Заседание Президиума завершилось принятием постановления «О немедленном прекращении полномочий Президента Российской Федерации Ельцина Б. Н.». В нем отмечался антиконституционный характер указа № 1400 и далее говорилось:
«1. На основании статьи 121 Конституции Российской Федерации считать полномочия Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина прекращенными с момента подписания названного Указа.
2. Названный Указ в соответствии с частью второй статьи 121 Конституции Российской Федерации не подлежит исполнению.
3. Согласно статье 121 Конституции Российской Федерации признать, что вице-президент Российской Федерации А. В. Руцкой приступил к исполнению полномочий Президента Российской Федерации с момента подписания Указа.
4. Созвать 22 сентября 1993 года внеочередное заседание VII экстренной сессии Верховного Совета Российской Федерации с повесткой дня „О политической ситуации, сложившейся в Российской Федерации в результате государственного переворота“». [Хасбулатов Р.И. Великая российская трагедия. Т. 1 С. 182–183.]
Тогда же было решено создать Штаб Сопротивления Верховного Совета. «В него, — пишет Руслан Имранович, — вошли члены Президиума, депутаты, руководители партий и общественных движений, ответственные сотрудники Верховного Совета, председатели ряда областных Советов, находящиеся в здании Верховного Совета. Возглавил Штаб Ю. Воронин». [Там же. С. 182.]
Заседание Президиума Верховного Совета продолжалось «всего 30–40 минут», то есть примерно до 20.50[Там же. С. 181.].
В 21.00 Р. И. Хасбулатов выступил на совещании народных депутатов в зале Совета национальностей. Он заявил, что парламент будет защищать Конституцию, назвал в качестве первейшей задачи организацию обороны Дома Советов, предложил советам всех уровней немедленно созвать сессии и дать оценку произошедшего, призвал политические организации и профсоюзы встать на защиту парламента. [Там же. Т. 2. С. 276–277.]
Встретившись с лидером Федерации независимых профсоюзов России (ФНПР) Игорем Евгеньевичем Клочковым, спикер договорился с ним о поддержке парламента профсоюзами, а затем, обговорив с руководителем департамента охраны Дома Советов Александром Бовтом некоторые вопросы защиты «Белого дома» [Там же. С. 277.], уединился и между 22.40 и 23.00 попытался определить ответные действия парламента на сделанный Б. Н. Ельциным шаг. [Там же Т. К С. 192–198.]
Так появился документ под названием «Организация работы Руководства Сопротивления (общий план)». Он предусматривал экстренный созыв Верховного Совета и съезда народных депутатов, оценку действий Б. Н. Ельцина Конституционным судом, формирование Временного правительства, привлечение на сторону парламента силовых структур и местных органов власти, достижение договоренности с общественными организациями и использование их для давления на мятежников. [Там же.]
Очень странно, что спикер составил подобный документ только вечером 21-го, хотя давно уже знал о существовании проекта указа № 1400. Еще более удивительно, что за двадцать минут он написал документ, занимающий почти шесть страниц типографского текста.
Так получилось, что в тот вечер полтора часа, с 22.30 до 24.00, журналистка А. Луговская провела в приемной А. В. Руцкого. За это время в его кабинете побывали В. С. Липицкий, А. Г. Тулеев, В. Г. Уражцев, Ю. М. Воронин, В. Г. Степанков и С. Н. Бабурин, дольше всех, почти 40 минут, находился В. Г. Степанков. [Луговская А. Полтора часа в приемной Руцкого // Известия 1993. 23 сентября. ] Что они обсуждали, мы не знаем.
А пока спикер и вице-президент принимали первые решения и отдавали связанные с ними распоряжения, Кремль стал переходить от слов к делу.
Вскоре после выступления Б. Н. Ельцина в Доме Советов прекратила действовать междугородняя связь, [Сборник документов и материалов Комиссии Государственной думы… С. 51.] не только телефон, но и телеграф. [Хасбулатов Р.И. Великая российская трагедия. Т. 1. С. 209; Костиков В.В. Роман с президентом. С. 235.] Во время выступления Р. И. Хасбулатова в зале Совета национальностей сообщили, что Белый дом отключили от правительственной связи. [Хасбулатов Р.И. Великая российская трагедия. Т. 2. С. 277.] По другим сведениям, правительственную связь отключили чуть позже — в 23.00[Костиков В.В. Роман с президентом. С. 230.].
На следующий день «около 10 часов» В. С. Черномырдин приказал отключить в Доме Советов городскую телефонную связь. [Сборник документов и материалов Комиссии Государственной думы… С. 57.] Это распоряжение выполнялось в несколько этапов. Так, днем 22-го продолжал работать телефон на вахте Белого дома. [Орлов В. 12 дней кризиса // Правда. 1995. 4 октября. ] Телефон спикера работал до следующего утра, а «три телефона в кабинетах сотрудников „3“» и после этого…[Хасбулатов Р.И. Великая российская трагедия. Т. 2. С. 281]Если 22-го по отключенным телефонам нельзя было звонить из Белого дома, то до 23-го они принимали звонки из города. [Иванов И. Анафема. С. 35.]
