Но, затаив обиду на своих соотечественников-ауэйцев, которые могли, если бы захотели, помочь ей, Луэлла не захотела рвать все нити, которые связывали ее с родной планетой. И потому в ее взволнованную речь проскальзывали певучие ауэйские слова. Чуть похожие на легкие мелодичные звуки скрипки, печально поющей последнюю песню в умелых руках музыканта...
- Знаете, друзья, я полюбила Землю. Как свою родную планету... Когда я вернулась домой, на счастливую и стабильную Ауэю, то очень скучала по Земле. Скучала по своим друзьям... Вспоминала вас... Я часто смотрела на звездное небо, искала там созвездие Желтой Стрелы. Смотрела на маленькую желтую звездочку на острие созвездия. На ваше Солнце... Иногда мне даже казалось, что я вижу Землю. Никто на моей планете не понимал, что я нашла на этой отсталой и дикой планете, раздираемой войнами и разделенной на десятки государств. Да разве могли они понять, что я нашла на Земле друзей! Нашла друзей, чтобы потерять их навсегда. Технически мне ничего не стоило вернуться на Землю, но это было запрещено, и нарушителя ждала строгая кара. Никто без особого на то разрешения не может покинуть Ауэю.
Нужно разрешение Главного Совета. Только немногим удается на время покидать планету. Мне повезло. Я побывала на Земле. И теперь жалею, что не осталась на вашей планете. Потому что Земля - самая прекрасная планета во Вселенной. Прекрасны леса и поля Земли, реки и моря, степи и пустыни.
Прекрасны города Земли, старые и новые. Прекрасны люди, жители этих городов. Прекрасен кубинский город Камагуэй, где живешь ты, Фиделина. Куда ты скоро должна вернуться... Я никогда не была в Камагуэе, но ты мне рассказывала, какой он красивый... Ты звала меня в гости. Но я, видимо, уже никогда не побываю ни в Камагуэе, ни в Гаване, ни на Кубе вообще. Но знаешь, Фиде, я все-таки чувствую себя кубинкой. Особенно сейчас... Мне кажется, что я всегда жила на Кубе, а Ауэя приснилась мне в страшном сне... Андрей, ну не надо так грустно на меня смотреть. Не надо, все будет хорошо. И большое тебе спасибо за то, что ты открыл мне Староволжск. Ты показал мне его историю, которая и по сей день живет в его старинных домах и церквах, в названиях улиц и переулков. Вернувшись на Ауэю, я много раз мысленно возвращалась в Староволжск, ходила по Набережной и Затверечью, по переулкам Морозовского городка... Да, он очень красив, твой город!.. - на мгновенье Луэлла смолкла, словно хотела перевести дыхание. А затем воскликнула с неподдельной горечью в голосе:
- И разве можно допустить, чтобы этот замечательный город, чтобы сотни и тысячи других городов, столь же прекрасных и неповторимых, какие-то безумцы превратили в ничто? Разве можно допустить, чтобы дикие орды галактических экспериментаторов в один миг погубили миллиарды людей?
Поэтому я любой ценой сделаю то, что должна сделать...
- А если ты не успеешь? - спросил я. - Вдруг луч кшакшей ударит по Земле прямо сейчас?
- Не бойся, - ответила Луэлла. - Луч достигнет Земли ровно - она посмотрела на наручные часы. Часы, кстати, были не инопланетные, а вполне земные. "Электроника-5". Такие часы носили все кубинцы "иностранного двора", -ровно через двадцать шесть минут. Земля войдет в расчетную точку именно в это время, не раньше и не позже. К счастью, кшакши пока еще не могут по своему усмотрению изменять законы физики. Так что бояться нечего... Не плач, Фиде, не надо... ты же кубинка. Как и я... А кубинцы не плачут, когда им грустно и больно. Не надо плакать, Фиделина, я вернусь к вам. На Ауэю мне теперь дороги нет, я преступила Закон - вмешалась не в свое дело. Теперь я преступница. Разбила личный браслет... Если каждый ауэец начнет разбивать личные браслеты, не будет тогда стабильности и счастья на благословенной Ауэе. Ладно, все это ерунда, я прекрасно знала, на что иду, что меня ждет, когда я вернусь на Ауэю. Но я туда не вернусь.
Если со мной ничего не случится, я останусь на Земле. На моем корабле есть синтезатор силового поля и небольшой отражатель. Может быть, он рассеет смертоносный луч в пространстве, и мой корабль уцелеет...
- Мари, можно, я полечу с тобой? - спросила Фиделина, всхлипывая.
И я поразился смелости Фиделины. Мне такая мысль даже в голову не могла прийти. Я уже смирился с тем, что Луэлла полетит спасать Землю от кшакшей, и что она может погибнуть. Жалко, конечно... Но я понимал, что погибнет не та двенадцатилетняя девочка, которой Луэлла была несколько месяцев назад.
Она повзрослела, превратилась во взрослую девушку, с которой я не знал, как себя вести. Я уже никогда не смог бы вести себя с ней по-прежнему. А как вести себя по-другому, я не знал. И если бы эта, новая Луэлла, куда-нибудь исчезла, снова улетела бы насовсем на свою планету - мне было бы легче. Потому что я все равно помнил бы прежнюю Луэллу. Прежнюю Марисель...
Но Фиделина, видимо, считала по-другому. Мне кажется, она даже и не заметила, что Луэлла стала старше. Для Фиделина она по-прежнему была подругой-ровесницей. Или - старшей сестрой...
Поэтому Фиделина не могла свыкнуться с мыслью, что Луэлла может снова улететь. Что она может погибнуть... И потому решила остаться со своей подругой до конца. Самоотверженная она девчонка, эта Фиделинка! Настоящая кубинка! Как и Луэлла...
- Нет, Фиде, - качнула головой Луэлла. - Твое место здесь. А это мое дело.
Я должна доказать Ауэе, что они не правы. И что... Ладно, это не важно сейчас... А тебе, Фиделинка, спасибо. Ты настоящий друг. Я знаю, что на моем месте ты поступила бы точно также. Спасибо. А мне пора на корабль. А это вам...
Она вынула из внутреннего кармана своего белоснежного комбинезона какую-то блестящую черную пластинку размером с ладонь.
- Это минивизор, - пояснила она. - Вы сможете все увидеть, если захотите.
Просто подумайте обо мне... А теперь давайте на всякий случай простимся.
Луэлла порывисто обняла нас. И поцеловала. Сначала заплаканную Фиделину. А затем меня... И мне почему-то не стало неловко от ее быстрого поцелуя...
Потому что, наверное, это уже было совсем не важно... Не важно, что Луэлла выросла и стала взрослой девушкой. Все равно она осталась прежней Марисель...
Фиделина беззвучно плакала, а у меня в горле застрял противный липкий ком с острыми шипами. Он упорно двигался внутри меня, сдавливая дыхание и вызывая слезы...
Луэлла медленно разжала объятия.
Отошла от нас на несколько шагов.
Наткнулась спиной на трансформаторскую будку.
Неуверенно повела плечами. Оглянулась не препятствие...
И вытащила еще из какого-то кармана непонятный продолговатый предмет, похожий на школьный пенал. Долго разглядывала его, словно видела впервые.
А потом сказала:
- Ну, мне пора... - она показала на звезды. - Прощайте, друзья. Извините, если что-то когда-то было не так. Может быть, еще свидимся в этом мире...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
