Комиссия признала, что истребление советских военнопленных в лагерях носило преднамеренный, систематический и массовый характер. Использовались для этого голодный режим, изнурительный, непосильный труд, истязания, расстрелы.
Житель Каунаса учитель Дмитрий Интересов рассказал: «Проживая близ форта № 6, я имел возможность несколько раз разговаривать с русскими военнопленными. Они рассказали, что живут в сырых и мрачных подземельях крепости, но так как и этих помещений далеко не достаточно, то многие валяются прямо в крепостной канаве под открытым небом. Пища состоит из сырой свеклы, картофельной шелухи и других овощных отбросов, а о хлебе, соли и других продуктах и думать не приходится». В лагере форта № 6 был лазарет, который в действительности служил как бы пересыльным пунктом из лагеря в могилу. Из месячных немецких сводок заболеваемости военнопленных в форте № 6 видно, что только с сентября 1941 года по июль 1942 года, то есть за 11 месяцев, в лазарете умерло 13 936 советских военнопленных.
Свидетельница Розалия Мидешевская подтверждает: «Военнопленные ужасно голодали. Я видела, как они рвали траву и ели ее».
По показаниям свидетелей, в другом лагере для военнопленных, что располагался на западной окраине Каунасского аэродрома, истощенных, неспособных двигаться людей выносили за территорию лагеря, живыми складывали в заранее вырытые ямы и засыпали землей. Раскопки этих ям показали, что там зарыто около 10 тысяч советских военнопленных. Многие из них были заживо закопаны в могилы и погибли от удушья.
О лагере № 133 близ города Алитуса его жители рассказали, что при выгрузке военнопленных из вагонов фашисты расстреливали па месте всех неспособных дальше двигаться. Военнопленные были размещены в конюшнях, где они зачастую замерзали, так как у них было отобрано все обмундирование. Гитлеровцы открывали по пленным стрельбу из пулеметов и автоматов. В лагере № 133 погибло от расстрелов, голода, холода и сыпного тифа не менее 35 тысяч человек.
Осенью 1941 года оккупанты организовали еще один лагерь для советских военнопленных на территории бывшего военного городка в городе Науион Вильня. В нем размещалось не менее 20 тысяч человек. Свидетель А. А. Туманов видел истязания, которым гитлеровцы подвергали заключенных в этом лагере: «Пленных пытали до потери сознания, подвешивая их на цепях за ноги, затем снимали, обливали водой и снова повторяли то же самое».
По далеко не полным данным, фашисты истребили в концентрационных лагерях на территории Литвы 229 тысяч военнопленных, а всего они здесь расстреляли, сожгли и замучили около 700 тысяч человек.
В Латвийской Советской Социалистической Республике злодеяния гитлеровских фашистов расследовал представитель Чрезвычайной государственной комиссии Н. Н. Дымов. Республиканская комиссия отметила, что на оккупированной латышской земле фашисты беспощадно истребляли мирное население. Вокруг города Риги была организована сеть концентрационных лагерей: в Саласпилсе, Межапарке, Страздумуйже, Бишу-Муйже, Мильгрависе. Тысячи граждан были арестованы и посажены в центральную тюрьму «Цитадель». Фашистские палачи убили в Риге и ее окрестностях 300 тысяч мужчин, женщин и детей.
Истязаниям и пыткам гитлеровцы подвергали советских людей во всех городах Латвийской ССР.
В 1942 году в 18 километрах от Риги немцы организовали Саласпилсский лагерь. В бараках, рассчитанных на 100–150 человек, находилось по 500–600 мужчин, женщин и детей. Бараки не отапливались. Из-за отсутствия мест часть заключенных и зимой оставалась под открытым небом. Их мучили непосильной работой. Рабочий день длился 12–14 часов. Больных направляли к врачу, и если врач находил, что по состоянию здоровья они работать не могут, их расстреливали.
В начале 1943 года гитлеровцы пригнали в Саласпилсский лагерь граждан из Ленинградской, Калининской, Витебской, Орловской областей. Скученность в лагере достигала ужасающих размеров, люди умирали каждый день сотнями.
Якобы для борьбы с эпидемическими заболеваниями проводили так называемый «карантин». Свидетели К. А. Лаугалайтис, А. Н. Яскевич и другие сообщили, что фашисты, в целях соблюдения этого «карантина», заставляли всех заключенных в лагере раздеться, потом голых по грязи и снегу погнали в баню, находившуюся в 600–800 метрах от бараков. Во дворе бани у женщин ножницами стригли волосы, причем издевательски оставляли клочья волос, а местами до кожи выстригали их. Стригли как овец. В бане заставляли мыться холодной водой. После мытья всех пригоняли обратно, где была оставлена одежда. Однако одежды уже не было. Раздетых людей держали в бараках с выбитыми стеклами в течение четырех суток, после чего выдавали разное тряпье. В результате такого истязания в Саласпилсском лагере погибли тысячи советских людей.
