Также он обратился к Синоду с вопросом о возможности открытия в городе Нью-Йорке отдельного прихода из русских людей-легитимистов, признававших великого князя Кирилла Владимировича императором Всероссийским, а также передал их просьбы о разрешении поминовения в их церкви Кирилла Владимировича в качестве императора. В свою очередь Синод разъяснил Преосвященному епископу Аполлинарию, что открытие прихода из русских людей-легитимистов зависит от его архипастырского усмотрения и со своей стороны Архиерейский Синод не встречает к этому препятствий. Вопрос же о поминовении и великого князя Кирилла Владимировича, как Императора Всероссийского, был передан на усмотрение очередного Собора архиереев Русской Православной Церкви за границей, в связи с тем, что данный вопрос уже был предметом обсуждения на Архиерейских Соборах, которые в то время не признали себя вправе разрешать его без всей Всероссийской Православной Церкви[335].
На заседаниях Синода нередко обсуждались контакты между зарубежной частью Русской Церкви и носителями монархической идеологии. Так, еще в 1923 году члены Синода ознакомились с «Обращением Его Императорского Высочества Великого Князя Кирилла Владимировича к России, от 2/15 апреля с. г.»[336]. Достаточно красноречиво об идейно-политических взглядах членов Синода говорит заслушанное 23 ноября (6 декабря) письмо митрополита Антония, адресованное «Великому Князю Николаю Николаевичу с просьбою о возглавлении русского освободительного движения и ответ Великого Князя на принесенные Его Императорскому Высочеству поздравления по случаю дня Его рождения от имени Архиерейского Синода»[337]. Благодарственный ответ Николая Николаевича был напечатан в журнале «Церковные Ведомости».
Неоднократно в канцелярию Синода поступали настоятельные просьбы верующих о введении обязательного поминовения за богослужением лиц российского императорского дома. Целесообразно синодальный ответ на такие обращения привести полностью:
Указом Высшего Русского Церковного Управления заграницей, от 30 марта – 12 апреля 1922 г., разъяснено, что 1) в церквах за богослужением должно возносить только имена присутствующих в Церкви Особ Императорского Дома, подобно тому, как возносится имя иноепархиального Архиерея и иностранных Государей, в случае их присутствия в Церкви и что 2) в особые нарочитые дни (дни рождения, тезоименитства и др.) Высочайших Особ на церковно молитвенных Собраниях должно поминать имена тех Высочайших Особ, по случаю торжеств коих совершаются эти богослужения[338].
Просьбы о поминовении царственных особ продолжали поступать в адрес Архиерейского Синода и в 1924 году, в частности, о возглашении имен Императрицы Марии Феодоровны и великого князя Кирилла Владимировича. По этому вопросу вышло определение Архиерейского Синода Русской Православной Церкви за границей, от 28 декабря 1923 г. – 10 января 1924 г. Было предписано, чтобы в будущем на подобного рода ходатайства отсылать к данному синодальному определению[339].
В феврале 1928 года в своих письмах епископ Аполлинарий, докладывая по церковным делам Североамериканской епархии, коснулся темы провозглашения автокефалии в Северной Америке епископом Евфимием, а также – вопроса о епископе Адаме. По двум последним темам Архиерейский Синод постановил позже иметь особое суждение[340]. Тогда же митрополит Антоний с благодарностью откликнулся на приветствие прихожан из Монреаля, выразивших чувства преданности Председателю Архиерейского Синода, как главе Русской Православной Церкви за границей[341].
