распластаться у двери.
— Да куда вы так торопитесь? — нахмурился Эйден.
— К Алексу, — потупила взгляд, — хочу поделиться одной идеей.
— Я правда не могу, Мари, — покачал головой младший де Рибер, пристально всматриваясь в брата, — сегодня хотел закончить работы в гостиной.
— Тогда я сама, — обрадовалась возможному одиночеству, — я же самостоятельная, справлюсь.
Кевин моего энтузиазма не разделял.
— Давай я провожу? — встрял в нашу беседу дознаватель. — Расскажешь про отпечатки.
Бригадир и я долго переглядывались, раздумывая, стоит ли соглашаться. Если отвечу отказом, это будет явная неучтивость, а Эйден мне вчера помог, был готов защитить меня перед отцом и остальными чиновниками.
— Хорошо, — кивнула, уже прыгая от нетерпения, — только быстрее.
— Никуда он от нас не денется, Мари, — хищно улыбнулся оборотень. — Как я понял, теперь он твой преданный поклонник.
Мы сели в повозку, и дознаватель вцепился в меня словно клешнями.
— Расскажи про отпечатки.
Отмалчиваться смысла нет. Я сама на это подписалась.
— Ты замечал рисунок на подушечке твоего пальца? — спросила оборотня.
Он поднес свою руку к лицу, рассматривая узоры на подушечке.
— Теперь да.
— А знаешь ли ты, что они индивидуальны? Никто не сможет повторить схожий? — нагнетала атмосферу, надеясь, что де Рибер сам домыслит.
— Ну и что? — но здравый смысл от него ускользал.
— А то, — расширила я глаза. — Если собирать узоры, то всегда можно опознать, кто потрогал предмет — хоть бы на примере нашего ножа.
— Объясни, — затребовал блюститель закона, чувствуя, что дело запахло жареными куропатками. Ну или что там чувствуют оборотни, когда им приятно.
–— Боже, что непонятного, — разозлилась я, так как не умела доступно объяснять, и бесилась от непонимания остальных, — нанеси темную краску и увидишь узор. А потом затребуй, чтобы все мои домашние потрогали темную краску и оставили след на бумаге. Если узоры не совпадут, значит, никто из Ведьминой горы не был нападавшим. А если будут идентичны, значит, этот злоумышленник напал на Триаля и хотел умертвить его серебряным ножом.
— Откуда ты прибыла, Мари? — вдруг спросил Эйден, резко меняя тему разговора
Вспомнив, что в легенде мы ни разу не обсуждали место моего рождения, ответила.
— Такое захолустье, ты вряд ли знаешь название.
— Ну ты уточни.
— Московия? — вопросительно-утвердительно захлопала ресницами.
Эх, женские чары. Всегда мне плохо давались. Никогда не понимала намеков, а сама… боги, радуйтесь, что я не подвела вас под черту.
Ну не может он знать все города провинций.
— С севера, значит? — потер руки оборотень.
Маша никогда не была так близко к провалу.
— Ага, — кивнула, задержав дыхание, — с севера.
— Ты здраво мыслишь, интересное нововведение, — заметил Эйден, таращась на свою ладонь. — Я бы не догадался.
— А ты зачем приехал? — решила сбить с толку детектива.
— Вчера я ясно дал понять, что де Цепешу, возможно, предстоит бороться с опасностью. Хочу быть рядом, защитить.
— А-а-а, — отмахнулась, как от назойливой мухи, — тогда зачем ты здесь? Максимум что тебя ждет, это изучать интересное назначение больших и маленьких сосудов и различных отверстий.
— Когда именно ты об этом говоришь, — не обратил внимание на сарказм де Рибер, — уверен, что артефакт будет очень интересным.
И он был прав. Я описала проблему Алексу, вдохновила его, и артефактор тут же бросил все силы на изготовление моего краскораспылителя.
— Мари, — обратился ко мне маг, — может, ты заранее возвестишь, что еще придумала?
М-м-м-м, надо поразмышлять. В голову приходил интернет, смартфоны и сервис по бронированию отелей. Совсем не уверена, что это то, что жаждет увидеть бывалый изобретатель. Эх, дай мне википедию, вместе бы изучили информацию про атомную электростанцию. Не тому ты училась, Машка.
— Может, дома? — скривилась, реагируя на движения лавочника.
— Маша, ты гений.
— Ой, зря вы это сказали, — расстроилась еще большему вниманию.
— Что тебя смущает? — не поняли мужчины.
Многое. Во-первых, меня смущает дружба дознавателя с изготовителем краски. А во-вторых, то, что дознаватель не в курсе технологии изготовления краски.
— У тебя нет работы, Эйден? — возмутилась я, осматривая полки в кабинете десая Аллена.
— Если уеду, буду уверен, что ты выдумала нечто невообразимое.
Ага, в голове сложился чертеж дирижабля. Интересно, насколько Дримгейт удален от столицы? Может, кто-то из светлых голов прислушается ко мне?
Распрощавшись с лавочником и уговорив его прислать опытный образец уже завтра, мы вышли на улицу.
— Если ты росла в такой глухомани, откуда столько познаний в артефакторике? Идей? Бытовой магии?
Медленно вздохнула и опустила плечи.
Уверена, что дознаватель не отстанет. И что мне ему сказать? Про попаданство говорить не стоит, окажусь в застенках. Про пытливый ум — возможно, но моя прямолинейность все портит. Ф — феминизм, палочка-выручалочка в моем мире. Еще толерантность, но это при крайней необходимости. Как говорится, да будет срач.
— Ты мужчина, Эйден, — развела руками, стараясь этим жестом объяснить все.
— И? — не сдавался он.
Жест не объяснил.
— Вы же не озабочены мыслями, как быстрее приготовить обед, покрасить стены, выстирать вещи. Вам невдомек, сколько времени женщины тратят на все эти дела.
— Все равно не понимаю. Даже если так, чем вам тогда заниматься?
— А чем занимаются обеспеченные аристократичные десы?
Мужчина растерялся. Сразу понятно: матчасть он не учил. Так как я не обеспеченная и точно не аристократичная, тоже понятия не имела, чем они занимаются. Надо разузнать.
— Эйден, давай не будем спорить, — и лукаво улыбнулась. — Если барышня ведет дом, обрабатывает огород и работает, то почему бы не облегчить ей жизнь простыми бытовыми приборами без использования магии?
— А ты тут при чем?
Ой, я не так давно в Аридии, но иногда думаю, что весь мужской пол непрошибаем.
Провела ладонью вдоль своего тела.
— Так я женщина, заметил ты или нет?
— А ты вела дом и работала?
— Представь себе, — расширила глаза. — Кто ж меня задарма, такую красивую, кормить будет.
— Хотел бы я познакомиться с твоим дедом.
— Почему?
— В моей