Бывшая заключенная Э. Виба помнила, как «комендант лагеря Краузе независимо от времени года заставлял заключенных ложиться на землю и моментально вставать и прыгать на корточках. Раздавалась команда: „ложись“, „вставай“, „прыгай“, а в это время собака коменданта лагеря нападала на заключенного и рвала его. Краузе и другие фашисты наблюдали эту сцену и потешались над жертвой. Часто после такого истязания заключенный уже не мог подняться с земли, тогда полицейские били его резиновыми палками».
Всего в Саласпилсском лагере гитлеровцы замучили более 100 тысяч человек.
Жителей города Риги и его окрестностей фашисты истребляли в Бикерниекском, Дрейлинском и Румбульском лесах.
В Бикерниекском лесу, расположенном па окраине города Риги, гитлеровцы расстреляли 46 000 мирных граждан. Свидетельница М. Стабульнек, проживавшая недалеко от этого леса, рассказала: «В пятницу и субботу перед пасхой 1942 года автобусы с людьми круглые сутки курсировали из города в лес. Я насчитала, что в пятницу с утра до полудня мимо моего дома прошел 41 автобус. В первый день пасхи многие жители, и я в том числе, пошли в лес к месту расстрела. Мы там увидели одну отрытую большую яму, в которой лежали расстрелянные — женщины и дети, голые и в нижнем белье. На трупах женщин и детей были следы пыток и издевательств — у многих на лицах кровавые подтеки, на головах ссадины, у некоторых отрублены руки, пальцы, выбиты глаза, распороты животы».
В Дрейлинском лесу, в семи километрах от Риги, гитлеровцы расстреляли свыше 13 тысяч человек. Свидетель В. 3. Ганус показал: «Начиная с августа 1944 года гитлеровцы организовали раскопки могил и жгли трупы в течение недели. Лес был оцеплен часовыми, вооруженными пулеметами. В 20-х числах августа из Риги стали приходить черные закрытые автомашины с гражданами, среди которых были женщины, дети — так называемые „беженцы“, их расстреливали, а трупы сразу же сжигали. Я, спрятавшись в кустах, видел эту страшную картину. Люди ужасно кричали. Я слышал крики: „Убийцы, палачи!“ Дети кричали: „Мамочка, не оставляй“. Пули убийц прерывали крики».
Массовые расстрелы мирных жителей производились также в Румбульском лесу. В нем погибло 50 тысяч жителей Риги.
В Даугавпилсе гитлеровцы ежедневно расстреливали сотни советских людей.
Могильщик П. А. Вильцан показал: «Массовые расстрелы мирных граждан в Даугавпилсе начались в конце июля 1941 года. Мне, как могильщику, пришлось работать на Средней Погулянке. Мы приготовили могилу длиной 100, шириной 3 и глубиной 2,5 метра на 800-1000 человек. К рассвету к этой могиле немцы пригнали обреченных, в том числе женщин с детьми различных возрастов. Началось раздевание и ограбление обреченных граждан. Раздавались стоны, крики, плач детей. Матери вели своих детей к могиле за руки. Расстреливали группами по 10–12 человек в затылок. Я видел окровавленную массу людей с размозженными головами. Потом полицейские принялись за дележку одежды, обуви и прочих вещей расстрелянных. Мне, как могильщику, выдали несколько пар ботинок, брюки, френч и головной дамский платок».
В городе Резекне и в уезде гитлеровцы истребили 15 200 мирных граждан, в том числе свыше 2 тысяч детей.
В октябре 1941 года в Риге было организовано гетто, куда гитлеровцы загнали 35 тысяч евреев. Скученность в нем была ужасающая, что вызывало эпидемические заболевания и огромную смертность.
В ноябре 1941 года гитлеровцы отобрали в гетто 4500 работоспособных мужчин и 300 женщин, а остальных 30 ноября и 8 декабря 1941 года расстреляли.
Свидетельница Л. Долгицер описывает картину расстрела жертв гетто: «Люди с маленькими детьми, старики и старухи высыпали на улицу, где их выстроили в ряды. Отправка совершалась в автобусах, но большей частью людей гнали пешком. По улицам тянулись бесконечные колонны евреев. Отправка продолжалась с субботы с 5 часов дня, всю ночь и закончилась в воскресенье к вечеру. На улице была гололедица, люди падали, и их тут же на месте расстреливали. Улицы гетто окрасились кровью. Беспощадно расстреливались дети, матери. Люди совершали свой последний, смертный путь. Маленьких детей немецкие звери вырывали из рук матерей, хватали за ноги и разбивали о столбы и заборы». Евреи были расстреляны в Румбульском лесу, расположенном в 12 километрах от Риги.
