Читаем без скачивания Небо в подарок (СИ) - Люба Штаний

- Пойду-ка я, потороплю сестренку, - подал голос Лишуг, поднимаясь. И озадаченно нахмурился: - Что-то они долго.

- А может, не надо? - жалобно протянула я, примерно догадываясь о вероятных причинах задержки. - Пусть пообщаются, эм... бутербродов побольше настрогают, а?

Ангел-хранитель пожал плечами и уже начал поступательно движение обратно к мягкому сиденью, когда глянул на покрывшегося нежно-розовыми крапинками крокодила. Парень замер в полуприсяде, разглядывая крапчатое чудо, прищурился и вдруг резко выдохнул:

- Эгм... и все же я прогуляюсь. - Негромко: - Помогу... побольше бутербродов «настрогать».

Лишуг вылетел из комнаты, как из пращи, а я пожала плечами и зевнула. Пусть сами разбираются со своими тараканами, а мое дело маленькое.

- Похоже, завтрак откладывается на неопределенный срок, - протянула уныло и сцедила зевок в кулак. - Вы тут поболтайте пока, гости дорогие. Анекдоты там, байки, сплетни всякие. А я подремлю, раз такое дело.

Не слишком вежливо так себя вести, но так и я в свою спальню этих товарищей не созывала - сами пришли.

- Да, мы подождем в коридо... - суетливо подорвался Торадин.

Угу... Разбежался!

- Куда? - прервала его на полуслове, поймав за руку. - Тебе самому лежать надо.

-Эм... так я... так мы...

- Вот и ложись, - отрезала холодно. - Диван широкий, плед вон на спинке имеется, а здоровые сами себя пусть развлекают. Чай не маленькие.

Решительно утрамбовав болезного к спинке, чтоб не вздумал в чистых носочках по коридорам шарахаться, пристроила подушку-думку ему на плечо.

- Мы спать, - оповестила троицу пучеглазых пришельцев на соседнем диване и с удовлетворенным вздохом улеглась сама, укрываясь кремовым пледом с голубыми кисточками.

- Жаль, немного не рассчитала длину, когда придумывала... Для двоих узковат, а для Торадина еще и короток, но авось не околеем. Тем более носочки теплые... и капитан тоже.

Лазурный океан за окном убаюкивающе перебирал волны, рядом тихо дышал Торадин, а где-то за пределами «Капли» жило большое и ласковое Небо. Уже проваливаясь в сон, почувствовала, как осторожно обнял капитан и придвинул чуть ближе к себе. Замерз, наверное... Ну и пусть греется, мне так даже удобнее...

Часть 10. Нервотрепическая

Серебристая капля космического корабля плыла в межзвездном пространстве и улыбалась сама себе.

Конечно, внешне это никак не выражалось, но то - внешне, а вот внутри...

Если кто-то считает живым корабль, способный думать, он сильно ошибается. Почти любое сколько-нибудь сложное устройство «думает». И чем сложнее и совершеннее оно, тем лучше, шустрее, разнообразнее мысли. А «Капля» была о-о-о-очень сложной и почти совершенной.

Именно потому, что «мозгов» у нее было предостаточно, она осознавала себя как личность. И в то же время долгие-долгие годы звездолет не чувствовал себя живым. Корабли вообще не способны «чувствовать».

Слышать - пожалуйста. Видеть - сколько угодно. Осязать - легко. Новейшие сенсоры улавливали микроскопические частицы в окружающем пространстве и посрамили бы любого «нюхача». И все же истинная разумность под названием «жизнь» заключается совсем в другом.

Годы и годы «Капля» анализировала окружающий мир, свой экипаж, чужаков... Она понимала: чего-то для полноценного существования ей не хватает, но чего? Ответ не находился до тех пор, пока в одном из помещений не открылась стацкамера.

Юная землянка ступила на пол, и нечто внутри огромного космического корабля вздрогнуло. Почти незаметно, едва-едва. .. Однако это необъяснимое шевеление «Капля» не только зафиксировала - она замерла в предвкушении.

Ощущение, смутное, невнятное, словно перышко, попавшее в двигатель... Крохотное, не играющее никакой роли, но вызывающее щекотку, зуд... какое-то... чувство?

Слабые еще ноги неуверенно донесли хозяйку до двери обзорной комнаты. Узкая ладошка повернула ручку и...

«Капля» знала вес девушки до микрогруннуса, скорость, давление каждой клетки на любую из поверхностей, с которыми тело землянки соприкасалось, а понять произошедшего в тот миг, когда Катя посмотрела в обзорное окно, не смогла.

Крохотное невесомое «перышко», вдруг, разрослось, укутав корабль... чувством? Нет, еще не чувством - лишь его слабым отголоском, самым краешком его невидимой тени. И все же... После - будто бы необъяснимая пульсация. Каждая эмоция девушки отдавалась в обшивке, двигателе, каютах и прочих составляющих «тела» Капли.

