– Угу, мне нравится ваш ответ, – сказал Вольф. – Как у вас с господином Серебровым, никаких разногласий?
– Абсолютно! – отчеканила Света. – Лучшего партнера не найти. Обсуждение инвестиций идет, как по маслу. Я почти уверена, что все контракты будут подписаны. Сегодня у нас деловой ужин, где мы и решим оставшиеся недочеты, но, собственно, особых недочетов и нет. Пора готовить договор к подписи.
– Быстро вы управились, – не ожидал услышать столь уверенную речь Вольф.
– Я сама не ожидала, – призналась Света. – Но это я на вскидку. Сегодня должны быть переведены и обработаны нашими специалистами их официальные документированные предложения. Я с ними ознакомлюсь днем. Это мы и обсудим на деловом ужине. План стандартный. Никаких отклонений не предвидится.
– Славно, – подытожил Вольф. – Сообщу тебе одну новость.
– Хорошую?
– По-моему, очень. Даже превосходную, – заинтриговал директор. – Согласно решению вышестоящих властей скоро мы отправимся, так сказать, на места. Будем осматривать территории под застройку и, что самое главное, показывать их нашим партнерам, чтобы они собственными глазами увидели, что их ждет. Они оценят, так сказать, широту размаха. Кроме того, ожидается приезд официальных должностных лиц, круглый стол, пресс-конференция, интервью телевизионщикам для активной PR-компании в прессе. Ну и, сама понимаешь, без банкета не обойдется. В общем, намечается грандиозная высоко бюджетная показуха, в которой мы принимаем активное участие.
– И где это будет проходить? – заинтригованно спросила Света.
– Как где, милая моя! В Сочи, естественно!
– В Сочи! – воскликнула Света.
– Ты рада? – усмехнулся директор.
– Еще бы! Это же здорово! – может ей удастся выбраться на пляж и удастся немного отдохнуть! А вдруг она понежится на золотистом песке рядом с Денисом. Это было бы чудесно. Лучший подарок в ее удручающем положении, но если ничего с загаром и пляжем не получится, то, по крайней мере, она сбежит подальше из Москвы, подальше от маньяков, моральных уродов и грязных извращенцев, а там авось все утрясется само собой. Она вернется счастливая и довольная с баснословной премией в кредитке и морем впечатлений. От впечатлений точно не будет отбоя!
– Я могу надеяться на заветный билет? – спросила она, зная ответ заранее.
– Все шутишь? – покачался в кресле директор. – А кого мне еще брать?
– Здорово!
– Не гордись особо! У нас будет целая команда. Мы с тобой вдвоем не справимся. Приедет куча американцев из компании Сереброва. И к каждому придется кого-то приставить.
– Я занята! – предупредила Света.
– Это понятно! – кивнул Вольф. – Ну, хорош! Возвращайся к себе и особо не распространяйся в коллективе насчет Сочинской конференции. Я тебе, как самому ценному сотруднику, первой сообщил. А если ты всем разболтаешь, то народ работать перестанет. Все начнут думать, как бы им покататься на банане или отлежаться под зонтиком. Запомни, мы не на курорт едем, то есть, конечно, на курорт, но не отдыхать! Ясно?
– Ага! Держу рот на замке! – прощебетала Туманова. Она никому про Сочи не скажет, ну или почти никому.
После нежданного сюрприза Света заметно приободрилась и смотрелась более жизнерадостно. Проходя офисный зал, мимо копошащихся в бумагах, как лесных муравьев, коллег, Света внимательно разглядывала их вдумчивые рожицы, ища ту заветную физиономию, которая могла быть ее ночным обидчиком.
Не успев миновать линолевую тропу, Света наткнулась на одного из не самых приятных субъектов. Дорогу ей преградил Исмаил. Вид у него был кислый и одновременно мутный, не выспавшийся, словно он проиграл последнюю зарплату в «Golden Palace» и безрезультатно искал кредиторов, готовых спонсировать нищего игрока.
Исмаил явно был чем-то недоволен и не старался это скрыть.
– Ты устало выглядишь! – пробурчал он, стоя на ее пути.
– Спасибо за комплимент! – огрызнулась Света. – И ты не подарок. Разреши мне пройти?
– Подожди, – не отходил Бабиев. – Что-то стряслось? Если тебя кто обидел, я этому мерзавцу башню снесу!
«Откуда он знает? – подумала Света. – Брось! Это выдумка. Он не может этого знать. А если…?
– С чего ты взял? – нахмурилась Светлана. – Я не успела навести макияж. Видишь, какая я на самом деле несимпатичная. Оглянись! Вокруг столько сексапильных девочек, мечтающих о тебе, а ты тешишь себя бесплодной надеждой.
– Ты явно чем-то обеспокоена, – не сдавался Бабиев. – Я в этом кое-что понимаю.
«Уж не ты ли тот мерзавец, что пугает меня по ночам?» – пронеслось в голове у Светы.
