Эта приведенная тирада вызывает при анализе полное недоумение. Разве немцы не имели патроны калибра 7,65, и разве они свято соблюдали версальский договор и, в частности, его статьи о калибре пистолетных пуль?»
Вот уж как немцы соблюдали Версальский договор — советское правительство знало очень хорошо. Сами в 20-е годы, еще во времена дружбы между нашими странами, помогали его обходить…
«Эти основания, приводимые немцами, едва ли могут быть приняты в расчет. На кого они рассчитаны, трудно сказать…
… Что же хотят немцы — они хотят утверждать, что они не имеют пуль калибра 7,65, а в ранениях советских граждан в орловской тюрьме и смоленской, где русских граждан расстреливали только немцы во время оккупации, имеются такие размеры входных отверстий, какие мы видели у катынских жертв. Именно 7,6–7,8 и 9 миллиметров».
Вообще трудно сказать, на какой уровень интеллекта рассчитан великий труд доктора Геббельса. Однако благодарную аудиторию он себе нашел. Дело, впрочем, не в уровне интеллекта, а в уровне слепоты.
Второе вещественное доказательство — веревки.
«Если у многих трупов, лежащих в отдельных могилах на животе, руки были только лишь сложены на спине, то с другой стороны, у не меньшего числа жертв можно было установить связывание скрещенных рук за спиной…
В то время, как приблизительно 5 % трупов из L-могилы, наибольшей из 8 массовых могил, и только немногие жертвы из могил 2-й и 5-й обнаруживали связывание рук, то, напротив, трупы из могил 4-й и 6-й были без исключения со связанными на спине руками; в том мероприятии, очевидно, не было надобности по отношению к трупам из могил 3-й, 7-й и 8-й.
По отношению к связанным дело шло преимущественно о более молодых офицерах или прапорщиках: в противоположность более пожилым, они, очевидно, до последнего мгновения оказывали сопротивление или делали попытку к бегству.
Техника этого связывания на сотнях примеров во всех случаях вполне однородна, как бы стереотипна, из чего можно заключить, что оно проведено было столь же верной и опытной рукой, как и та, что совершила тысячи строго локализованных выстрелов в затылок.
Связывание рук производилось постоянно с помощью шнура от гардины или занавески, толщиною в 3–4 мм, витого фабричного производства, бесцветного. Длина шнура колебалась в исследованных случаях между 1,75 и 1,95 м… Руки связаны так, что при попытке их освобождения шнур автоматически затягивается. Связывание рук первоначально производилось очень туго, на что каждый раз указывали борозды от шнура, глубоко внедрившегося в кожу…
Большинство изъятых из могилы 5-й трупов и отдельные случаи из других могил, наряду с обязательным связыванием рук, обнаруживали еще и дополнительное связывание головы. Шинель, куртка или мундир, снятые с жертвы, были надеты на голову таким образом, что лицо было обращено к спине шинели или мундира. На затылке и спине одежда стягивалась и туго затягивалась на шее таким же шнуром, как и на руках…
Для связывания рук и головы употреблялись отдельные шнуры. Техника завязывания головы представляется следующей: натянутая на голову шинель сначала с помощью шнура, общей длиной в 1,50 м, крепко затягивалась петлей на шее и завязывалась узлом. Диаметр этой петли равняется только 11 см!
Шнуры на голове и на руках связывались вместе таким образом, что один из их двух свободных концов, отходящих от петли на шее, обертывался вокруг узла в области лучезапястных суставов и поворачивался обратно. На полпути связывался узлом с другим свободным концом шнура и замыкался петлей.
Расстояние от узла на шее до шнура на руках равняется только 17,5 см. Таким образом, сначала связывались руки у жертв. После обертывания головы накладывалась петля на шею, связанная свободными концами со шнуром на руках так, что каждая попытка освободить руку или голову должна была автоматически еще туже затянуть петлю на шее или, наоборот, на руках.
В одном из исследованных случаев промежуток между шинелью и головой жертвы был заполнен опилками, слой которых достигал нескольких сантиметров… (а разве опилки — не в русской могиле? — Авт.)
При осторожном исследовании полости рта у этих трупов (каких «этих», если был только один случай? — Авт.) опилки были найдены на дне полости, у корня языка, как и в промежутках между зубами, причем следует отметить, что рот был закрыт перед этим, а кожа щек и губ была в полной сохранности.
