Читаем без скачивания Хрустальная Звезда - Вонда Макинтайр

В глубине корабля Чубакка нашел маленькую комнату без иллюминаторов и внутренних окон, с едва мерцающими дисплеями.

Несколько мгновений он изучал системы управления, затем нажал несколько кнопок. Корабль начал оживать, вспыхнул свет, и через вентиляционные отверстия с шипением пошел воздух. Включилось отопление, и Лея почувствовала, что скафандр ей больше не нужен.

— Отлично, — сказала она. — Молодец, Чубакка! Спасибо. Мне надо вернуться к тому фирреррео — он сейчас проснется, и ему нельзя быть одному.

Чубакка прорычал в знак неодобрения и показал на один из дисплеев.

— Что это?

Но он уже выскочил из комнаты и вприпрыжку мчался по коридору. Лея стремглав побежала за ним. У нее был небольшой опыт передвижения в условиях низкой гравитации, и она прилагала все усилия, чтобы не кувыркаться в воздухе, как Арту.

По коридору эхом прокатился крик отчаяния и ярости Чубакки.

Лея нашла его в небольшой кабине, белой и чистой, как хирургический кабинет. Он застыл, глядя прямо перед собой.

В подвешенной к потолку сетке, похожей на паутину, в странной, мучительной позе, висела женщина.

С широко открытыми застывшими глазами, с изможденным лицом, она казалась мертвой. Ее длинные серебристо-черные волосы шевелились в потоках воздуха, золотисто-коричневая кожа была глубоко изрезана паутиной.

Внезапно она зашевелилась.

— Она жива! — крикнула Лея.

Паутина натянулась, врезаясь в ее исхудавшие руки и ноги. Женщина снова застыла, и лишь глаза ее слабо двигались — на миг Лея поймала ее взгляд, и он снова стал невидящим.

— Ее надо скорее опустить вниз! Ты можешь добраться до нее?

Чубакка вытянулся вверх и коснулся паутины.

— Нет…— хриплым голосом проговорила женщина.

Чубакка отдернул руку — ее уже спиралью начала обвивать паутина, едва не захватив в свой жуткий плен.

Позади них вдруг кто-то фыркнул от отвращения и злорадства.

Лея резко обернулась, Чубакка инстинктивно потянулся за бластером. Но бластера не было.

Сказочный принц из рода Фиррерре стоял в дверях, опираясь о косяк, чтобы удержаться на ногах. Это был тот самый фирреррео, которого разбудила Лея.

— Вы ее так не опустите, — сказал он. — Только сами попадете в паутину.

— Но что же делать? — спросила Лея. — Мы хотим освободить ее.

Арту начал исследовать своими сенсорами пульт управления, тестируя один модуль за другим. Внезапно от стены отделилось что-то похожее на сачок, и в одно мгновение дройд был окутан сетью паутины. Арту рванулся назад, и тут ему на помощь пришла низкая гравитация — он завис в воздухе и сумел разорвать паутину, прежде чем она лишила его возможности двигаться.

Фирреррео засмеялся.

— Помогите! — Лея бросилась к Арту, который все еще барахтался в разорванной, но продолжающей сжиматься паутине. Призыв о помощи относился к фирреррео, но тот не двинулся с места, продолжая смеяться.

Паутина резала ей пальцы, но Лее удалось сбросить ее со своих рук и помочь Арту окончательно выпутаться.

Чубакка рычал, глядя на фирреррео.

— Как вас зовут? — спросила Лея. — И почему вы все это находите смешным?

— Я мог бы спросить вас о том же, — ответил он. — В конце концов, вы захватчики.

— Я разбудила вас. И, вероятно, спасла вам жизнь.

— А кто вас об этом просил? — огрызнулся он.

Лея молчала, стараясь сосредоточиться и взять себя в руки.

«Я дипломат, — думала она, — я должна владеть ситуацией».

— Я не против того, чтобы сообщить вам свое имя, — сказала она.

Конечно, Лея не собиралась открывать ему свое настоящее имя. В детстве ее шутливо называли Лелила, и она решила, что именно это имя она будет носить до тех пор, пока ей суждено быть инкогнито.

— Меня зовут Лелила, а это мой компаньон Геиахаб.

Она кивнула в сторону Чубакки, который бросил на Лею удивленный взгляд. Она выбрала ему имя из мифологии вуки — эту историю очень любили слушать близнецы. Правда, характер там был совсем не героический, и Лея подумала, что Чубакка, должно быть, обиделся.

Фирреррео усмехнулся:

— А вот я не собираюсь говорить вам свое имя. Лея промолчала.

Фирреррео взглянул на пленницу в паутине и снова усмехнулся:

— А ее зовут Риллао.

Лея тоже посмотрела на нее.

— Пожалуйста, помогите мне ее освободить.

— Она не принадлежит к моему клану, — сказал он. — Я ничего ей не должен. Я ничего не должен вам.

