И там ложь на лжи по поводу ценности каждого и его интересов. И у нас соответственно. И в каждой поездке мы сталкивались в разной степени с тем фактом, что-либо они инопланетяне, либо мы. Главное было внешне держать фасон, а на самом деле, помня, что вернёшься к очередям за мандаринами и шпротами к новому году, становилось как-то тревожно на душе. Понятно, что об этом не принято говорить, но товарищи, верьте мне: наш коллектив никогда не жировал и не существовал как звёздная группа лиц. Было принято приезжать к Алле на фазенды, где она проживала, и типа тащиться от застольев и крутизны. Но потом мы возвращались в скромные номера гостиницы, и звёздность сама собой куда-то девалась. На сцене мы рубились по полной, а в реальной жизни всё было весьма прозаично и небогато. Конечно, такая социальная пропасть возникла не сразу. Об этом я уже писал. Но в золотые 1980–1982 года этого ещё не было. Мы были молоды и по-дружески настроены друг на друга. Видимо, когда вспоминаю о тёплых и забавных моментах на гастролях, как-то рикошетом отстреливает в другие года. А там уже всё по-другому. Золотые маски на брильянтовых лицах… Но хочется снова вернуться в первые года моей работы у Аллы.
Рецитальные кулинарные изыски
В разных странах и городах тесное общение порождало разные тематические досуговые времяпровождения. Врезались в память поездки в Азию. Для меня лично кухня вкуснее, чем элитарная кухня Узбекистана, не существует. Можно, конечно, говорить в восторженных тонах о кухнях Средиземноморья или тундровых народов. Но колорит специй и качество продуктов вокруг памирских городов и деревень поражает. В нашей средней полосе, к примеру, таких баранов не растёт. А там присутствует гюсарская порода курдючных баранов,
