Дьюк удобнее устроился на застеленной слугами кровати и задумался. Существа, которые могут принимать облик того, кого убивают. Созданные на севере, далеко от сюда. Никто не знает, что вообще существует нечто подобное. Впрочем, и Дьюк бы не поверил, если б не видел сам.
— Что ты молчишь? — спросила Камилла.
— Я думаю.
— Думаешь, — повторила она. — Ну, извини, что отвлекаю.
Камилла нервно ходила по комнате, а затем в этой давящей тишине все же решила успокоиться и села рядом.
— Они не хотели убивать Лиру, — наконец, сказал Дьюк. — Им нужно не убить её, а заменить! Это ведь сложнее, потому что занимает больше времени. И если этот нирту убьёт человека и перевоплотится в него, то необходимо ещё и переодеться в одежду погибшего. А это занимает время. И тело… — Дьюк хлопнул себя по лбу. — Теперь все понятно! Их цель действительно убить Лиру, но сделать это не здесь. Убить можно, но куда деть тело? Спрятать? Рано или поздно найдут.
— Нюхачи? — подсказала Камилла.
— Да, например. Трупный запах или просто одна из служанок случайно обнаружит. Вот зачем понадобилось заманивать Лиру в особняк и устраивать там покушение. Теперь все сходится. Из особняка в замок должна была вернуться другая Лира Рокстерли. Но моя община помешала этому, и она осталась жива. Тот, кто велел отправиться в особняк, должен быть связан с покушением.
Камилла угрюмо вздохнула.
— Я как-то до сих пор не нашла время спросить у неё об этом.
— Завтра вместе и спросим, — наметил план Дьюк — Обязательно.
— Кстати, почему твой меч светился, — вспомнила Камилла. — Когда мы обнаружили нирту.
— Такое первый раз. Может, меч как-то реагирует на них?
Дьюк мысленно выругался. Они вошли в помещение, не зная, чего ожидать и могли запросто умереть. Наверняка враг на это и рассчитывал, и кубок упал на пол не просто так, а для привлечения внимания. Вероятно, нирту, лишившись телесной оболочки, хотел убить их, перевоплотившись в новое тело. Воспитательница Фрида подошла бы для роли человека, который может заманить Лиру в ловушку. Если бы не меч, они бы здесь и не сидели.
— Дашь взглянуть?
Дьюк привстал и аккуратно вынул оружие из ножен.
— Глифовый меч! — изумились Камилла. — Но, откуда?
— Это долгая история, — уклончиво ответил Дьюк.
Сейчас не время рассказывать про встречу с врагами в лесу и чудесное спасение волками. Как-нибудь в другой раз, в более приятной обстановке, вечером, сидя у камина где-нибудь в безопасном месте.
— У меня тоже есть такой, — призналась Камилла. — От Дориана. Он думает, меч поможет спастись от зла. Вообще-то он говорил, что это очень редкая вещь, и во всем мире таких немного.
— Кажется, этот человек много знает о североземцах, — сказал Дьюк.
— Это верно! Когда вернусь в общину, у меня будет очень много вопросов.
Камилла подошла к небольшому столику возле окна и медленно наполнила себе кубок вином.
— Без тебя, я бы точно не справилась, — подытожила она и осушила сразу пол кубка. — Ты мой герой.
— Кажется, алкоголя уже достаточно.
— Знаешь, может, я хочу напиться и вообще забыть о том, что видела сегодня?
— Сомнительная идея. Ты же с детства не переносишь алкоголь.
— Все ещё помнишь об этом? — спросил она, подливая вина в кубок.
Дьюк подошел к Камилле и взял за правую руку, не давая возможности выпить. Он почувствовал, как её бьет мелкая дрожь.
— Конечно, помню.
