Читаем без скачивания Кремль 2222. Ладога - Андрей Посняков

В окуляры бинокля хорошо просматривалась расположенная на том берегу крепость. Мощные стены, приземистые, основательные, словно древние дородные воеводы, башни, две из которых еще достраивались. Видно было, как с носилками в руках сновали туда-сюда работники, как мелькали в руках надсмотрщиков плети. Похоже, о свободном производительном труде хозяин крепости не имел ни малейшего представления. Да и не хотел иметь.

Кроме надсмотрщиков и рабочих, в стройке принимали самое активное участие роботы, в количестве двух штук. Обычные саперные машины марки «Чинук», они вполне могли использоваться и как боевые, мозгов хватало. И это была не очень-то приятная новость – кронштадтцы уже начали экономить гранаты, слишком уж много их извели за недавний ночной бой, а новых взять было, естественно, неоткуда. Правда, имелся еще Спайдер, но способны ли его крупнокалиберные пулеметы поразить «Чинуков» – большой вопрос. Может, и способны, а может – и нет. Как повезет. В зависимости от того, какое у «Чинуков» оружие.

Что происходило во дворе крепости, с берега виделось плохо – мешали стены, стройка, да еще деревья, разросшиеся во внутреннем саду. Яблони… или груши. Какие бы ни были – ясно, что не хищные, иначе б надсмотрщики и воины так спокойно по двору не разгуливали бы.

– Однако стены мощные, – тихо промолвил скрывавшийся рядом, в кустах, Рэм. – Повозиться придется – прямым штурмом, в лоб, вряд ли возьмем. Разве что Спайдер ворота проломит. Кстати, я их что-то не вижу…

– Они с другой стороны, – опустив бинокль, Кир задумчиво посмотрел в жемчужно-серое небо. Тучи-облака, как и всегда осенью. Но дождя нынче не было, даже иногда проглядывала просинь, а покрывшиеся свежей травою холмы исходили каким-то весенним теплом.

– Почки набухли, – потянувшись, Рэм отломил веточку вербы. – Прямо – апрель. Еще немного – и листья пойдут, а?

Сотник ничего не ответил – думал. Как ни крути, а нужно было как-то переправляться на тот берег. Небольшая группа кронштадтских разведчиков во главе с Кириллом добралась сюда пешком, стараясь не привлекать преждевременного внимания хозяина здешних мест, про которого пока толком было ничего не известно. Просто Великий Маар. Правитель. Жестокий. Гнусный с виду. И, кажется, телепат. Все!

Вот за тем сюда и явились – разведать. И о правителе разузнать, и о Лексе с Сержем. Рассчитывали захватить кого-нибудь из крестьян – да тех что-то видно не было. Понятно – осенние полевые работы уже давно закончились, поля стояли голые, лишь каркали, кружась над поскотиной, вороны, да налетавший с Ладоги ветер шевелил старое жнивье.

– Вот никак я этих крестьян не пойму, – спускаясь с холма следом за своим командиром, то ли рассуждал, то ли спрашивал Рэм. – Если этот Маар так жесток, как о нем рассказывают, – чего они его терпят? Взяли бы да ушли в лес, вон он какой огромный. Почему ж не уходят? Боятся? Ну да, там же полно всяких тварей. А Маар, в случае чего, защитит. Все страх, так?

– Не только. – Кирилл отрывисто качнул головой. – Тут все куда подлее, мне кажется. Просто крестьяне думают, что их вожака все кругом боятся. Ну, раз он жесток и силен. И вооружен к тому же – катер вон у него, «калашниковы», «Чинуки». Вот крестьяне и думают: пусть они сами – черви, зато все их воеводу боятся! Приятно.

– Чего ж приятного-то?

– То, что страшные они. Якобы. Ну и хозяин их, Повелитель, – страшен… Так местные думают. Да ты сам от пленников слышал. А мы вот им не поверим! Проверим, так ли их хозяин крут? Яр!

– Да, господин сотник! – выскочив из травы, вытянулся мальчишка.

– Лодку нашли уже?

– Никак нет… Плот вяжем.

Кир ненадолго задумался:

– Ну, пусть будет плот… Пойдем, Рэм, посмотрим место для переправы.

Среди срубленных на плот стволов все же попалась одна хищная ива. Плотоядное дерево никак не хотело умирать, даже исходя кровью. Шевелилось, хватало обрубками веток бойцов, так, что тем приходилось отбиваться ножами. Отбивались, куда деваться-то, когда уже выплыли на середину реки?

Переправлялись чуть выше по течению, километрах в трех от крепости, где вдоль песчаной косы тянулась широкая, заметная даже по цвету воды, отмель. В отмель и упирались вырубленными из сухостоя шестами.

В этот рейд Кирилл отобрал самых юрких: Рэма, Николеньку-Ники, Юра… Пусть и не слишком-то сильны эти парни, зато пронырливые, ловкие. Именно это сейчас и требовалось. Подобраться незаметно, взять «языка», или хотя бы просто обеспечить прикрытие шаму, чтоб тот «послушал»…

Наг выглядел хмурым. Он и вообще был крайне недоволен всем этим походом! Сколько раз уже выговаривал сам себе: и кой ляд же поперся? Соблазнился призраком бара… да… алчен ты, батенька, алчен! И так ведь золотишко-то некуда девать, а все туда же – о будущей прибыли замечтался!