Поэтому не подлежит ни малейшему сомнению, что завязывание головы производилось при жизни и должно было сильно ограничивать дыхание до расстрела…
Вполне аналогичные способы связывания (рук, обертывание головы, заполнение опилками промежутка между шинелью и головой, зашнуровывание шеи, как и связывание между собою шнуров на голове и руках) можно было обнаружить у многих трупов расстрелянных русских, изолированных из уже вышеупомянутых более старых массовых могил в Катынском лесу, судя по состоянию разложения тела (панцирь из жировоска, скелетирование). Особенно выразительный пример такого рода представляет собой труп русского, голова которого при одновременном связывании рук была туго обернута овечьей меховой шкурой и зашнурована.
Из всего установленного видно, что методы, применявшиеся при убийстве польских офицеров, вполне соответствуют тем приемам, в которых Советы упражнялись уже десятилетиями».
Тут снова мы упираемся в эти загадочные «русские могилы». Оказывается, какие-то из них все же исследовали и даже определили давность по состоянию разложения тела (хотя этот способ и не сработал с поляками). А вот такая простая вещь, как экспертиза шнура, почему-то не была проведена. Почему, интересно? Забыли?
Но вот что любопытно — наши свидетели, побывавшие на могилах, почти единогласно говорят не о гардинном шнуре, а о бумажном шпагате немецкого производства, который советские эксперты не обнаружили.
Из допроса Специальной Комиссией свидетеля Зубкова:
«Толстой. Веревку вы отчетливо видели?
Зубков. Да… Витая веревка была распущена, и я видел такие ленточки…
Бурденко. Вы у нас работали эти дни, почему же вы не видели и нам не показали связанные руки, а немцы настаивают в своих актах, что у многих офицеров руки были связаны. Почему мы не находим этого? Я просмотрел сотни трупов и мало видел веревок — одну, две веревки в день. Почему?
Зубков. Руки у этих трупов, которые сейчас подвергаются исследованию, не у всех связаны. Но попадается довольно много.
Толстой. Эти веревки, которые вы сейчас обнаруживаете, что они из себя представляют?
Зубков. Они представляют из себя белый шнур.
Бурденко. Вы говорите о веревках, а я видел плетеный шнур нерусского происхождения…»
Впрочем, кое-кто из свидетелей вспоминает, что когда доставали тела из могил, веревки с рук снимали. А как же шнур? Оставили для отчетности, когда хоронили поляков «по правилам»? Или дело в том, что шнур тоже поставлялся в СССР, в отличие от шпагата?
Оно, конечно, немецкий шнур или немецкий шпагат — разница невелика. Здесь германцев снова подвела цивилизованность: ну зачем вообще чекистам было связывать руки пленных дорогим и наверняка дефицитным шнуром? Трудно сказать о прочности германского бумажного шпагата, но советские пеньковые веревки были дешевыми, прочными и более удобными в обращении, поскольку, в отличие от гардинного шнура толщиной 3–4 мм, не резали руки расстрельщиков при затягивании узлов. Так что девять из десяти, что НКВД использовал бы традиционную советскую пеньковую веревку.
Впрочем, все это малые несообразности немецкой версии — а ведь есть еще и большие…
Глава 4
Странности почерка
— Разве не аксиома, — заметила Делла Стрит, — что преступник всегда оставляет следы?
— Статистика это подтверждает, — сухо согласился Мейсон. — Но, как правило, специально усилий он для этого не предпринимает.
Гарднер. Тень стройной женщины
Итак, мы видим, что у советской комиссии была как минимум одна сильная сторона — многочисленные и согласованно показывающие свидетели. У немцев свидетелей нет вообще — то, что они называют свидетельскими показаниями, таковым не является. Зато у них было одно явное преимущество — они оказались на месте казни первыми, без какого бы то ни было контроля и могли, если бы пожелали, сфабриковать любые улики, чтобы представить их доктору Бутцу и не подвергать тяжелым испытаниям его честность.
Тем не менее подготовились они плохо — гильзы фирмы «Геншов» еще не самая большая неприятность для немцев. В самом отчете д-ра Бутца, стоит лишь чуть-чуть задействовать логическое мышление, тут же начинают вылезать несообразности разного рода. О некоторых из них уже говорилось в прошлой главе — например, о несоответствии патронов и оружия, находящегося на вооружении НКВД, или о нарочитом игнорировании «русских могил» при постоянных ссылках на них. Но ведь это еще далеко не всё…
