— Что за… — Силий не успел договорить, потому что поднял взгляд и увидел невероятное: перед Арбитром вновь возвышались столичные небоскрёбы, мелькали огоньки машин на ночной автостраде, и туда-сюда сновали толпы вечно спешащих прохожих. Только теперь это был уже совсем не мираж. Каким-то невероятным образом Uberrima Fides действительно очутился на улице столицы, хотя ещё мгновение назад находился на вершине сакральной горы в волшебном Адальире.
Наверно, так же удивлённо и обескуражено должна была чувствовать себя Алёна, когда в самый первый раз перенеслась в королевство, подумал Силий. Он даже увидел девушку в своих мыслях, как будто образ из памяти обрёл плоть. Философ мотнул головой, он никогда не чувствовал такого странного, навязчивого движения образов в памяти, словно бы кто-то управлял ими извне. Силий вздрогнул и вскочил на ноги. Так оно и было: некто силой вторгался в его разум! Немыслимо, но чья-то чужая воля ухитрилась проникнуть в мысли самого Силия Вечного и выискала среди них воспоминания об Алёне!
Арбитр мгновенно сориентировался, кинулся в сторону и хорошенько шибанулся головой о фонарный столб. Видение тотчас растворилось в воздухе, сверкающий полночными огнями мегаполис обратился тёмным лесом, а мокрый от дождя асфальт вновь принял облик густых лесных трав… Силий зажмурился, вошёл в мгновенную медитацию и вслед за встряской от удара установил блокирующую ментальное вторжение энергетическую завесу. В голове всё тут же прояснилось. Арбитр раскрыл глаза: он вновь стоял на уступе скалы среди деревьев, а прямо перед ним, как из ниоткуда, возник воин в лёгких доспехах и изящном шлеме.
Силий ловким движением выхватил меч, готовясь отражать возможную атаку, а мысленно попытался проанализировать энергетическую природу незваного гостя, дабы определить враждебен тот или нет. Судя по энергетике, исходящей от латника, воин не относился ни к Вавилону, ни к Свиртенграллю. Это было нечто среднее, скорее, даже вообще нейтральное.
— Я говорил тебе, что мы получим и Избранную и весь Адальир? — произнёс рыцарь, неспешными шагами двинувшись к Силию.
— Как? — Силий отпрянул, внезапно осознав, что перед ним стоит никто иной, как Даосторг в своём новом воплощении. — Ты?!
Энергетический удар
Воин не успел ответить, Арбитр тут же вскинул меч и, используя лезвие, как направляющую антенну, нанёс по противнику энергетический удар неистовой силы, вложив в него всю мощь, какой обладал. Сноп молний сорвался с острия меча и ударил в доспехи приближающегося воина, но вместо того, чтобы поразить врага, разряды небесного электричества просто рассеялись.
Затем прогремел оглушительный взрыв, и вспышка синего света озарила всё высокогорье Армильд. Неимоверно мощный энергетический удар выбил из рук Арбитра меч, сшиб его самого с ног и полностью лишил каких бы то ни было сил. Упав, Силий по инерции чуть скатился по склону, застыв на самом краешке обрыва. В голове его, раскатываясь гулким эхом, зазвучал хор стальных голосов, скандирующий имя чудовища: "Гиратро, Гиратро"!
Воин в изящном шлеме приблизился и, демонстративно наступив сапогом на выроненный противником меч, склонился над Силием. Теперь он без особого труда пробрался в разум обессиленного и обездвиженного просветлённого и нашёл там всё, что желал знать об Избранной:
— Простолюдинка?! — изумлению Гиратро не было предела. — Я думал, что она принцесса…
За деревьями послышался шум, это товарищи Силия, услышав громы и молнии, поспешили на помощь.
Гиратро заскрипел доспехами, вынимая меч. По поверхности лат его заскакали золотистые искры, а в просветах между сталью встало гудящее алое пламя. Чёрный дым окутал фигуру воина, сделав его невидимым в темноте.
