— Глупости, — обрезал ее Арчибальд. — В своей жизни я не раз испытывал искушение утопить свою печаль в бокале вина…
Деби посмотрела на него с удивлением. Свет уличных фонарей освещал его профиль. Его мужественное лицо с правильными чертами казалось очень напряженным, все его внимание было сконцентрировано на дороге. Деби вдруг подумала, что она совершенно не знает Арчибальда, его характера, его внутреннего мира. Интересно, способен ли он любить? — подумала она. Видимо, все-таки способен. Во всяком случае, Ронни он любит. Но что так влечет его к Ронни? Возможно, причина в его одиночестве? И почему он сказал, что порой ему тоже хотелось напиться? Может быть, из-за жены, с которой у него не сложилась жизнь? Однако то, что Арчибальд Гроус смог противостоять своим несчастьям, выдержал, не поддался соблазну, вселило в нее уверенность, что он сильный человек. Но она помнила, как искал он ее утешения, когда умер его отец. Кто же утешал его после развода с женой?
Они двигали до окраинных темных улиц, где город рассекала железнодорожная магистраль. Сотни арочных мостиков были перекинуты через рельсы; под ними и обустроили несчастные бездомные свой собственный «картонный город». Арчибальд выскочил из машины и бросился к первому пристанищу — огромному нагромождению картонных коробок. Деби последовала за ним, прежде чем он успел возразить.
— Я иду с тобой, — заявила она. — Я была здесь однажды, когда разыскивала Гилберта. Некоторые из этих людей тоже живут в приюте; они знают меня, поэтому не откажутся со мной разговаривать.
Арчибальд понял, что она не отступит. Он не стал терять время на споры.
— Ну хорошо, только сними с пальца эту безделушку.
«Безделушка» была снята и положена в сумочку, которую Деби оставила в машине. Она завернулась в свое пальто, и вместе они поспешили к следующей груде картонных коробок. Несчастные оборванцы готовы были им помочь, но никто из них в этот вечер не видел Гилберта. Тот же ответ они услышали и в следующих двух местах. Наконец повезло — человек, живший обычно в приюте, вспомнил, что видел Гилберта на набережной.
Они бросились назад, к машине. Арчибальд ехал очень медленно, вглядываясь в каждого из пожилых людей, расположившихся на скамейках, стоящих вдоль набережной. Они заметили Гилберта как раз в тот момент, когда с противоположной стороны к нему приближались двое полицейских.
— Вот он! Стой! — Деби выпрыгнула из машины прежде, чем она окончательно остановилась. Она подбежала к Гилберту и, вырвав из его рук бутылку, швырнула ее через парапет прямо в реку. Затем села рядом с ним на скамейку, поддерживая его собой, чтобы он не свалился на глазах у приближающихся полицейских.
— У вас проблемы, мисс? — спросил один из них.
— Нет, мы просто наслаждаемся ночной прохладой, — спокойно ответила Деби.
Полицейские подозрительно смотрели на Гилберта, сидящего с полузакрытыми глазами. Вдруг тот пьяным голосом объявил:
— Сегодня мой день рождения, молодые люди.
— Поздравляю, сэр. — Полицейский наклонился к нему, принюхиваясь, но Деби прикрыла лицо Гилберта своей рукой.
— Мой отец простудился. Я уверена, вы не хотите подцепить инфекцию.
Арчибальд, неторопливо приблизившись к ним, заботливо спросил:
— Твоему отцу уже лучше, дорогая? Может быть, пора отвезти его домой? — Затем, взглянув на полицейских, он пояснил: — Неприятно простужаться в таком пожилом возрасте, верно? У бедного старика жар, он вышел немного подышать свежим воздухом. — Небрежным движением руки Арчибальд указал в сторону гостиницы «Савой» за своей спиной, дав понять, что весь вечер они провели именно там. — Думаю, лучше отвести его назад. — Он вежливо улыбнулся полицейским. — Вы не поможете мне поднять бедного старика?
Он держал себя так уверенно и спокойно, что полицейские без колебаний помогли ему довести Гилберта до машины и усадили его на заднее сиденье, затем, почтительно пожелав всем спокойной ночи, удалились.
Когда они наконец двинулись по направлению к дому, Арчибальд, поморщившись, сказал:
— Боже мой, Деби, да от него же несет таким дешевым вином!
Деби была счастлива.
— Я знаю. Но неужели ты думаешь, что они действительно поверили в то, что мы ужинали все вместе в «Савое»?
— Это просто немыслимо! — расхохотался Арчибальд. — В его-то лохмотьях? Но я очень рад, что они не захотели помочь нам довести его прямо до гостиницы.
— Возможно, они приняли его за эксцентричного миллионера? Но, слава Богу, мы перехватили его вовремя. Было бы ужасно, если бы он снова проснулся в камере полицейского участка! Бедняга лишился бы своей койки в приюте. Пусть он проспится у меня, а завтра вернется к себе, как ни в чем не бывало.
— Ты действительно так любишь его? — Теперь Арчибальд вел машину на небольшой скорости, поэтому имел возможность временами посматривать на Деби. — Ты даже представила его полицейским как своего отца. А что с твоими настоящими родителями? Ты никогда о них не говорила.
Деби помолчала, так как в этот самый момент вспомнила, что Арчибальд все же ее враг, но затем, глубоко вздохнув, ответила:
— Не говорила, потому что я их совсем не помню. Они погибли в автокатастрофе, когда я была совсем маленькая. Меня воспитывали бабушка и дедушка, они были уже старые. Но я их любила, они понимали меня, нам было хорошо вместе. Когда же они умерли, меня передали бабушкиной сестре и ее мужу, у которых никогда не было своих детей. — Она замолчала.
— Тебе там было плохо? И поэтому ты убежала?
— Да, там я была очень несчастна. У меня с ними шла постоянная борьба из-за их старомодных взглядов на жизнь. А я хотела иметь определенную независимость. Поэтому я сбежала от них, а когда закончились деньги, скиталась, как те бездомные из «картонного городка» под мостом. — Она посмотрела на Арчибальда, чтобы увидеть его реакцию, но его лицо не выдавало никаких эмоций. — Вот тогда я и забралась к тебе в машину, а ты и не подозревал об этом всю дорогу, пока ехал к отцу. — Неожиданно Деби поменяла тему разговора и высокопарно произнесла: — Было очень любезно с твоей стороны помочь мне в поисках Гилберта.
— Мне нравится Гилберт, — сказал Арчибальд. — Кстати, мне показалось, что Зак был против того, чтобы ты его разыскивала, не так ли?
— Ему хотелось, чтобы я осталась, — поправила его Деби. — Он должен был выступить с речью и хотел, чтобы я ее услышала.
— Боже милостивый! — воскликнул Арчибальд. — Я тоже должен был выступить! Но я совершенно забыл об этом!
Деби решила, что теперь он очень расстроится, но Арчибальд громко рассмеялся.
