– Рэй, возможен ведь и такой вариант, при котором мы на определенной высоте катапультируемся.
– Нежелательный вариант. К тому же разбрасываться техникой… сам знаешь.
– Ты предпочтешь, чтобы мы разбились?
– Я предпочту перепрограммировать ваш компьютер на режим посадки со всеми имеющимися неисправностями и объяснить тебе, как обращаться с изменившимся управлением.
– Буду по гроб тебе признателен, если эта штука сработает.
– Если не сработает, то катапультироваться-то всегда не поздно.
Оставшуюся часть пути Рэй давал мне все возможные наставления, будто бы я компьютер, чтобы все их запомнить. Но я не перебивал его, даже когда он на десятый раз повторял основные из них. Потом он неожиданно прервался на полуслове, дал установки на коррекцию курса, и когда я ее сделал, сказал:
– Вы уже входите в верхнюю атмосферу. Не буду больше мешать своим присутствием. Желаю удачи, - и исчез с экрана.
– Вот сейчас мы действительно падаем, - сказал я Риву, - но надеюсь, что окончательно не упадем.
Я не тормозил двигателями, а решил целиком и полностью доверить это дело атмосфере. Но снижение было сущим кошмаром. Потоки воздуха болтали нас, стремились закрутить. А даже перепрограммированное управление работало на грани допустимого. Мы зарывались все глубже и глубже в атмосферу. Появились перегрузки и заставили нас повиснуть на ремнях. А за бортом машины полыхала плазма. Но вот, кажется все позади, машина послушна и мы на небольшой высоте. До "Иглы" оставалось всего несколько километров. Летя под облаками, я ясно видел ее бортовые огни. Нужно только как следует приблизиться к ней и Рэй примет нас на борт при помощи силового поля. Но тут дисколет все-таки окончательно потерял управление, и полет сразу же превратился в беспорядочное падение. И все мои попытки выправить полет не принесли успеха.
– Рив, приготовься, катапультируемся, - крикнул я и рванул на себя рычаг катапульты.
Спинки кресел мгновенно развернулись, образуя защитные капсулы, резко ударили двигатели отделения. Затем, после короткого падения двигатели снова сработали, но на этот раз на приземление. Кресло ощутимо ударило меня. Капсула скрежетнула о камни, несколько раз перевернулась и замерла на боку. Я тут же раскрыл капсулу и выскочил из нее. Метрах в ста от меня как раз садилась вторая капсула. Она села, в отличие от моей, более удачно, то есть не перевернулась. Я сразу же бросился туда. Хорошо, что открыть капсулу можно и снаружи. Я дернул рычаг, капсула распалась, и передо мной предстал испуганный и ошеломленный Рив:
– Я думал, что катапультируются на парашютах.
– Ну, не на всех же планетах есть атмосфера, - буркнул я в ответ и тут же спросил, - ну, как ты?
– Задницу немного отшибло, а так попрежнему. Где мы?
– Пустыня Черных Камней, слышал про такую?
– Конечно, но ведь здесь же никто не живет. Или тут тоже построили подземный город.
– Про город я ничего не знаю. Но до места, куда мы летели, осталось всего несколько километров. Пустяки по сравнению с тем, что преодолели.
Под сидением кресла располагался небольшой комплект вещей, рассчитанных примерно на этот случай. Крошечная одноместная герметическая палатка, регенератор воздуха и его запас в небольшом баллоне, крошечный портативный плазменник, очки - бинокль и самое главное, небольшой запас пищи и воды. Я разложил все это на камне, отбросил в сторону регенератор и баллон. Взял очки, надел их на мальчишку и спросил его:
– Как ты относишься к тому, чтобы немного подкрепиться?
– Не хочу, - как-то немного вымученно сказал он.
– Как хочешь. А вот я очень даже хочу.
Едой оказался уже хорошо мне знакомый полевой рацион. Я разорвал зубами пластик упаковки и быстро умял большую часть содержимого. После чего снова предложил:
– Давай, нужно поесть, а то и последних сил лишишься. Не отказывайся.
– Хорошо, - покорно согласился он.
Я усадил его себе на колени и принялся кормить как ребенка, из ложечки. Но почти все мои старания оказались напрасными. Почти сразу же все, им съеденное, снова вылетело наружу.
– Ну, ничего, не расстраивайся, - сказал я, - что-то да осталось. Пить хочешь?
От воды он не отказался. И снова, как и там, в городе, жадно приложился к фляге. Я нашел на горизонте проблески бортовых огней. И по тому, что были видны даже нижние огни, я определил, что до звездолета никак не более пятнадцати километров.
– До цели всего лишь несколько часов пути. Нужно идти. Ты сможешь идти?
– Попробую, - мальчишка поднялся и, сделав несколько десятков шагов, повернулся ко мне, - смогу.
– Тогда пойдем.
Из всего, что тут было, я взял только плазменник и флягу. За остальным можно будет вернуться потом, со звездолета.
– Куда идти? - спросил Рив.
– Вон видишь, в той стороне мерцают огни, без очков их не видно. Это и есть место назначения.
Мальчишка повернулся в указанном направлении и довольно бодро зашагал вперед, так что мне пришлось его остановить:
– Погоди, не торопись. - Я догнал его, встал рядом, взял за плечо. - А теперь пойдем. Если вдруг споткнешься, подстрахую.
Примерно через километр мы дошли до упавшего дисколета. Тот пропахал борозду почти в сорок метров и сейчас лежал, довольно сильно накренясь и зарывшись передней частью в каменистую почву пустыни. К повреждениям от ракет добавились повреждения о падения.
– Выглядит он почти неповрежденным, - сказал Рив.
– Он сильно поврежден, - возразил я, - но, возможно, уцелела рация. Залезу, проверю.
Я забрался в дисколет через открытые катапультные люки. Рация выглядела вполне исправной, она даже включилась. Но, к моему сожалению, установить связь со звездолетом мне не удалось. Будь у меня свободное время, я наверняка сумел бы починить ее. Но зачем этим заниматься, когда дойти до корабля можно быстрее, чем связаться с ним. И я выбрался обратно.
– Бесполезно, - сказал я Риву, - нужно идти.
Мальчишка только полтора километра выглядел бодрым. А через три начал заметно сдавать, так что на четвертом мне пришлось предложить:
– Отдохнем немного.
Он тут же согласился и сел на обточенный ветром камень и, тяжело дыша, уставил свой взгляд в землю.
– Сильно выдохся? - спросил я, и без того зная ответ на этот вопрос.
– Ага, слабость страшная.
– Неудивительно… Вот доберемся до места, там отдохнем, сколько захотим.
– И все-таки, куда мы идем?
Я поднял глаза и увидел, что верхушка звездолета уже освещена лучами приближающейся зари и отбрасывает красноватые отблески.
– Посмотри, - сказал я Риву и кивнул в ту сторону.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