Силий понял, что противник немедленно расправится с вавилонцами, если они окажутся здесь, и, собрав все ещё оставшиеся запасы энергии, решил воспользоваться последним шансом:
— Она и есть принцесса, лучше любой принцессы, по крайней мере, для меня! — шепнул Арбитр Стихий, тотчас сотворив "лазурь" одной силой мысли.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Зеленоватый туман поплыл над утёсом, но латник лишь замедлился. Меж тем Силий, оказавшись в энергонасыщенной среде благодатной "лазури", из последних сил исхитрился вытащить из кармана дар Аукоралла и швырнуть его в противника. Подхваченный неспешными волнами магического туман, мешочек полетел вперёд, как в замедленном кино. Гиратро попытался отбить атаку, но был слишком медленным для этого. Материя расползлась по швам, и изнутри ёмкости сверкнула неописуемой красоты звезда, что тотчас ударилась в грудь воина, обдав его волной ослепительного сияния.
Гиратро странно передёрнуло. Его рука с мечом вяло пустилась вдоль туловища, искры на броне и пламя в щелях доспеха померкли, а чёрный дым рассеялся. Четвёртое воплощение было дёрнулось куда-то в сторону, но, окружённое зеленоватым туманом, не смогло сойти с места. Издалека донеслись птичьи трели и вдохновляющий голос флейты. "Лазурь" над утёсом словно укреплялась, становясь сильнее благодаря этому сиянию. По доспехам Гиратро внезапно с неистовой скоростью принялись расползаться пятна ржавчины. Местами ржа так глубоко проедала сталь, что мгновенно образовывались рытвины и даже дыры. На плечах воина таких прорех получилось сразу три, и из них на поверхность лат выбралось несколько стальных бабочек чёрного цвета. Внешне эти создания больше напоминали Грассеротепа, выпорхнувшего недавно из головы поверженного Граса Даркфлесса, нежели крылатых обитательниц цветущих лугов. Меж тем они, срываясь с доспехов, начинали кружить вокруг головы Гиратро также проворно, как Тали в долине фей…
Силий не верил глазам: наличие бабочек, пускай даже таких странных, являлось нонсенсом. Ни одной существо из Свиртенгралля никогда не имело в своей основе пурче-дхарны, однако крылатки, выпорхнувшие из доспеха, свидетельствовали о благодатных течениях внутри воина, и это было абсолютно невероятно! В то же время сей хрустальный ключ положительной энергии, бьющий в чреве мрака, открывал возможность Арбитру попытаться подключиться к основе его бытия и проникнуть в мысли противника.
— Простолюдинка, — вяло повторил Гиратро.
— Принцесса! — с нажимом повторил Силий, ощущая меж тем, что чудовище окончательно утеряло контроль над собой, и хранилище его мыслей открывается, как старинный ларец.
Воспользовавшись моментом, Силий тотчас вклинился в разум чудовища, насколько это было возможно глубоко, но узрел там лишь образ Алёны, полученный, очевидно, из его собственной памяти: "Она тебе непременно понравится, дружище! Большущие серые глаза, наивный взгляд…" — прозвучал в мыслях Гиратро голос Силия. Следом за всем этим пред взором предстала армада странных созданий, напоминающих герддронов Свиртенгралля, но с длинными развевающимися на ветру зелёными гривами. Армия уверенно двигалась по заснеженной равнине под завывание вьюги и шелест знамён Кйя-Ори к зеленеющим землям вдали, Силий, кончено же, сразу узнал это место…
— Силий! — крикнул в темноту Дэльвьир, выскакивая из-за деревьев.
Гиратро метнул в сторону валяющегося пред ним Арбитра огненный взгляд, плавно, точно во сне встряхнул головой и незримым туманом растаял в воздухе…
Силий раскрывает правду
Дэльвьир с Фариселлом в панике выскочили на уступ, держа оголённые мечи наизготовку, но едва вступили в облако "лазури", как сразу успокоились. Следом подоспел и Меркурий с какой-то палкой в руках, очевидно, диггер схватил первое, что попалось на глаза. Взору парней предстала странная картина: над поверхностью уступа клубился зеленоватый туман, внутри которого кружили розовые лепестки и порхали бабочки, отовсюду звучали удивительно мелодичные птичьи трели и пели флейты. А у самого края обрыва на спине лежал Uberrima Fides.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Арбитр! — Фариселл кинулся к Силию и бегло оглядел того на предмет возможных ранений. Однако просветлённый был абсолютно невредим, но выглядел парализованным, словно бы статуя из сада магистра Сан-Киви Фарфаллы.