– Ты не хочешь говорить? – спрашивал он.
Вдруг она вспомнила его слова, его недавнюю угрозу в ее кабинете. «Ты пожалеешь об этом!» – ударило Свете в виски. Неужели, это Исмаил? Неужели, он способен на такое?
– Я в норме – с трудом выговорила Света подозреваемому номер один. – Скажи, ты вчера чем занимался?
– Тебе стало важно, чем я занимаюсь?
– А что? Ты же постоянно терзаешь меня подобным вопросом. И я не хочу остаться в долгу.
Исмаил даже как-то растерялся. Света никогда не расспрашивала про его жизнь за пределами Москва-Сити, а тут неожиданно проснулась странная любознательность. Разве это признак грядущих перемен?
– Я… я думал о тебе, – не придумал лучше Бабиев, как наступить на старые грабли.
– Думал обо мне? – с издевкой спросила Светлана. – И все? И ничего другого не делал?
– Допустим, был в сауне с друзьями, – ответил нерешительно Исмаил.
– И думал обо мне? – издевательски повторила Света.
– Я всегда о тебе думаю, – парировал Бабиев. – Ты до сих пор в этом не уверена. Как доказать тебе? Я докажу. Дай мне повод!
– Скажи, а во сколько, примерно, ты прохлаждался в сауне?
– А что?
– Просто любопытно. Ты тоже какой-то вялый, как выжитый лимон. Наверняка кутили всю ночь с девочками. А… ты же признался, что был там с мальчиками. Извини… Тогда я тем более не понимаю твоих ухаживаний.
– Прекрати! – рявкнул Бабиев. – Я не позволю смеяться надо мной! В девять мы поехали в сауну, а в три-четыре часа я уже добрался до дома. Довольна?
– Неважно, – нарочито равнодушно сказала Светлана. – Разреши пройти! Я спешу!
– Пожалуйста, – повернулся боком Исмаил. – Надеюсь, это добрый знак. Я в долгу не останусь и еще спрошу тебя, чем ты занималась этой ночью!
– Тем же, что и ты!
«Он вполне мог придумать эту грязную историю с баней, – рассуждала она на ходу. – Хитрый негодяй. Я догадывалась, что он ненормальный, но чтоб до такой степени! Я заблуждаюсь? Не спеши делать выводы, не спеши! Это может быть и не Бабиев. Часто такими уродами оказываются тихие и незаметные, весьма скромные и опрятные мужичонки-холостяки, на километр не подходящие к женщинам и просиживающие гнилые задницы на развратных форумах. И у нас такие найдутся. Стоит только поискать. Спрошу-ка я Иветту. Она подскажет, кто бы это мог быть»
Сзади послышалось ее имя, отчего Света машинально оглянулась. Из-за угла выглядывала подруга и махала ей худосочной ручкой. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, Света впопыхах помчалась к ней. Неразлучные подружки вскоре встретились и обменялись дружеским поцелуем.
Сегодня Иветта смотрелась иначе, появившись в дорогом костюме с полупрозрачной блузкой, позволяющей ей сражать наповал всех мужчин своими неповторимыми аксессуарами. Пахло от нее изысканными французскими духами, и отдавало какой-то свежестью и новизной. Уж не влюбилась ли она? – подумала Света, но постеснялась спросить ее прямо.
– Зайди на минутку! – поманила ее подруга.
– Ты великолепно выглядишь! – не сдержалась Светлана.
– У нас же праздник!
– Какой? – изумилась она.
– Как? Вольф не сказал тебе? Мы же скоро отправляемся в Сочи.
– А ты откуда…?
– Секрет! – прервала ее Иветта и пространно добавила: – В нашей компании и у стен есть уши.
От ее слов Света растерянно призадумалась: «Неужели Вольф ее обманул или у Иветты есть свои каналы получения информации?»
Зинина подняла со стола сложенный пополам листок и помахала им перед лицом как китайским веером.
– Духота! А в Сочи так чудесно! Город Сочи… темные ночи…
– Вольф же просил не распространяться, дабы не сбивать с набранной колеи наш изнуренный коллектив, – вспомнила Света.
– А ты, как я погляжу, флиртуешь с Бабиевым? – сменила она тему.
– Что ты! – воскликнула Светлана. – У меня такое ночью случилось! Жуть! Не поверишь!
– Потише! – приставила она палец к губам. – Нас могут услышать.
Пройдя в ее апартаменты, Света оперлась попой о край захламленного гарнитурой стола и тут же рассказала в мельчайших подробностях все свои злоключения прошедшей роковой ночи. Иветта внимательно слушала и не перебивала. После последнего предложения, она с негодованием произнесла:
– Кошмар! Куда катится мир! Чтоб в собственной квартире подвергаться насилию! Настоящее психологическое насилие! Грубое вторжение в твою личную жизнь. Будь я на твоем месте – я бы не выдержала.
