А вот другие планеты, более слабые в технологическом отношении, и которые находятся на пути удобных проходов, для кшакшей чрезвычайно легкая добыча.
Ваш район Галактики очень удобен для перехода в другое пространство, но Земля мешает испытаниям, и кшакши решили убрать помеху. Они решили направить к Солнечной системе мощный корректирующий луч. Я случайно узнала об этом, потому что мои родители - сотрудники Института Галактической истории, и в Институт поступил приказ отозвать всех сотрудников с Земли.
Наш Закон гласит, что граждане свободной Ауэи не должны погибать на отсталых планетах. Поэтому на Земле сейчас нет ни одного ауэйца. Кроме меня... Понимаете, когда луч кшакшей достигнет Земли, она не будут разрушена в прямом смысле этого слова. Она будет переброшена в другое измерение, но для неподготовленных к такому перемещению людей это будет равносильно смерти. Потому что на месте Солнечной системы не останется ни одного атома...
- Ужас какой-то! Так не бывает... - прошептала Фиделина. А у меня по спине забегали холодные мурашки... Я читал об уничтожении планетных систем в романе Снегова "Люди как боги", однако тогда это была интересная, захватывающая дух фантастика...
- Бывает, - вздохнула Луэлла. - Это правда. Я видела много планет, которые погибли в войнах, но кшакши будут пострашнее любой войны. Представьте:
была планете, там жили люди, а теперь на этом месте пустота... А ты, Андрей, говоришь, "Люди как боги", " Сто лет тому вперед". - Я ничего не говорил, просто Луэлла, как всегда, прочитала мои мысли. - Да пока вы станете как боги, от вас не останется даже воспоминаний! А ты продолжаешь читать глупые фантастические книжки, написанные глупыми писателями, которые умеют придумывать разную ерунду, но ничего не знают... Хотя... Луэлла запнулась. - Если посмотреть с другой стороны... Фантастика- это мечта. Мечта о счастье. Я знаю: вы, земляне, очень любите мечтать о будущем. А мы, ауэйцы, уже давно ни о чем не мечтаем. "У нас все есть! Мы самая счастливая планета!" - только и слышится отовсюду. Но не буду об этом... Противно... Земле еще предстоит добиться своего счастья, но мне очень не хочется, чтобы оно было похоже на наше. У вас должно быть ваше счастливое будущее... Если... если ваша планета через час не исчезнет.
Луэлла замолчала. Молчал и я, молчала и Фиделина. Во дворе застыла неприятная, напряженная тишина. Снег уже кончил идти, и фонари освещали преобразившийся двор. Все вокруг - скамейки, деревья, гаражи, хоккейная коробка и детская площадка с качелями и спортивным городком - спряталось под белым, играющим синевой, покрывалом. Облака рассеялись, и на небе снова показались звезды. Они слабо мерцали, переливаясь радужными бликами, и, казалось, звали нас к себе, манили в неведомые дали. И не хотелось думать ни о чем плохом.
Но на душе было тяжело и тоскливо. И не хотелось верить, что может случиться так, что некому будет Но человек устроен так, что никогда не верит в собственную смерть.
Даже когда умирают другие...
- За что они нас так, Мари? - тихо спросила Фиделина. Мне показалось, что ее голос звучал плаксиво. - Что мы им сделали?
- Кшакшам неведомы никакие чувства. В том числе и чувство жалости, сурово ответила Луэлла.
- Но ведь мы не умрем, Мари? - умоляюще спросила Фиделина. Кажется, в глазах у нее действительно появились слезы. - Правда ведь, что мы не умрем? Правда, что ничего не случится? Ты же говорила, что твоя планета очень сильная, и вы поможете нам, правда?
Луэлла вздрогнула, услышав последние слова. Ее словно током ударило. Она побледнела, ее лицо сделалось белее снега, и она отвернулась от нас. И ответила сквозь зубы:
- Нет. Никто вам не поможет. Ауэя никогда не вмешивается в дела других планет. Ауэя давно уже отгородилась от всех мощным силовым полем, и никто, даже кшакши, не могут нарушить наш покой. Поэтому мы и есть самое счастливое человечество во всей Галактике, - Луэлла горько усмехнулась. Самое-самое счастливое. Счастливее некуда. А вот вы, земляне... Знаете, Земля не первая и не последняя планета, которая может стать жертвой научных экспериментов кшакшей. В Галактике миллионы населенных планет, кшакшам и нам хватит не на одну тысячу лет. Кшакшам - чтобы экспериментировать с пространством, нам -изучать свою историю на примере жизни других миров. Поэтому, если не станет Земли, в Галактике ровным счетом ничего не изменится. И на Ауэе тоже. У нас никто не заметит, что погибла одна из миллионов планет. Мало ли звезд и планет исчезают во Вселенной почти ежедневно...
- Какие страшные ты вещи говоришь, Мари, - дрожащим голосом сказала Фиделина. Ее лицо было неестественно бледным, в черных глазах застыл страх.
- Поверьте мне, друзья, что все гораздо страшнее, чем вам может показаться, - ответила Луэлла.
- Ты хочешь сказать, что у нас нет никакой надежды? - спросила Фиделина.
- Я хочу сказать, - ответила Луэлла, - что вы не знаете...
И смолкла, не закончив фразы. Посмотрела на меня. Или сквозь меня...
взгляд у нее сделался неприятным: стеклянным, безжизненным. Наверное, почему-то подумалось мне, - так смотрят умершие люди, когда им еще не закрыли глаза. Я почувствовал суеверный ужас, по спине поползли холодные мурашки... Захотелось отвернуться и вообще уйти. Было трудно поверить, что всего три месяца назад Луэлла считалась самой живой и веселой девчонкой в иностранном дворе.
- Взгляните, - раздался в глухой тишине слабый голос Луэллы. - Сейчас вечер, люди пришли домой, в их окнах горит свет... - она плавно обвела рукой вокруг себя, показывая на ярко освещенные окна в окружавших двор панельных пятиэтажках. - Понимаете, на Земле сейчас никто ничего не знает.
Люди отдыхают, смотрят телевизор, читают книги, строят планы на завтрашний день. И не догадываются о том, что этого дня у них уже никогда не будет.
Что они попросту исчезнут, не успев осознать, что умирают...
- Значит, нет никакой надежды? - повторил я вопрос Фиделины. - Это...
конец?
Человек устроен так, что в его душе живет постоянный страх перед небытием.
Перед неизбежным концом. Перед смертью... Но человек не хочет умирать. Он хочет жить. Жить любой ценой...
Жажда жизни у человека сильнее всех других чувств.
Потому что смерть - это очень страшно...
Особенно такая смерть, когда не только от тебя, но и от всех людей, живущих на Земле, не остается ничего. Даже памяти...
Но я не верил в свою смерть. Я вообще не верил, что могу когда-нибудь умереть. Не верил в смерть кубинки Фиделины, в смерть планеты Земля. Мне почему-то казалось, что я сейчас читаю очередной фантастический роман, героями которого неожиданно стал я сам и мои друзья. В таких книгах помощь всегда приходит в последний момент, когда потеряна последняя надежда на спасение, и остается только одно - собраться духом, чтобы достойно встретить неизбежный конец. Но неожиданно прилетают на разгоряченных бешеной скачкой взмыленных конях бесстрашные спасатели, держа наперевес острые шпаги, разбивают ненавистных врагов, захватывают их в позорный плен и освобождают исстрадавшихся пленников, уже взошедших на эшафот, освещенный утренними лучами солнца...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