Кроме того, как пишет Р. И. Хасбулатов, «были захвачены объекты Парламента — Парламентский центр на Цветном бульваре, гараж, здание на Новом Арбате, где работал целый ряд… организаций — Высший Экономический Совет, Контрольно-бюджетный комитет, Государственный фонд имущества, Центральная избирательная комиссия, часть аппарата Верховного Совета». [Хасбулатов Р.И. Великая российская трагедия. Т. 1. С. 229.]
Почти сразу блокировали счета Верховного Совета. [Запись беседы с С. А. Осмининым. Вологда. 11 июня 2006 г. // Архив автора. ] Парламент остался без средств связи, без транспорта, без денег.
В первый же вечер у Белого дома, Конституционного суда, Моссовета, мэрии появились милицейские наряды. Правда, они лишь наблюдали за порядком. [Хроника // Газета. 2003. 3 октября, (электронная версия).]
Когда заседание Президиума Верховного Совета подходило к концу, пишет Р. И. Хасбулатов, «послышался шум. Все повернули головы, кто-то подошел к окнам. Я встал и подошел тоже. У „Белого дома“ собирался народ». [Хасбулатов Р.И. Великая российская трагедия. Т. 1. С. 181.]
Кто же это был? Вот как на данный вопрос отвечают некоторые авторы: «Люди в черном — боевики Русского национального единства со свастикой на рукавах, боевые старушки с портретами Ленина и Сталина, люмпены, анархисты, просто душевнобольные». [Гульбинский И., Шакина М. Афганистан…Кремль… «Лефортово»… Эпизоды политической биографии Александра Руцкого. М, 1994. С. 300.]
Что можно сказать по поводу этих слов? Бумага все стерпит.
Едва ли не первым на переворот отреагировало руководство Фронта национального спасения. Его Политсовет собрался еще днем, по некоторым данным, в 17.00, уже зная о предстоящем выступлении Б. Н. Ельцина по телевидению. «Было решено — вспоминал А. В. Крючков, — образовать две группы: одну — для организации оппозиции непосредственно в Доме Советов, другую — для внешней координации действий оппозиции». [Трагедия (Интервью председателя Политсовета Российской партии коммунистов, члена Политсовета Фронта национального спасения А. Крючкова, данное нашему корреспонденту М. Агаповой) // Мысль. 1993. № 19 (41) 12 ноября. ] Первую поручили возглавить генералу Альберту Михайловичу Макашову, вторую — лидеру Союза офицеров подполковнику Станиславу Николаевичу Терехову[Трагедия (Интервью председателя Политсовета Российской партии коммунистов, члена Политсовета Фронта национального спасения А. Крючкова, данного нашему корреспонденту М. Агаповой) // Мысль. 1993. № 20–21 (42–43). 22 ноября. См. также: Запись беседы с И. В. Константиновым]
Достаточно быстро у стен парламента появились члены Союза офицеров. В тот вечер С. Н. Терехов, который одновременно входил в Политсовет ФНС и возглавлял Московскую организацию ФНС, находился в Доме Советов. Сразу же после оглашения указа № 1400 он встретился с А. В. Руцким и советником Р. И. Хасбулатова — генералом В. А. Ачаловым. Перед ним «была поставлена задача: собрать к Дому Советов как можно больше людей». «Время было вечернее, все были дома, — вспоминает С. Н. Терехов, — мы дали сигнал и две-три сотни наших офицеров прибыли на защиту Парламента». [Момент истины // Завтра 1998 29 сентября (интервью С. Терехова)]
Еще днем об ожидаемом перевороте стало известно активистам «военной группы» Белого дома, возглавляемой А. А. Марковым. Как только Б. Н. Ельцин появился на экранах, они сразу же отправились на Краснопресненскую набережную. [Марков Л.В. 93-м нас не победили // Завтра 2001. 25 сентября]
Быстро отреагировали на ситуацию члены Российской партии коммунистов во главе с Анатолием Викторовичем Крючковым[Трагедия (Интервью председателя политсовета Российской партии коммунистов, члена Политсовета Фронта национального спасения А. Крючкова, данное нашему корреспонденту М Агаповой) // Мысль 1993. № 19 (41) 12 ноября. ] и «Трудовой России» во главе с Виктором Ивановичем Анпиловым[Анпилов В.И. Наша борьба. С 116.]. Уже вечером в Белом доме находились лидер ФНС Илья Владиславович Константинов, вождь КПРФ Геннадий Андреевич Зюганов[Чарный С. Тайны октября 1993 года. С. 48.], руководитель офицерской организации «Щит» Виталий Георгиевич Уражцев. [Гульбинский И., Шакина М. Афганистан… Кремль… «Лефортово»… Эпизоды политической биографии А. В. Руцкого М., 1994. С. 302.]
