— Тебя привело сюда какое-то особое дело?
Зои, казалось, ничуть не смутил такой откровенный вопрос, как и полное отсутствие интереса к ней со стороны Роберта.
— Я заехала просто поздороваться. В память о старых временах.
— Ясно. Тогда почему ты не сказала Томпкинсу своего имени?
Зои бросила косой взгляд на Элеонору.
— Так нелегко говорить об этом при посторонних…
— Я пойду проверю, не вернулся ли Дэвид. — Элеонора поднялась с места. Но рука Роберта удержала ее на месте.
— Тебе вовсе не обязательно делать это сейчас. — Потом, обращаясь к Зои, он произнес: — Элеонора знает о наших прошлых отношениях, так что ты можешь смело говорить в ее присутствии.
Зои негодующе пожала плечами, но быстро взяла себя в руки.
— Ты, кажется, собиралась объяснить, почему не назвала дворецкому своего имени, — напомнил Роберт.
— Ну, я знаю, что ты можешь быть… очень импульсивным, — ответила она с ослепительной улыбкой, — и я решила, что, если назову свое имя, ты можешь оказаться принять меня.
— Да что ты! Ну как ты только могла такое подумать!
— Поэтому я решила преподнести тебе сюрприз, — весело закончила Зои, будто не замечая сарказма Роберта.
— Должен сказать, тебе это удалось. Ты никогда не приезжала в Грейледиз, когда я ездил навещать Джоша.
— Ты же знаешь, дорогой, я городская девушка. И ты знаешь, как я не люблю жить за городом. — Она скорчила гримасу. — Предпочитаю всегда находиться в городе. Ну, не смотри так сердито, — умасливала его Зои. — Я знаю, в том, что произошло, моя вина. И я давно хотела сказать тебе, как мне жаль, что все так вышло.
— Что ж ты ждала так долго?
— Ты был слишком зол на меня. Я понимала, что тебе нужно время прийти в себя. И я подумала, что сейчас ты готов простить меня.
— Как дела у Саймона? Я так понимаю, ты вернулась к нему?
— Да, — признала она. — Но я не могла забыть тебя, и мы вскоре расстались.
— Ну, еще бы. Я слышал, его недавно перевели куда-то на край света. Это явно не для тебя.
Игнорируя его замечание, Зои продолжала:
— Я поступила нехорошо, но если бы ты только знал, как я сожалею об этом, ты бы простил меня. Я слишком поздно поняла, как сильно мое чувство к тебе.
— Да? И как же оно сильно?
— Перестань. Ты и сам знаешь.
— Я знаю только то, что ты рассказала Бриджит.
— Говорю тебе, я совершила ошибку и сожалею об этом. — Она смотрела в его глаза заискивающим взглядом. — Так нелегко признаваться в этом в присутствии чужого человека. — Никакой реакции со стороны Роберта не последовало, и Зои пришлось оставить свое признание незавершенным. — Может, пообедаем как-нибудь вместе, когда будешь в Лондоне?
Роберт не успел ответить, потому что появился Томпкинс и объявил, что ужин готов.
— Если ты еще не ужинала, то, может, присоединишься к нам? — вежливо предложил Роберт.
Зои одарила его широкой улыбкой.
— Так получилось, что еще нет. С радостью приму твое приглашение.
Зои привычным жестом собралась взять Роберта под руку, но он уклонился от ее прикосновения и кивнул ей, чтобы она шла вперед.
— Ты готова ужинать, милая? — обратился он к Элеоноре, подавая ей руку.
Элеонора молча встала, злясь на Роберта за то, что он использует ее, только чтобы заставить бывшую любовницу приревновать. Зои прожигала ее взглядом насквозь, и Элеонора пыталась найти предлог, чтобы избежать совместного ужина, но не могла.
За столом они разговаривали мало.
— Вы живете неподалеку, мисс Смит? — поинтересовалась Зои мимоходом.
— Нет, в Лондоне.
— Если вас нужно подвезти, я с радостью…
— Элеонора сейчас живет здесь, — перебил ее Роберт.
— Ах, понятно. Так вы здесь отдыхаете?
— Нет. — Элеонора решила говорить правду.
— Вот как? А могу я спросить, кем вы работаете?
— Я помогаю устанавливать компьютеры и прочую офисную технику.
— Невероятно! Я не знала, что разговариваю с таким гениальным человеком.
— Боюсь, вы ошибаетесь. На самом деле, большую часть работы выполняет Дэвид.
— Так это тот Дэвид, которого вы упомянули раньше? — Зои схватывала все на лету. — Так, значит, вы просто работаете в доме?
— Элеонора живет здесь в качестве моей гостьи, — вмешался Роберт.
— И Дэвид тоже?
— Нет, Дэвид уехал.
— Но если для него было накрыто, значит, вы ждете, что он вернется.
— Он не вернется.
Элеонору потрясла его уверенность. Откуда он может знать? Дэвид должен вернуться. Он не может пропасть и на вторую ночь, не предупредив ее.
Зои снова вернулась к допросу:
— И долго вы планируете здесь пробыть, мисс Смит?
Но Роберт не дал Элеоноре ответить. Он взял ее руку и поднес к своим губам.
— Я очень надеюсь, что с сегодняшнего дня Грейледиз станет для Элеоноры ее домом.
Элеонора знала, что он всего лишь дразнит Зои, но Роберт говорил так искренне, что в его слова безумно хотелось поверить. Он ведь знал, как дорог ей этот дом и что у нее никогда не было своего дома. Зачем же тогда он говорит такое? Как он может быть так жесток? Элеонора была больше не в силах выдержать этой пытки.
— Простите, но у меня сильно болит голова. Я, пожалуй, пойду к себе. — Элеонора резко поднялась и почти выбежала из-за стола.
Девушка заперла за собой дверь, упала на диван и заплакала. Она понимала, что ничего не значит для Роберта, но все равно не ожидала, что он может причинить ей такую боль. Может, он так увлекся этой игрой, пытаясь заставить Зои ревновать, что не подумал, как сильно может ранить ее, Элеонору? Да и зачем ему вызывать ревность Зои? И так видно, что она прибежит к нему по его первому зову. И если он любит ее, почему бы не сказать ей об этом прямо? Или, может, он хочет проучить ее, за прошлые ошибки и только потом простить и принять обратно? В любом случае, Элеонора не хотела участвовать в этой игре, каковы бы ни были цели Роберта.
Слезы текли по ее щекам, падали на руку. Эту руку Роберт только что поцеловал… Вытерев слезы, Элеонора с ужасом обнаружила, что обручальное кольцо с пальца исчезло. Она не снимала его никогда. Хоть оно и было немного великовато, Элеонора всегда носила его — как талисман. Оно всегда было на пальце. Элеонора в панике вскочила на ноги. Куда же оно могло деться? Обыскав диван и не найдя кольца, Элеонора решила, что забыла его в столовой.
Но не успела она открыть дверь, как услышала стук. На пороге стоял Роберт, преграждая ей путь.
— Пожалуйста, уходи.
Увидев ее заплаканные глаза и мокрое от слез лицо, Роберт нежно обнял ее. Элеонора больше не могла сдерживать себя и разрыдалась у него на плече. Роберт успокаивал ее, как ребенка, прижавшись щекой к ее волосам, бормоча что-то, чего Элеонора не могла расслышать. Наконец она успокоилась и, всхлипывая, высвободилась из его объятий. Роберт протянул ей свой платок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