Перебрались удачно – никто разведчиков не заметил, некому было. Пустынный берег, каменистое, с редкими кусточками, плесо. С одной стороны хорошо: далеко видать, а с другой… как бы самих не увидели.

– Как высадимся, сразу же плот замаскировать, – инструктировал на ходу сотник. – Самим пробираться мелкими перебежками. Задача ясна?

– Ясно, господин сотник!

Шам перепрыгнул на берег на редкость неудачно. Поскользнулся, едва не упав, да черпанул полный сапог воды. Уселся с кислой рожею на плоский камень, разулся, размотал портянку. Вылив из сапога воду, вполголоса выругался.

– Ничего, дружище, – подбодрил приятеля Кир. – Вернемся на базу, так и быть – пир закатим. Тушенку вскроем, поужинаем.

– Тушенка – это хорошо. – Наг пошевелил глазными щупальцами и замер, словно бы к чему-то прислушивался.

– Что такое? – Сотник озабоченно повернул голову. – Чувствуешь что-то? Или… кого-то?

– Чувствую, как что-то давит на мозги, – честно признался шам. – Или – кто-то. Давно уже голова болит… словно бы кто-то туда лезет. Осторожно так, медленно.

– Маар?

– Не знаю. Не прощупывается. Может быть, когда к крепости ближе подойдем…

Шам замолк, быстро наматывая портянку, и, натянув сапог, попросил Кирилла отправить на тот берег парочку парней посильнее.

– Зачем? – удивился сотник.

Наг пожал плечами и совсем по-человечески сплюнул:

– Прикрыть отход. Пусть привяжут к плоту длинную веревку, переправятся вплавь – и ждут. Вдруг да понадобится свалить отсюда как можно быстрее? Ох, чувствую, сыщем мы нынче на свою задницу приключений!

– А конкретней?

– А конкретней – именно так и есть. Ты парней-то все же отправь, ага.

К смутным догадкам телепата шама следовало отнестись серьезно. Кирилл так и поступил, сделав все, о чем просил одноглазый. Отправил двух парней посильнее на тот берег, с привязанной к плоту веревкою, вплавь.

Специально для оружия и одежды бойцы соорудили еще один – маленький – плотик. Добрались до того берега быстро. Оделись, подобрали удобное местечко и принялись ждать.

Остальные разведчики пробирались лесом. Вглубь, правда, не забирались, шли так, чтоб по правую руку всегда виднелась река, чтоб поблескивала за деревьями широкою сероватою лентой. Так и не заплутаешь, да и чаща не такая густая – в основном рябина, осина, липа, березки.

Редколесье с вкраплениями зарослей смородины и малины вовсе не тянулось до самой крепости, заканчиваясь где-то в полукилометре. Видно было, что деревья здесь вырубили, и не так уж давно. Даже не поленились выкорчевать пни, впрочем, кое-где они все же торчали – широкие, трухлявые, вновь поросшие опятами или какими-то иными грибами.

Широкое, тянувшееся до самых башен, поле нынче поросло свежей травкою, не столь уж и высокой, но и не очень низкой – вполне можно было ползти. Что и сделали, несмотря на сырость.

Шам пытался было протестовать, да махнул рукой, вовремя вспомнив, кто он и зачем здесь. Возможные в будущем преференции следовало отрабатывать, тем более, деваться-то все равно некуда, не поворотишь же назад прямо здесь. Вот и полз одноглазый уродец вместе со всеми, ругаясь про себя на чем свет стоит. Правда, долго ползти не пришлось…

Уже метров за двести шам ощутил беспокойство, а еще шагов через пять явственно закололо в висках.

– Я чувствую чью-то ментальную силу… Очень и очень… Хм, а вот, похоже, пропала.

– Силу? – насторожился сотник.

Ничего не ответив, одноглазый пополз вперед. Так и полз, стиснув зубы… Пока вдруг не сдавило виски, да с такой силой, что Наг вдруг обмяк и, закатив глаза, вырубился напрочь! Даже сказать больше ничего не успел.

– Стоп! – глянув на шама, быстро приказал Кирилл. – Уходим. Давайте все к реке. Живо…

– Ай!

Кто-то вскрикнул. Да и самого Кира что словно бы ударило по голове. Все перед глазами вдруг помутилось, рванула к глазам трава…

– К реке! Живее!

Сотник очнулся у самой воды, слетев кубарем с кручи. Бока побаливали, а вот с головой все стало в порядке – ничто не давило, не мутило, не двоилось в глазах. Как видно, небольшой изгиб местности все же защищал от воздействия… Даже шам – и тот оклемался, правда, на него жалко было смотреть. Лицо его, и без того по-лошадиному вытянутое, еще больше осунулось и позеленело, глазные щупальца безвольно повисли, в единственном оке сиял страх!