— Не надо, Себастьян, не дурачь себя.
— Это ты о чем? — оторопел Себастьян от ее слов и твердого тона.
— Ну, как бы тебе объяснить… — Она опустила глаза, чтобы скрыть набегающие слезы. — Лас-Вегас остался в прошлом. То, что ты видишь перед собой, — это не та девушка, с которой у тебя там закрутился роман. На самом деле я до седьмого пота тружусь на работе, ради которой долго училась, а все свободное время провожу за вышиванием церковных покрывал, а иногда выступаю волонтером в приюте для женщин, находящихся в опасности. Я не эффектна и не гламурна.
— А в зеркало ты на себя смотрела? Ты же красавица! И самая желанная женщина в мире! Все, теперь пойдем.
От его комплиментов, наверняка фальшивых, у нее все равно закружилась голова. После такой пламенной речи она уже не могла сопротивляться. По пути к выходу их несколько раз останавливали. Некоторые из этих людей были ей знакомы, с остальными она разговаривала по телефону, связывая их с боссом, но все как один не скрывали своего удивления, видя Мисси рядом с Себастьяном на этом мероприятии. Впрочем, он тут же представлял им Мисси в ее новой должности.
В машине Себастьян хранил молчание, только время от времени нервно выстукивал пальцами по рулю какой-то одному ему ведомый мотив.
— Час назад я встретилась с Кейтлин, — искоса поглядывая на него, сообщила Мисси, когда он остановился возле ее дома. — Она мне очень понравилась.
— Кейтлин замечательная девушка. Мы давно дружим семьями.
— Твоя мама права, вы составите блестящую партию. У вас общий круг общения, вы посещаете одни и те же мероприятия и…
— И я смотрю на нее исключительно как на друга. Возможно, все могло сложиться иначе, но в Лас-Вегасе я увидел настоящую Мисси и вдруг прозрел. И с тех пор не могу думать ни о ком другом.
— Это… это была просто страсть.
— В принципе я понимаю, о чем ты думаешь. Пройдет пара месяцев, может, даже год, и я от тебя устану. Так?
— Что-то вроде того. Только срок назначила гораздо меньший — около двух недель. Я не вписываюсь в твое окружение, и сегодняшний вечер лишнее тому подтверждение.
— Какое подтверждение? Неужели ты думаешь, что кучка раздутых самодовольных хвастунов — это действительно мой мир? Откуда такой цинизм, Мисси?
— Еще второкурсницей колледжа я встречалась с парнем из состоятельной семьи, — призналась Мисси. — Все было достаточно серьезно, мы с ним часами строили планы на будущее. — Она невольно улыбнулась, вспоминая прошлое. — Отец Роберта, очень богатый банкир, хотел, чтобы сын продолжил его дело, но Роб не чаял поскорее вырваться из нашего захолустного Крусейда, хотел достичь вершин в большом мире — со мной.
Она замолчала, удивляясь тому, что через пятнадцать лет мечтала купить свадебное платье на сэкономленные деньги, чтобы пойти под венец с человеком, который бросил ее ради первой попавшейся женщины.
— Ну хорошо, — поторопил ее Себастьян, — и что случилось дальше?
— Его друзья сочли, что я ему не пара, и распространили слух, будто я хочу забеременеть от Роба, чтобы заставить его жениться на мне. Это была ложь! Я, конечно, планировала выйти за него замуж, но мы предохранялись. А он… он взбесился и бросил меня. Я была опозорена, обо мне шептались на всех углах. — Мисси сделала глубокий вдох, чтобы привести нервы в порядок. — Мои родные пришли в ужас, у мамы всего за два месяца до этого случился удар, и ей стало еще хуже, отец посадил меня под домашний арест…
— Мне очень жаль, что тебе пришлось пройти через весь этот ужас, но какое отношение это имеет к сегодняшнему вечеру?
— Ничего, но общий подход одинаковый. Роберт бросил меня, поскольку его друзья решили, что я не достойна его, и наговорили на меня гадостей. Вот и у тебя такие же друзья.
— Они мои деловые партнеры и не более того.
— Но они принадлежат тому же кругу, что и ты, и они не приняли меня с распростертыми объятьями.
— Ты сравниваешь меня с каким-то малодушным юнцом. Неужели действительно думаешь, что я поступил бы так же?
— Этого я не говорила. — Мисси прикусила губу. А что будет, вздумай Себастьян жениться на ней? Как он поступит тогда? — Но ты же не можешь винить девушку за то, что она пытается защитить себя от тех, кто уже причинил ей столько боли.
Не получив от Мисси приглашения пройти в дом, Себастьян поцеловал ее на прощание и поехал к Натану и Эмме. Его невестка мастерила авторские ювелирные украшения, пользовавшиеся огромным спросом.
Открыл ему Натан, но дальше прихожей не пустил, и вид у него был недовольный.
— Так это ты тот таинственный клиент, ради которого моя беременная жена трудилась сутками напролет? — спросил он.
— Да ладно тебе, — улыбнулась Себастьяну появившаяся Эмма.
— Доктор велел тебе побольше отдыхать, — проворчал Натан. — У тебя поздний токсикоз.
— Извини его, Себастьян, — мягко проговорила Эмма, обняв мужа за талию. — Твой заказ готов. — И она протянула ему маленькую коробочку.
— Прости, если я доставил тебе неудобства.
— Брось, все нормально.
— Ага, нормально, как же, — снова вмешался Натан, поглаживая ее по спине. — Целую неделю почти не спала ночами. Я твой муж, и ты должна слушаться меня.
— Хорошо, дорогой. — Она подставила ему щеку для поцелуя. — А теперь приготовь мне, пожалуйста, ягодный мусс, пока я провожу твоего брата. Я сегодня купила чудесную клубнику.
Наблюдая за Натаном и Эммой, Себастьян почувствовал, как в нем шевельнулась зависть. После своей неудачной женитьбы он больше не стремился попадать в брачные сети, на женщин смотрел критически. Но так было до той памятной ночи в Лас-Вегасе. Мисси разбудила в нем заснувшие эмоции. Эта удивительная девушка буквально вывернула Себастьяна наизнанку, она сводила его с ума, заставляла думать о себе постоянно, отвлекая от работы. Он желал ее с такой силой, что вскоре ему стало ясно: бороться с этим желанием было равнозначно попытке остановить снежную лавину.
Узнав о ее прошлом, Себастьян призадумался. Мисси испытала страшное разочарование, нанесенное ей молодым эгоистом, а значит, потеряла веру в людей. Слава богу, она не ставит его на одну доску с тем прощелыгой, но теперь ему придется потрудиться, чтобы вернуть ее доверие.
Ни одной женщине Себастьян не звонил по два раза в день, но по Мисси он так соскучился, что, удивляясь и злясь на самого себя, выдумывал все новые и новые предлоги, чтобы набрать ее номер и услышать милый грудной голос.
— Не сердись на Натана, Себастьян, — с улыбкой сказала Эмма. — Он стал чересчур опекать меня после нашего последнего визита к доктору.
