Это шерсть, серая кроличья шерсть! Кролика разорвал Буратино. То же самое он сейчас сделает и с ним. Живой подвижный Буратино ростом с человека. Вот бы просто закрыть глаза, уснуть, ничего не видеть, не слышать! Потерять сознание, как тогда, в трубе…
Деревянная кисть медленно сжалась в кулак и легонько, пробно толкнула Андрея в плечо. Этот жест, хорошо знакомый по дворовым дракам, возвратил Андрею чувство реальности. В самом деле, как бы он действовал, если бы перед ним стоял обыкновенный парень, например, Славка из третьего подъезда?
Андрей ударил его в грудь, вложив в удар всю возможную массу своего корпуса. Буратино отлетел к стене, шмякнулся спиной о железные трубы, ссыпался на пол, но тут же вскочил и принял боевую стойку. Впрочем, вскочил он довольно неуклюже, прихрамывая: казалось, что Буратино болен. Все это сопровождалось мерзким деревянным скрипом.
— Да ты, оказывается, легкий! — воскликнул Андрей.
Буратино бросился на него, растопырив пальцы. Андрей скрестил руки над головой, и деревяшки затрещали, наткнувшись на блок. Столкновение оказалось чувствительным, оба предплечья пронзила ломящая боль, Андрей растерялся, опустил руки. И в этот момент Буратино ударил его прямо в лоб, правда, сила удара была незначительной: Андрей лишь чуть покачнулся.
— Ага, ты драться умеешь! — крикнул он и ребром ладони резко ударил врага по тонкой шее.
Эффект был неожиданный: у Буратино отлетела голова. Импульс удара придал ей сильный крутящий момент: полосатый колпак свалился, Андрей автоматически подхватил его на лету, деревянный шар с глухим стуком ткнулся в стену, отскочил, трижды подпрыгнул на полу и замер. Туловище взмахнуло руками и рухнуло на пол. Пыль медленно оседала в воздухе.
Запыхавшийся Андрей часто моргал глазами, переводя взгляд с туловища на голову и обратно. Выходит, он его убил. Дворовые драки кончались не так трагично.
Глаза Буратино выглядели жалкими: черные зрачки остановились в левом нижнем углу глазниц, будто рассматривали поверженное обезглавленное тело, которое лежало, накрывшись своими заломленными конечностями, словно скелет в разграбленном могильнике.
Андрей нагнулся над останками. Его заинтересовало устройство куклы. Теперь было видно, что суставы крепились на гладко подогнанных шарнирах, только оставалось загадкой, каким образом они двигались. Беглый осмотр привел к парадоксальному заключению: никаким. Сила для движения могла передаваться кукле только извне. Но такой принцип трансляции энергии пока не изобретен человечеством…
И еще он заметил стрелы. Сначала ему показалось, что это какие-то детали куклы или ее украшения. Теперь стало ясно, что Буратино весь истыкан обломками коротких металлических стрел, словно Святой Себастьян. Вот почему он казался таким слабым — он просто был ранен. Это могло значить только одно: Буратино здесь не один, и он принимает участие в каких-то сражениях.
В руке Андрея остался полосатый колпак. Что-то в нем казалось странным… Обыкновенная грубая ткань, будто хлопчатобумажная. Он натянул ее на руку, затем скомкал и сунул в карман. Новый предмет в окошке инвентаря, вроде как военный трофей. Квест превратился в экшн — игру, в которой герой сражается с монстрами, бегая по таинственным коридорам.
Игра… Слишком все это похоже именно на игру. Андрей смотрел такое кино, когда герой, сам того не понимая, переместился в компьютерную программу. Может ли такое произойти на самом деле?
Нет, не может такое произойти. Просто он сошел с ума. И все это ему кажется. Наверное, тут какой-то газ. Пусть лучше это снова будет химический завод. И ничто другое. И утечка газа, который вызывает галлюцинации.
Надо найти путь наверх и вернуться. По крайней мере, посмотреть, свободен ли проход — ведь бандиты могли тоже спуститься в подземелье. Если так, то он выберется отсюда, они с дедом спрячутся где-нибудь и будут ждать. Это был запасной вариант, самый слабый, но другого уже не остается. И вряд ли там, наверху, в его кармане по-прежнему будет лежать этот призрачный колпак…
И нет никакой Индии. Есть только поле техногенной природы, газ или какое-то излучение, которое и порождает все эти сны, эти якобы реальные образы.
Андрей шел по местам, уже знакомым ему. Где-то здесь должен быть лифт… За поворотом его ждало нечто поразительное. Он хорошо помнил этот коридор. Вот выбоина в стене, вот осыпавшаяся штукатурка, в рисунке которой, как и во всем на свете, плывет и тает мучительный образ. Но коридор почему-то здесь кончается. Прямо перед ним стоит стена, отсекающая путь наверх.
Но это невозможно! Трубы и кабели теперь уходили в бетон. Андрей протянул руку, дотронулся до стены… И отдернул руку, словно обжегшись.
Стена была сырая, на ней остались лунки от его пальцев. Андрей посмотрел на свою руку: пальцы были грязные от свежего раствора.
Как такое могло произойти? Стена просто выросла здесь сама собой! Он попытался найти рациональное объяснение происшедшему. Галлюцинация не может быть настолько устойчивой. И галлюцинация не может сделать то, что сделала: преградить ему путь наверх, запереть реально существующий коридор.
Возможно, здесь какие-то скрытые механизмы, с их помощью в аварийных случаях в проход подается жидкий бетон.
Пробегая тут раньше, Андрей незаметно для себя привел в действие это устройство, наступив на ключевую плиту.
Неубедительно. Даже если допустить, что за считанные минуты где-то под землей была автоматически замешана тонна раствора, то как объяснить тот факт, что стена приняла идеально плоскую форму?
Да и стоит ли пытаться истолковать происходящее с точки зрения земной логики? Эта удобная логика осталась на поверхности. Здесь, в подземелье, где бегал окровавленный Буратино, убивший кролика, могут действовать какие-то другие законы. И в системе таких законов вполне возможна живая, сама по себе растущая стена.
20
Как ни странно, это открытие успокоило Андрея. Ничего не остается, как принять реальность, как она есть, какой бы дикой она ни была. Если задуматься, то подобное сплошь и рядом происходит в жизни. Например, идет мирное время, и вдруг начинается война, но всего лишь за день до этого никто и представить себе не мог, что жизнь всего народа резко изменится и вся страна как бы окажется в новом, совершенно другом мире. Или ближе, локальнее: как сильно преображается мир одной семьи, если неожиданно умирает близкий человек, которому жить бы и жить…
Андрей чувствовал, что обретает равновесие, тем более что победа над загадочным буратинообразным монстром, казалось, тоже придала ему сил. Теперь, вспоминая происшедшее, он задним числом сообразил, что деревянное существо было не совсем Буратино. Оно выглядело какой-то пародией на Буратино, будто сделанное неумелой детской рукой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