Тем не менее, несмотря на всевозможные разногласия «в верхах», епархиальная жизнь в Америке шла своим чередом: совершались службы, действовали хоры, украшались храмы. Хотелось бы привести здесь трогательный перечень награжденных лиц, внесших свой посильный вклад в благолепие храма в Сан-Франциско. В соответствии с представлением епископа Аполлинария Архиерейский Синод выразил благодарность и преподал благословение следующим жертвователям и благотворителям русской православной церкви в Сан-Франциско:
1) Семейству Фоминых (мать вдова, 3 дочери ее с мужьями и сын с женою), пожертвовали 1 напрестольное большое Евангелие стоимостью 100 долларов, 1 икону «Тайная Вечеря» – 25 долларов, и внесли 200 долларов на приобретение Плащаницы; 2) Семейству Загорских (муж, жена и дочь), пожертвовали икону «Всех Скорбящих Радость» размером 1¾ х 1½ в роскошной раме-киоте под стеклом, стоим, не менее 300 долларов, 1 пару венцев стоимостью 25 долларов и, кроме того, все трое участвуют в церковном хоре; 3) Супругам Свешниковым, пожертвовали Дарохранительницу с Дароносицей стоимостью 100 долларов и 2 Напрестольных серебряных подсвечника стоимостью 25 долларов; 4) Супругам Дудоровым, пожертвовали Всенощное Блюдо для благословения хлебов стоимостью 50 долларов и Напрестольную Пелену стоимостью 25 долларов; 5) Супругам Дорожка, пожертвовали 4 Аналогии, Царские Врата, панихидный столик и выносной Всенощный столик стоимостью до 100 долларов и, кроме того, постоянно участвуют своим личным трудом по украшению и чистоте храма;
6) Николаю Петровичу Любченко, пожертвовал малое требное Евангелие стоимостью 20 долларов, Крест серебряный требный стоимостью 25 долларов и кропило с серебряной ручкой стоимостью 25 долларов; 7) Е. В. Мельниковой, пожертвовала Панихидницу с отдельными Горкой и Распятием; 8) Церковному Комитету при Скорбященской церкви, приобретшему разных предметов более чем на 100 долларов; 9) Сестричеству при сей церкви, проявлявшему редкое христианское гостеприимство; 10) В. В. Бобкову – опытному художнику-регенту церковного хора, безвозмездно отдающему свой труд. А также всему хору церковному, певцам и певицам, совершенно бескорыстно и весьма усердно относящимся к посещению церковных Богослужений…[342]
Также было преподано благословение Архиерейского Синода с выдачей установленной грамоты генерал-майору Г. Т. Киященко, «за каноническую стойкость и ревностное отстаивание церковной правды»[343]. В начале 1928 года был освящен новый храм в Нью-Йорке, подчинявшийся Архиерейскому Собору и Синоду[344].
В журнале «Церковные Ведомости» были опубликованы мартовские извещение и послание епископа Аполлинария к пастве Североамериканской епархии[345]. В «Распоряжении по Северо-Американской епархии. Обращение временно Управляющего Северо-Американской русской епархией епископа Аполлинария ко всем принтам и приходам названной епархии», в частности, говорилось:
Определением Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей, от 18/31 марта с. г., Митрополит Платон, получивший в свое время командировку в Северную Америку от Высшего Церковного Управления заграницей для урегулирования церковных дел в Северной Америке, а затем и управление Северо-Американской епархией от Русского Заграничного Синода, но не только не устранивший церковных нестроений, возникших при его предшественниках, а своим стремлением к автокефалии приведший дела церковные в еще большее расстройство, закончившееся признанием Северо-Американским судом лжемитрополита Ивана Кедровского-живоцерковника главою Северо-Американской епархии, и всячески отметавший каноническую власть Архиерейского Собора и Синода – органов высшей временной церковной власти Русской Православной Церкви заграницей, подрывая и дискредитируя их авторитет, а также допустивший и другие незакономерные и антиканони-ческие действия и тем превысивший свою власть епархиального архиерея, – освобожден от управления Северо-Американской епархией, с запрещением ему священнослужения в пределах ее.
Впредь до прибытия в Америку постоянного архиерея, временное управление Северо-Американской епархией тем же определением Архиерейского Синода поручено мне.
Объявляя
