его слов в луч света метнулась рыба, вытаращив огромные глаза и растопырив плавники. Рокси дернулась, вырываясь, и Илья навалился со всей силы, заставляя согнуться, почти вдавливая лицом в приборную доску.
– Рокси, нет! Замри! Это я! Меня слушай!
Не пристегнутый арбалет выскользнул из руки, но Илье было не до него, удержать Рокси важнее. Не дать выхватить ножи и успокоить, пока она не решила, что Илья куда опасней мелкой рыбешки.
– Глаза закрой, – приказал Илья, почувствовав, что Рокси наконец перестала рваться. – Не смотри вокруг и держи меня за руку.
Илья отстегнул страховочный трос от пояса и пристегнул свой байк к байку Рокси. Вдвоем приходилось сидеть почти вертикально, и Илья, прежде чем тронуться, дисциплинированно дождался, пока экран вытянется вверх. Управлять одной рукой, да еще перегнувшись через пассажира, было на редкость неудобно, но отпустить Рокси он не рискнул, продолжая левой рукой прижимать к себе.
– Так что, куда мы пойдем на свидание?
– Какое свидание?
Голос Рокси звучал почти нормально, совсем не похоже на то каркающие «что», выдохнутое десять минут и двести метров назад.
– Ты мне обещала свидание.
– Я не обещала.
– Это мелочи. Чтоб я, да не уговорил девушку на свидание? Обижаешь!
– Потрясающе самомнение… Куда мы?
– Возвращаемся на лодку.
– Что? У нас зада…
– Задание мы обсудим на борту, а пока обсуждаем свидание. И не открывай глаза. Как насчет театра? Сто лет не был в театре. Тебе нравятся драмы? Или лучше выбрать что-то повеселее?
Рокси попыталась обернуться, но Илья не дал.
– Какой театр? Помолчи, мне надо сосредоточиться и подумать.
– Не надо, – испугался Илья. – Думать тебе точно не следует, вредно это. Давай думать я буду, а ты можешь рыбку какую-нибудь порезать. Когда вернемся. И… ты очень соблазнительно елозишь, но, может, мы продолжим на борту?
Что-то невразумительно буркнув, Рокси затихла, заодно выполнив последнюю просьбу. Илья, удовлетворенно кивнув, принялся рассуждать про гипотетическое свидание, не забывая отслеживать происходящее вокруг. Один арбалет он утопил, а два других остались на его байке, что совсем не радовало. Нет, акулы так часто не встречались, чтобы прямо каждый день и стройными рядами, но Илья без оружия под рукой чувствовал себя неуютно. Сказывалась многолетняя привычка ощущать коленом жесткий ствол арбалета – одно движение, и он уже в руке. Сейчас он коленом чувствовал только ногу Рокси. Да еще свои собственные ноги свободно болтались, что тоже не добавляло уверенности – ни быстро выпрямиться, ни развернуться толком, все силы уходят на то, чтобы удержаться.
До субмарины добрались спокойно, видимо, мироздание решило, что приключений для них хватит. «Пиранья» неподвижно висела там же, где ее оставили, а крупные фонари, встроенные в боковые крылья, заливали все вокруг желтым светом.
– Бери управление.
Подождав, пока Рокси возьмется за руль, Илья разжал руки, давая телу соскользнуть с сидения. Подплыл к собственному байку, всю дорогу тащившемуся за ними на страховочном тросе.
– Давай, загоняй в гараж.
Возвращаться на борт Илья пока не планировал, обоснованно полагая, что никакого внятного плана они не придумают. Нет другого выхода, ему придется идти одному. Чуда не случилось, и модификанты не сильно отличались от человека обычного, немодифицированного. Хотя, и это Илья был готов признать, держалась Рокси куда лучше стандартного туриста, и в себя пришла быстрее, но погоды это не делало. А терять пару дней на объяснение очевидного Илья не хотел. Как и торчать здесь до бесконечности в компании падальщика. Так что лейтенанту придется смириться, и сделать это быстро.
– Так, за мной не ходить. Запомни, для тебя главное что-то видеть рядом. Дно, лодку, стену, то, за что мозг может зацепиться, что-то неподвижное и большое. Так что от лодки тоже не отплывай. А лучше сиди на борту.
– Что? – возмутился наушник, и через секунду Рокси показалась в шлюзе, уже без байка. – Куда ты собрался?
– Ну как же, – усмехнулся Илья. – У нас задание. Честь, отвага, верность слову и все такое. Пойду, выполню свой долг перед обществом.
– Стой! Одному нельзя по регламенту!
– Какая жалость, – согласился Илья, активируя байк. – Напиши на меня жалобу.
– Это нарушение правил безопасности!
– Безопасности? – восхитился Илья. – Ты меня сейчас чуть не убила! Чуть не сорвала операцию! Да ты не помощь, ты балласт! Учили ее! Учили, учили, да не выучили! Иди в рубку и сиди на попе ровно! – И зло припечатал, добивая: – И можешь оттуда руководить, я не против.
Рокси молчала, и Илья, пользуясь затянувшейся паузой, развернул аквабайк и направился к провалу. Но, спустившись на двести с небольшим метров, остановился: во-первых, на все эти прыжки туда-сюда они потратили почти час, и диоды на концах дыхательных трубок уже горели красным, сигнализируя об окончании работы, а во-вторых, следовало убедиться, что эта чокнутая не рванула за ним следом.
Илья выудил из гермы две запасные трубки и принялся их неспешно прикручивать на место старых. Океан вокруг был тих и неподвижен, видимо, Рокси решила отложить расправу над обнаглевшим чистильщиком до возвращения этого нахала на борт. Ну и хорошо. Илья, убедившись, что трубки заработали, сделал два глубоких вздоха и неспешно двинулся вниз. Главная проблема была решена, и торопиться было некуда.
С накатывающим страхом глубины Илья научился справляться давно и сравнительно легко. Но у него было свое персональное проклятье, которое он никогда не обсуждал на форумах и в пустых разговорах, считая его чистой воды сумасшествием. Его звала глубина. С каждым новым метром все сильнее и сильнее накатывало желание выкрутить ручку газа до упора, резко наклонить байк носом вниз и рвануть туда, в черную бесконечность. В глубину, которою он ни с кем не хотел делить, в ту, что обещала свободу и манила чем-то странным, запретным, надежно скрытым в густой темноте.
Первая цифра на экране опять сменилась, и Илья притормозил. Три тысячи – это его личный рубеж, за которым надо было себя контролировать особенно строго, чтобы случайно не воткнуться на полной скорости в океанское дно. С напарником ходить было проще, привычка следить за соседом у любого технодайвера появлялась почти сразу, но сейчас он был один, а значит, никто не заметит превышение скорости и неадекватные броски вниз.
– База, прием.
Умная система связи среагировала на ключевое слово и отправила вызов на лодку: если Рокси хватило ума вернуться на борт, то она ответит. Напарник не обязательно должен быть рядом.
– Слушаю.
Голос звучал приглушенно, сразу становилось понятно, что говорит лейтенант не в микрофон шлема. Илья представил, как Рокси недовольно смотрит на подпрыгнувший шарик модуля связи, и усмехнулся.
– Хватит злиться. Ну гражданский