— А если я вам заплачу, вы поможете мне?

— Мне не нужны здесь деньги.

— Что вы потеряете, если поможете мне?

— Ничего.

— Так что вы хотите?

— Кто вы такие? — спросил он. — Пираты? Или имперские прихвостни, присланные, чтобы мучить нас?

— Ни то ни другое, — сказала Лея. — Неужели я похожа на штурмовика? Он с подозрением смотрел на нее.

— Мне нужна свобода, — сказал он.

— Вы свободны. Но я прошу помочь нам.

Его глаза сузились, почти закрылись, затем внезапно он принял решение и шагнул к пульту, с которым так неудачно пытался справиться Арту. Фирреррео явно знал, как он работает, и это немного насторожило Лею. Эта камера в глубине корабля имела только одно предназначение — она была камерой пыток, возможно, и местом казни. Может быть, этот человек сотрудничал с имперцами? Может быть, имперцы оборудовали фрейтер тюремной камерой и назначили тюремщиков из числа пассажиров — например, бывших преступников или просто негодяев?

Фирреррео склонился над приборами. Лея встала у него за спиной. Через мгновение он обернулся и посмотрел поверх ее плеча. Лея тоже обернулась и увидела, что Риллао медленно опускается с потолка. Паутина растянулась, потом стала сжиматься, сползая с ее тела. Она была красная от крови Риллао.

Чубакка осторожно подхватил ее на руки. Она не шевелилась.

— Давайте отнесем ее на…— Лея чуть не сказала «Альтераан», -…-мой корабль.

Если бы она даже доверяла безымянному фирреррео, то все равно не имела права сказать ему название корабля. Его не должен знать никто. Никто.

Джайна вошла в свою учебную зсомнату. На проклятый дисплей она даже не могла смотреть.

Она хотела быть в каньоне с Джесином, хотела, чтобы Луза вернулась обратно.

Джайна положила голову на стол и заплакала. Сзади к ней подошел Врам и схватил ее за плечо.

— Прекрати плакать! Смотри на экран! Сиди прямо!

Джайва заставала себя не плакать и невидящим взглядом посмотрела на экран.

— Лорд Хетрир хочет задать тебе вопросы, — сказал Варм. — Кто был самым великим лидером в нашей истории?

— Моя мама, конечно!

— Неправильно! Какая ты тупая! Величайшим лидером был Император.

Джайна в ужасе посмотрела на него.

— Кто собирается восстановить Империю?

— Никто! — крикнула Джайна.

— Неправильно! Лорд Хетрир! Империя возродится!

— Нет!

Врам был ей ненавистен. И Хетрир был ей ненавистен. Они все были ей ненавистны. Джайна хотела к Лузе, к Джесину, к Анакину, к вирвулфу мистера Айова. Она снова заплакала. Ей было очень жалко маму, папу и дядю Люка — не потому что она верила, что они умерли, — нет, она, конечно, не верила. Ей было жалко их, потому что они сейчас беспокоятся, переживают, ищут ее. И Винтер, и Трипио, и Чубакка, и Арту — все ее ищут. И ей было жалко себя.

— Неправильно! — злобно крикнул Врам. — Империя возродится! А ты останешься без ужина.

— Ты гадкий и противный! — закричала она. — Как ты можешь быть таким отвратительным? — И Джайна стукнула его по ноге.

Он взвыл от боли. Тут же прибежал другой помощник. Вдвоем они потащили Джайну в ее спальную комнату. Она отчаянно боролась и царапалась, но никто из детей, сидевших каждый в своем отсеке, даже не повернул головы в ее сторону. Все внимательно смотрели на свои дисплеи.

Врам открыл дверь ее комнаты и втолкнул Джайну в темноту.

Она села на холодный пол и попыталась успокоиться. Ей надо было думать о том, как отсюда выбраться или хотя бы послать сообщение.

Церемония, которую устроил Хетрир, ужаснула ее. У нее до сих пор в ушах стоял истошный вопль: «Возрожденная Империя!»

«Я должна обязательно сообщить маме о Возрожденной Империи, — подумала Джайна. — Любым способом. Я должна сообщить ей о Хетрире. Он один из самых страшных тиранов, с которыми боролась мама еще до того, как я родилась».

Неужели опять будет война?

Джайна вытерла слезы.

Она достала спрятанный универсальный инструмент, открыла его и на ощупь добралась до двери, так же на ощупь нашла место, где уже было маленькое отверстие.

Джайна тихонько начала сверлить, думая о том, как выберется из каменного лабиринта Хетрира, после того как ей удастся выбраться из своей кельи.

«Смогу ли я незаметно пройти мимо дракона? Он может не заметить меня, если я перелезу через изгородь в каком-нибудь другом месте, подальше от него».

Но Джайна и сама не верила, что это получится. Дракон был такой огромный, что, где бы она ни перелезла, обязательно наткнулась бы на него. К тому же он спит так чутко, что не даст ей даже подойти к изгороди.