— Никому нет никакого дела до безопасности. Разве не вы это сказали? Вряд ли кто станет подозревать, прошло уже почти две недели. Поэтому помните: все в ваших руках. Лира — будущее всего Гальрада. Истинная дочь своего отца. Если все пойдет хорошо, она заявит о своем праве на престолонаследие и станет императрицей всего Гальрада.
— Это немыслимо, — прошептала себе под нос Камилла, понимая, что не сможет ничего изменить.
— Я отправил письмо Велимиру о том, что покидаю замок и оставляю вас одну. Попросил, пусть прибудет в леса Саргоса и ждет, чтобы в случае необходимости обеспечить вам безопасный отход. На ваше счастье он один из лучших блуждающих на континенте и, думаю, сможет вас разыскать.
Советник встал из-за стола, перекинул сумку через плечо и оглядел кабинет. А затем спросил:
— Могу я что-то ещё сделать для вас напоследок?
— Может, вы хотя бы скажете дяде Лиры, что она в опасности?
— Я думал об этом, но нет, — ответил советник. — Не то, чтобы Грейнор мне не доверял. Мы всегда были в хороших отношениях. Однако не общались уже около полугода. И с тех пор, как он начал странствовать по провинции, многое изменилось здесь, в Браго. Сейчас у меня нет никаких доказательств, а слова простой служанки легко опровергнуть. И в итоге ничего не изменится.
— То есть, управитель не поверит? — уточнила Камилла.
— Моё слово против слова старшего советника? Нет, не думаю. Знаете, раньше, когда был жив Норберт, я вел дела по внешней политике всего государства. Хорошие были времена, но они прошли. Теперь меня считают стариком, которому всюду мерещатся заговоры и посягательства на семью управителя.
Вилберн вздохнул.
— Что ж, прощайте, Камилла. Надеюсь, когда встретимся в следующий раз, Лира будет жива и здорова.
Он направился к двери. Камилла не знала, когда встретит этого человека снова.
Несколько часов до вечера Камилла провела, бродя по имению Рокстерли, в попытках придумать план. Все нити вели к старшему советнику Двейну, а он любил сидеть в своем кабинете и держаться подальше от всех. Всюду расхаживали важные лорды, стражники, прислуга, главы гильдий, аристократия из столицы. Длинные коридоры начали казаться однообразными, а залы наполнялись разговорами о предстоящей коронации, обсуждениями рода Рокстерли, величия замка и величине богатств.
Под вечер от мыслей отвлекла Авистия — глаза и уши советника Вилберна. Камилла натолкнулась на неё, направляясь проконтролировать, что сестры находятся в своих комнатах и готовятся ко сну. Авистии на вид было лет десять-двенадцать, совсем ещё ребенок. Но советник не прогадал. По общению и поведению девочка была умна не по годам.
— Я выполнила ваше указание, госпожа Фрида, — отрапортовала она, слегка поклонившись.
Как раз ранним утром Камилла, как и обещала Дьюку, написала послание его общине. В нём было кратко сказано, Дьюк задерживается в замке до коронации и Лире угрожает опасность. Камилла приказала девочке найти получателя на окраине провинции, в таверне.
— Ты передала письмо? — на всякий случай уточнила Камилла.
— Да, — уверенно подтвердила Ави. — Собственноручно человеку по имени Божко. Содержимое письма никто не ви…
— Да тише ты! — шикнула Камилла и отвела девочку в сторону, хотя проходившие люди совершенно не обращали на двоих никакого внимания. — Молодец, только много не болтай.
— Ни слова, госпожа. Вы знаете, что советник Вилберн покинул замок сегодня днем? — спросила вдруг девочка.
— Да, знаю. Переживаешь за него?
— Нет, что вы. Советник давно не покидал замок, но ничего страшного случиться не должно. Он велел во время своего отсутствия держаться рядом с вами и выполнять поручения. Я полностью в вашем распоряжении.
Она снова сделала легкий поклон.
— Здорово, — отозвалась Камилла без особой радости. — Раз так, нам нужно будет ещё раз поговорить про то, что ты видела. Но не сейчас. Позже приходи. А теперь иди.