С каждым едва ощутимым всплеском Жизнь становилась понятнее, ближе, реальнее... И вот, в какой-то ослепительно яркий миг пришла ОНА. Самая первая, трепещущая хрупкостью и зыбкостью существования собственная эмоция корабля.

Это был страх... Страх потерять маленькую землянку, этот хрупкий мостик между осознанием и ощущением, пониманием и чувствованием, разумом и жизнью...

А человеческая девушка, которую члены экипажа называли то «Катя», то «Епть», то «Каюк», то «О, нет!», щедро делилась самым драгоценным во вселенной: нежностью, восторгом, благодарностью, болью, обидой...

И страшно... Как страшно было кораблю лишиться всего этого! Как сладко и остро чув-ство-вать... Звездолет бережно охранял еще даже не росток, зародыш Жизни в самом себе.

Лишь спустя пару секунд после того, как покинул каюту землянки, Лишуг поймал себя на странной для лагортианина мысли. Он был... взволнован! Не зол, не напуган, или возбужден, а именно взволнован.

Почему-то вспомнились широко распахнутые глаза Кати и ее «Бежим, а?». Первая встреча удивила, вторая напугала, третья...

Третья заинтересовала и позволила рассчитывать на некоторые дополнительные приятности в долгом и откровенно скучном полете.

А вот сейчас... Где-то между желудком и сердцем крохотным солнышком угнездилось непривычное и несвойственное рассудочным и холодноватым лагортианам щекочущее чувство. Желание рассмешить, вызвать улыбку, порадовать, защитить, согреть девушку не телом - сердцем.

Парень замедлил шаг; а вскоре и вовсе остановился, прислушиваясь к себе. Это плохо? Наверное. Осторожное прикосновение к горлу. Единственная бледная полоса, выдающая болезнь, никак не ощущалась. Повышенная эмоциональность являлась и причиной, и следствием бича всей расы, и вот теперь....

«Да нет, глупости. - Лишуг тряхнул головой. - Просто Катя очень необычная. В любом случае, сначала нужно найти Айу. С сестренкой явно что-то не так. И куда она запропастилась?»

-Ай!

- О, нет! - Ддвар отобрал нож у лагортианки. - В четвертый раз?

- Угу, - нарочито жалобно всхлипнула девушка. - Сама не знаю, как это получается. Может, покажешь еще, как нарезать алаву?

- Чтобы ты поранилась в пятый раз? Ни за что, - демон нервно дернул плечом. - Сядь вон там и просто подожди. Я сам все сделаю.

Рыжая послушно кивнула и направилась к стулу в углу столовой.

- Ай!

- Теперь что? - вспылил Ддвар, оборачиваясь. - Я забрал у тебя нож - ты укололась вилкой. Выдал ложку - ты и ею умудрилась порезаться. Я дал тебе декоративный резиновый ножик для масла. Посмотри на свою ладонь? Что теперь?!

- Я ногу подвернула, - пискнула Айа, потирая лодыжку. -Мне больно.

Штурмовик зажмурился, и край столешник из прочнейшего гаранала осыпался мелкой крошкой. Сосчитав до десяти, демон отряхнул ладони и медленно подошел к сидящей на полу девушке.

- Айа, чего ты добиваешься? Я ничего не должен ни тебе, ни Лишугу. Дорогу нигде не переходил. Чем я заслужил вот это,

- он неопределенно обвел рукой помещение. - Чего тебе надо, а?

В гневе рогатый склонился к лицу светлокожей лагортианки, рассчитывая хоть немного напугать. Обычно демонстрация силы и гнева неплохо действовала на представителей этой осторожной и разумной расы.

Слишком правильные, чтобы рисковать. Слишком сильные, чтобы остерегаться без причин. Слишком подкованные, чтобы им не подчиняться. Слишком успешные. Слишком надежные. Слишком... скучные.

Лагортиане - это всегда чуть-чуть слишком. Пожалуй, их больные - единственные, кто хоть отчасти способен общаться I иными расами. Но и тут все решено очень... практично.

Здоровые и невыносимо идеальные развивают технологии, изучают все, что только можно изучать, плодятся исключительно по результатам гош-сканирования. В общем, правильно и рационально проводят свою правильную жизнь.

А вот те лагортиане, которые воюют, торгуют, исследуют просторы космоса - те вроде изгои, но официальные. Не столько изгнанные, сколько выдворенные с родной планеты. И безопасность - лишь одна сторона медали, выгода - другая.

- Ресурсы должны использоваться рационально, а общество - тот же ресурс. Конечно, болезнь вне планеты прогрессирует быстрее, но так выгоднее для планеты. В этом все лагортиане. Айа же... Она всего год в космосе, да и...

- Просто скажи мне, чего добиваешься. Если смогу, помогу, но только не калечь больше себя, - зло прорычал демон и скрипнул зубами, заметив подозрительно заблестевшие глаза девушки. Слезы? У лагортианки? Та-а-ак... Это уже серьезно. - Ума не приложу, для чего тебе ссорить меня с Лишугом.