Рогожкин, чтоб тебе пусто было… Твоими бы устами да мед пить.
Где-то не слишком далеко отчетливо громыхнуло. Я вытянул руку и ошутил, как о ладонь тяжело шлепнула тяжелая дождевая капля. Гроза приближалась.
Я вернулся в комнату и, раздевшись, нырнул в постель, хотя сна не было ни в одном глазу. За окном снова раздался раскат грома. Уже гораздо ближе. Ольга чуть вздрогнула во сне, что-то едва слышно пробормотала, но не проснулась. Я осторожно обнял ее, стараясь не разбудить, и слепо уставился в окно, периодически озаряемое вспышками молний.
Глава 5
Телефон заверещал ни свет ни заря. Моментально вскочив, я с трудом подавил искреннее желание вышвырнуть ненавистный аппарат в окно.
– Слушаю! – Я машинально взглянул на часы. Черт! Еще семи не было. Проклятый телефон! Если эта чертова машинка разбудила Ольгу, я… Я не знаю, что с ней сделаю… – Кто это?
– Привет, Зуев. С добрым утречком.
Блин… Это же мой вчерашний собеседник, чтоб его черти драли. Федор Рогожкин. Вот кого я совсем бы не хотел слышать. Тем более в такую рань.
– Что надо? – не слишком-то любезно бросил я.
– Поговорить. – Голос Рогожкина прямо-таки излучал жизнерадостность. – Тут работенка одна сыскалась. Как раз для тебя. Давай поднимайся и выходи к подъезду. Я буду через десять минут.
Я успел только что-то неразборчиво проблеять, а он уже тараторил дальше:
– Давай собирайся, Зуев. И не забывай, о чем мы вчера говорили напоследок. Счастливо.
В трубке послышались короткие гудки. Я вздрогнул, поежился и аккуратно вернул трубку на свое место.
– Антон. – Ольга все-таки проснулась и теперь испуганно смотрела на меня, закутавшись в тонкую простынку. – Антон, что-то случилось?
Что-то случилось? Я едва сдержался, чтобы не заорать. Да, случилось! Еще как случилось!
Вчера я уснул, так и не придя ни к какому решению. Половину ночи я ворочался с боку на бок и вздыхал, глядя на счастливо посапывающую Ольгу. А потом решил отложить решение на утро. Но теперь…
– Нет, Оля. Все нормально.
На мгновение в голове мелькнула мысль плюнуть на все и спокойно забраться на кровать, чтобы досмотреть последний сон, а Федор пусть проваливает ко всем чертям. Но эту соблазнительную идейку я постарался быстренько прогнать. Если Рогожкину надоест меня ждать, то с него станется снова вломиться сюда во главе десятка головорезов, чтобы вытащить меня за ноги. О господи, за что мне это наказание?..
Я взглянул на левое запястье и недовольно скривился. Вот она. Вот причина всех моих бед. Сконцентрировав всю свою нерастраченную злобу, я мысленно рявкнул, обращаясь к кольцу: «Ты! Немедленно вылезай! Быстро! Убирайся из моего тела!»
Чертово кольцо вероятности! Как же. Так оно и разбежалось. Проклятый браслет даже не подумал выползти наружу. Никакой реакции.
– Я ненавижу тебя, – едва слышно сказал я, обращаясь к скрытому внутри моего тела кольцу. – Я тебя ненавижу, тварь. Если бы ты знало, как я тебя ненавижу.
Никакой реакции со стороны браслета. Еще бы. За те тысячи лет, которые он видел в этом мире, его явно сотни раз проклинали и благословляли. Что этому древнему реликту какие-то слова ничтожного человека?!
– Что? Тоша, что ты сказал?
– Ничего, Оля. Все нормально. Не обращай внимания. – Я с лихорадочной поспешностью влез в брюки и потянулся за рубашкой. – Ольга, я хочу тебе кое-что сказать.
Она непонимающе смотрела на меня, а в ее глазах снова полыхала искра страха.
– Оля, я хочу, чтобы ты уехала к маме… Нет. Не говори ничего. Просто выслушай и сделай все, как я прошу. Поверь мне, так будет гораздо лучше. Ты должна уехать к маме в Новосибирск. Возьми деньги в коробке из-под конфет и езжай.
– Антон…
– Оля, пожалуйста, не спорь. Так надо.
– Тоша…
Но я уже вылетел за дверь.
Около подъезда стояла машина. Черная «волга». Тонированные стекла были опущены, и я сразу же узнал сидящего за рулем Рогожкина. Рядом с ним расположился какой-то незнакомый мне тип в костюме с галстуком.
– Еще раз доброе утро, Зуев. Садись. – Федор расплылся в широкой улыбке, вызвавшей у меня желание заехать в эту ухмыляющуюся рожу кулаком. – Пересядь назад, освободи человеку место. – Это уже относилось не ко мне, а к его соседу.
Мужик беспрекословно повиновался, покинув переднее сиденье. Я машинально кивнул ему, он кивнул мне в ответ, но ничего не сказал. Зато Рогожкин трещал без умолку:
– Извиняйте, что пришлось встать так рано, но дело не терпит. Да ты садись. Расслабься. Ехать придется долго.
«Волга» рванула с места так, что у меня зубы клацнули. Мы выехали на дорогу и понеслись, не обращая внимания на сигналы светофоров и возмущенные гудки редких в это раннее утро автолюбителей. Рогожкин увлеченно вертел руль, лихо бросая машину на обгон и только чудом уходя от столкновения в самый последний момент. И при этом не переставал болтать.
– Хорошее утречко, правда? Самое подходящее для того, чтобы подложить свинью Старому Братству. Вчера мы хотели отправить тебя, Зуев, в одно надежное местечко, но, похоже, планы немного изменились. Вечерочком мне звонил шеф… Похоже, вместо визита за рубеж тебе пока придется поработать на родине. Это ведь твоя родная страна. Ты русский?
Я молча смотрел вперед, всякий раз внутренне сжимаясь, когда наша машина с визгом тормозов проходила очередной поворот. В голове неотвязно билась только одна мысль: «Псих…» Этот Рогожкин самый настоящий псих… Чокнутый идиот, он решил меня угробить?.. Немыслимым образом уклонившись от встречного грузовика, Федор крутанул руль, бросая машину на тротуар. Слава богу, что в эти ранние часы на нем не было ни одного человека. Сшибив урну и оставив позади себя усыпанный мусором асфальт, «волга» вновь вырвалась на проезжую часть, чтобы на полной скорости промчаться на красный сигнал светофора. Я быстренько взглянул на спидометр. Черт! Почти сто двадцать…
– Русский? Конечно, русский! Можешь гордиться, среди носящих теперь будет трое русских. Ни одна нация не имеет больше двух представителей. А нас трое. Причем все трое на стороне Обновленного Братства. Я, ты и конечно же Роман…
– А Михаил?
– Шимусенко по рождению украинец. А сейчас вообще гражданин Польши или что-то в этом роде.
Я подавил нахлынувшее раздражение. Какая мне разница? Украина, Россия, Польша… Мамочки… Этот осел за рулем едва не протаранил столб, увернувшись в последний момент. Кажется, мы лишились левого зеркала…
– Слушай, куда мы так летим?.. Смотри на дорогу, идиот!
Рогожкин с широкой улыбкой пожал плечами. Обернувшись, я увидел спокойное лицо сидевшего на заднем сиденье мужика в костюме.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