Ави молча поклонилась и поспешила удалиться. Возможно, хоть так поиски убийцы сдвинутся с мертвой точки.
Когда в Браго наступал вечер, гости расходились по комнатам, кто-то все ещё гулял в саду, другие возвращались в главный зал и при факелах слушали менестреля. Кто-то танцевал до глубокой ночи, кто-то просто выпивал. Слуги зажигали факелы на стенах в длинных коридорах, и огромный замок превращался в гигантскую постройку ярких огней, величественно возвышающуюся над Саргосом, столицей Гальрада. Главные ворота закрывались до утра. Наступала ночь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Когда Камилла пришла проведать Амелию, та уже была в кровати, читала какую-то книгу при свете свечей. Она отвлеклась, поднимая глаза на нарушившую покой воспитательницу.
— Убери книгу. Я гашу свет, — предупредила Камилла — Ты же не боишься темноты?
— То, что я младшая сестра, не означает, что я ребенок. Мне уже четырнадцать, Фрида.
— Я помню.
Амелия отложила книгу и улеглась на подушку. Шикарный балдахин над кроватью, подвешенный к потолку с трех сторон, всегда был закрыт только со стороны окна.
— Была одна воспитательница до тебя. Жутко мне не нравилась, — зачем-то решила рассказать Амелия. — Однажды я разозлилась на неё и пожаловалась маме, что она меня ударила. Это, конечно, была ложь. Но никто даже не стал разбираться, было это на самом деле или нет. Просто после того разговора я больше никогда её не видела.
— И ты это рассказала, чтобы я понервничала?
— Нет, не по этому. Просто… у меня скверный характер.
— Я так не думаю. Но иногда кажется, что хорошая порка действительно не помешает, — больше в шутку пригрозила Камилла. — Так что лучше закрывай глаза и спи.
Амелия кивнула и отвернулась на правый бок, то ли и вправду решив лечь спать, то ли просто притвориться. Камилла погасила свечи и тихо покинула комнату.
В это время в замке становилось гораздо тише и спокойнее, чем днем. В пустующих коридорах и возле дверей встречались только стражники, реже кто-то из гостей. Звуки шагов негромким эхом разносились по коридорам. Но на этот раз прямо у двери юной госпожи ожидал старший советник.
— Добрый вечер, Фрида. Амелия спит?
— Да, уже легла.
Сонное состояние вмиг улетучилось. Перед ней стоял человек, замешанный в покушении на Лиру. Ещё не хватало, чтобы кто-то навредил девочкам ночью. Раньше они жили в донжоне, который всегда охранялся стражниками. Но Амелия упоминала, что после смерти отца, мать девочек решила, что в собственном доме ей никто не угрожает, и велела отменить охрану не только у себя, но и у всех дверей в замке. Она пыталась многое изменить на свой лад вскоре после смерти императора. И, кажется, пора бы уже посоветовать девочкам закрывать комнаты на ключ до утра.
— Раз вы, наконец, свободны, мне бы хотелось обсудить кое-какие детали вашего пребывания здесь. Прошу пройти ко мне в кабинет, там и сможем спокойно поговорить. Это ненадолго.
Голос старшего советника звучал спокойно и сдержанно. Он едва заметно улыбнулся и Камилле это не понравилось. В его поведении прослеживалось что-то неестественное, нечеловеческое. А за добродушным взглядом могли скрываться лживые намерения. Но поиски доказательств так и не сдвинулась с мертвой точки, а Камилла все время хотела найти повод ещё раз побыть у советника в кабинете. И теперь он сам зовет туда. Этим стоило воспользоваться.
Глава 16. Тайное становится явным
Дьюк выглянул в окно. Из комнаты Лиры открывался прекрасный вид на Саргос. Город предстал, будто на ладони. И ночью столица стала красивее, чем днем. В окнах некоторых домов горел свет, у подножия центральной рыночной площади все ещё гуляли люди, а гигантский собор с круглой крышей величественно возвышался над домами из белого камня.
Мысли об отце не выходили из головы. Камилла сказала, что он спас её, найдя в лесу, а потом направился в деревню. Дьюк видел собственными глазами, как мать убили североземцы. Но почему-то вне всяких сомнений знал, что отец совершенно точно жив.
