начали намекать, что продолжать изначальный мой спор со вторым сыном Романова не стоит. В конце концов, своей силой я, мол, уже всем всё доказал… Однако возразить им я не успел.
— Ну так что, Аристарх Николаевич, сколько вам времени необходимо на то, что бы восстановить силы? — весьма кстати нарисовался Бестужев. — Вижу, кое-что вы умеете, так что я с нетерпением жду, какой же урок вы сумеете преподать мне.
— Всё ещё отказываетесь выходить против меня вдвоем? — поинтересовался я громко, не глядя на него.
Александр Павлович чуть дернул щекой, выдавая своё раздражение, но всё же ответил:
— Вы противоречите самому себе, сударь — вроде бы, насколько я понял, пользоваться нужно любой возможностью и каждым преимуществом, дабы одержать победу? — поинтересовался он. — Так вот оно, ваше преимущество — ваши враги готовы драться с вами по очереди.
— А вы меня подловили, Александр Павлович, — рассмеялся я. — Действительно, чего это я… Господин Бестужев, дайте мне десять минут и я весь ваш.
— С превеликим удовольствием, — раздраженно бросил он.
Неприятно, когда на тебя, такого крутого и знатного Бестужева, обращают внимания меньше, чем на обычного служку? Ути-пути…
— Тогда свободен, — негромко, зло ухмыляясь бросил я.
Аж перекосило бедолагу. Отлично, психуй-психуй. Больше эмоций — меньше мыслей.
Глава 11
— Ты уверен, что стоит продолжать? — со вздохом спросила девушка, перед этим аккуратно подхватив меня под локоть и отведя в сторону.
— Дорогая, неужто ты допускаешь мысль о моём поражении? — чуть насмешливо поинтересовался я. — Ах, я поражен в самое сердце!
— Прекрати дурачиться, — нахмурила она бровки. — Конечно, я не верю, что эти разряженные павлины способны с тобой справиться. Но если ты сейчас опозоришь Бестужева и тем более моего брата… Напомнить, с чего начался твой конфликт с Игнатьевыми? Ты вот так же с улыбкой на лице вышел против такого же придурка, а в итоге пришлось проливать кровь.
Я немного нахмурился и поглядел девушке в глаза.
— Александр — свинья, что прилюдно унижает тебя, свою сестру, — сухо напомнил я. — Ты — моя женщина, и я не намерен спускать подобное никому! Ну а насчет проблем — эта собака может только лаять, я уверен. Едва ли твой отец станет преследовать меня из-за подобного пустяка, особенно с учетом того, что он явно планирует отдать тебя мне в жены. С Бестужевым и того проще — если бы они имели желание что-то со мной сделать, они бы сделали ещё тогда, когда я прикончил изгнанную из их Рода дуру. Я ведь правильно понимаю, что это парочка — не из правящей Родом семьи?
— Верно, не из неё, — кивнула она. — Но я все равно волнуюсь, что тебе оторвут голову. Не отец, тут ты прав, но желающие услужить брату или даже этой парочке всегда найдутся. Повторюсь — Игнатьева было мало?
— С Игнатьевым так вышло не из-за нашей с ним схватки, а потому, что этот недоносок похитил и пытал меня, — возразил я. — А затем, при бегстве, я перебил немало их слуг. После этого они сочли, что разговаривать со мной смысла не имеет… Но уверяю тебя — будь это решение Рода, а не самого молодого идиота, меня бы не похитили, а прикончили сразу. Взрослы аристократы не устраивают войн из-за пустяковых дуэлей, на которых пострадало только самолюбие далеко не самых важных представителей Рода.
Девушка немного помолчала, но затем вздохнула и попросила:
— Знаешь, это немного эгоистично, но… Задай Саше трёпку! — решительно взглянула она мне в глаза. — А уж о последствиях не думай.
— Что это значит? — поднял я бровь.
— Что уже к утру все будут только о том и разговаривать, как ты встал на защиту моей чести, не испугавшись громких фамилий оскорбивших меня людей, — усмехнулась она. — Никто и рта не посмеет после подобного раскрыть в твою сторону… Ещё и самим идиотам достанется за поражение Мастеру. Главное — не проиграй! Ну, и не переборщи — всё же калечить никого не нужно.
— Дорогая, я говорил, что ты прелесть? — поинтересовался я.
— Ещё бы, — чуть капризно ответила она. — Но мог бы повторять это почаще. Совсем ты меня не ценишь…
— Обещаю исправиться, моя госпожа!
— Все вы, мужчины, обещать горазды, — стервозно хмыкнула она и отпустила мой локоть. — Иди уже, защитник юных дев. Ждут тебя.
Синицина вновь выступала моим секундантом. Со стороны Бестужева был Воронцов, судья остался тот же. За минувшие десяток минут народа набралось ещё больше — такое ощущение, что все те, кто сейчас был свободен от дежурств и прямых обязанностей, стеклись сюда дабы полюбоваться происходящим. Впрочем, развлечений с участием стольких видных личностей тут было явно немного, значит, вполне возможно, что так оно и было…
— Начинайте! — раздался азартный возглас Старшего Магистра, что судействовал вновь.
Бестужев был явно более умел, чем его предшественник. И тоже, как и я, предпочитал более редкий стиль ведения боя — без призыва Доспеха Стихии в самом начале. Бережет энергию и выносливость? Какой умный, надо же…
Облако песка и пыли взвилось в воздух, заполоняя всё вокруг и образовывая плотные облака в непосредственной близости от моего противника. Неплохо, неплохо… Но затягивать эту схватку я не собирался.
Фиолетово-синяя молния сорвалась с моего Меча Простолюдина и ударила туда, где я ощущал средоточие магической силы. Рыхлые облака песка и пыли мгновенно сгустились, создав почти непробиваемую защиту, а вокруг меня взметнулись десятки каменных столбов, что, изгибаясь подобно змеям, попробовали опутать меня со всех сторон. Одновременно с этим пыль и песок попробовали забить мне дыхательные пути — но я не стал принимать атаку в лоб, разогнавшись до предела и вылетев из ловушки.
Облако быстро расширилось, охватывая всю площадку. Чем было неприятно подобное — мана, разлитая в этих частичках пыли и земли, весьма сбивала сенсорные способности, отчего точно прицелиться и вычислить заклинателя становилось всё сложнее. И одновременно это облако, не переставая, сыпало атакующими чарами — второго и третьего ранга, прощупывая мою оборону.
Ясно. Решил истощить, а затем прикончить, при этом хорошо маскировался, что бы не дать мне шанса закончить всё одним ударом. Что ж, я ведь не зря взял десять минут на подготовку, верно?
Ощущая, как враг сплетает разом два удара четвёртого и один пятого (талантлив, очень талантлив, засранец. Не зря выходец из верхушки аристократии) я взмахнул мечом, заставляя вспыхивать начерченные моей кровью руны на лезвии. Фиолетовые искры побежали по клинку, впитываясь в знаки, и я рыкнул, помогая себе акустической магией в создании чар:
— Багровая Волна!
Во все стороны ударила вспышка багрового света, на несколько секунд образуя пустое пространство вокруг меня. Не теряя времени, я вскинул клинок в позицию для своей излюбленной атаки — Удар