Глава 17. Гальрадский ястреб
Идя знакомыми путями, Камилла осознала, что довольно быстро привыкла к шикарному убранству, постоянному порядку и чистоте, вкусной и разнообразной пище. И все же не переставала наслаждаться. Бесконечные коридоры с однотонными коврами, величественные гербы и картины на стенах, витражные окна, сад с изысканными цветами и деревьями — все поражало красотой и кричало о богатстве. В детстве Камилла совсем не так представляла замок и его обитателей. Иногда, когда она заходила в гости к Дьюку, его отец рассказывал о путешествиях в западную провинцию на подработку и о том, что знает об орденах. По этим рассказам, жизнь в замке протекала почти так же, как в хорошо укрепленном лагере. Который, прежде всего, строился для удержания обороны и в качестве средства военного контроля. Но тот, кто занимался строительством Браго, позаботился и о комфорте, и о защите.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Самый большой и, пожалуй, самый величественный замок на континенте возвышался над Саргосом, столицей Гальрада, как символ величия. Император Норберт правил именно здесь. Собирал политиков, управителей, магистров орденов. Проводил собрания, отдавал распоряжения, выслушивал советников. Среди этой насыщенной политической жизни росла Лира и её сестра. Вероятно, у Норберта не было много времени на детей, поэтому присутствие воспитательницы стало для них привычным делом. А так же учителей по точным наукам, политике, грамматике и риторике. Девочек готовили к взрослой жизни. И Камилла знала, что по неизвестным причинам воспитательницы в Браго не задерживались. Впрочем, и она не могла надолго здесь остаться, даже если бы захотела.
Камилла с Дьюком направились в сад к Лире, узнать, кто и зачем попросил её поехать в особняк.
— Вон она, видишь?
Камилла указала Дьюку на дочь покойного императора Гальрада, идущую из сада в сторону главного зала.
— Давай расскажем Лире, для чего ты здесь на самом деле? — предложил Дьюк, пользуясь моментом.
— Даже не думай об этом! — возмутилась Камилла полушепотом. — Всему своё время. Я проникла в её дом обманом и притворяюсь другим человеком. Считаешь, она хорошо отреагирует на это?
Дьюк пожал плечами, неуверенно соглашаясь.
Камилла за недолгое время проживания в Браго уже успела привыкнуть к девочкам. Сестры отличались друг от друга не только внешне, но и характерами. В то время как Амелия проявляла свободомыслие, бунтарское отношение к жизни, пытаясь доказать что-то окружающему миру и себе самой, Лира всегда старалась оставаться смиренной по отношению к правилам. И, насколько возможно было судить, с самого детства делала, что велели, если это было правильным. Носила подобающую одежду, учтиво и излишне вежливо вела себя при других, всегда приходила вовремя, прилежно училась. В целом, старалась быть послушной и часто делала то, что положено вопреки собственным желаниям. Новую воспитательницу воспринимала с должным уважением. Но соответствовало ли это уважение тому, что скрывалось в глубине её души, Камилла не знала.
Именно поэтому не стоило рассказывать о том, кто на самом деле воспитательница Фрида Гелдер. Девочки потеряли отца и мать, оставшись с дядей, который покинул родной дом на долгое время. И если Амелия, бывало, открыто показывала, что ненавидит весь мир за это, то Лира умело скрывала тоску за маской учтивости и доброты.
Старшая сестра, заметив Дьюка и воспитательницу, направилась им навстречу, приветливо улыбаясь. Предстоящая церемония коронации не могла её не радовать и волновать одновременно.
— Замечательно, что вы уже успели познакомиться, — заметила Лира, обращаясь к Дьюку. — Вчера я хотела показать госпоже Фриде моё платье для церемонии, но не получилось. Можем сделать это сегодня.
Камилла устало вздохнула, закатывая глаза. Примерка платья — занятие довольно скучное. Конечно, Лиру можно понять — скоро наступит момент, после которого жизнь изменится. В её руках будет ответственность за судьбу центральной провинции. Но есть дела важнее, чем предстоящая коронация. А именно — североземцы, вторгшееся в самый центр Гальрада.
— Я так и не дождалась вас, госпожа Фрида, — вспомнила Лира. — И легла спать. Надеюсь, ничего не произошло?
Собравшись с мыслями, Камилла коротко ответила:
— Нужно поговорить, Лира.
— Что-то случилось?
— Да, случилось. Покушение на тебя в особняке, куда ты уезжала из замка, никого не предупредив.
Они удачно встали в стороне от главной аллеи сада, где никто не мог их подслушать. Судя по выражению лица, Лира собиралась возмутиться, но Дьюк её опередил:
