…М‑да… Хозяин остался в расстроенных чувствах, после потери контрабандного товара. Так что теперь, если его вдруг будут спрашивать, первым делом он вспомнит о мушкетах, и только потом о странных вопросах про внешность какого‑то там погонщика… А с мушкетами этими… — возможно стоит поговорить с полусотником Кабом, если все эти сделки проворачивают за его спиной, он это оценит. А с другой стороны — может, стоит попридержать информацию? — Каб пьет без меры, так что сам виноват, что контрабандисты на его территории распоясались. А мне свой человек в Лоориге не помешает… Возможно, никогда и не понадобиться, но и не помешает. Как там говорили в Школе? — Хороший сыщик, это в первую очередь связи и агентура.
Мооскаа. Главное управление Бюро всеобщего блага. Директор оу Ваань ЛоодиигОу Лоодииг, — директор Бюро всеобщего блага и фактический правитель Мооскаавской Сатрапии, закрыл лежащую на столе папку, откинулся на спинку кресла, устало прикрыл глаза и задумался. — Дела в Сатрапии шли... М‑да. Шли... Вроде бы все хорошо и благополучно, но... Как обычно и бывает, у такого большого государства, да еще и расположенного в самом центре пересечения мировых торговых путей, и граничащего с парочкой весьма больших и агрессивных соседей, проблем хватало. Еще вроде бы совсем недавно праздновали великую победу над Кредонской республикой, которой удалось добиться, даже не столько военной силой, сколько удачным дипломатическим маневром, а уже приходится пожинать и горькие плоды той же победы. — Вдохновленное своими успехами на военном поприще королевство Тооредан, возомнило о себе невесть что, и теперь лезет в исконные зоны интересов Сатрапии. Валаклавские удихи, обеспокоенные усилением соседа, не устают пакостить. Республика пока затихла, но Кредон он и есть Кредон, поганые торгаши умеют бить в спину, когда от них этого меньше всего ждешь. А уж их изобретательности насчет пакостей, удихи могут только позавидовать. Они не станут плевать тебе в суп, но с удовольствием угостят ядом. А еще этот Великий Союз Государств — та еще головная боль. С одной стороны — прекрасный инструмент контроля и управления почти всем регионом Срединного моря. А с другой… — приходится вытанцовывать вокруг каждого туземного князька, уговаривая его положить свой голос на нужную чашу весов.
А самое противное, это сумасшествие, которым заразился монарх Ваасю седьмой. Проклятье!!! Оу Лоодииг возлагал такие надежды на этого одаренного и перспективного молодого человека. Едва ли не с пеленок лично оберегал, учил и натаскивал на роль Великого Сатрапа. Именно в его правление и должно было начаться возрождение Империи со столицей в Мооскаа... Не какой‑то там «западной» или «южной». А самой настоящей Старой и Единственной Мооскаа… — и что? — Будущий первый император возрожденной Империи, предпочитает ковыряться в земле, в поисках древних черепков и монеток, и пишет научные труды! — Может зря, он Ваань Лоодииг, не давал ему в детстве вволю навозиться в грязи, заставляя вместо этого корпеть над трактатами по истории и политологии? Неужели это его вина?
А еще эта его пропавшая невеста! …А ведь его, старого дурака Вааня, предупреждали, что от этой девицы будут одни неприятности. Но он тогда только рукой махнул. Дескать — первая любовь что порох — горит ярко, да сгорает быстро. А препятствия на пути первой любви, только подбрасывают топливо в огонь. Так что попробуешь запретить мальчику любить сомнительную авантюристку, и это только укрепит его желание быть с нею. А так — быстро перегорит, одумается, и еще сам придет за советом, как бы получше избавиться от опостылевшей невесты… Да так бы оно все и было. Но эта девица умудрилась куда‑то пропасть три года назад. Да еще так таинственно, что даже он, Ваань Лоодииг, до сих пор не может разгадать эту загадку, и выбросить из головы проклятую девицу. А уж Ваасю…
И тут на ум невольно приходит мысль — а не происки ли это все, его дорогого коллеги, первого союзника и злейшего конкурента, — главного цензора Тайной службы королевства Тооредан, — верховного жреца оу Риишлее? Ведь что повальное увлечение ковырянием в земле, что эта девица–авантюристка — все они прибыли в Сатрапию из этого королевства.
Да и само королевство, уж очень подозрительно оно ведет себя в последнее время. — Унылая окраина мира, раскинувшаяся на огромных, но почти диких землях. Несколько больших городов на побережье, и непроходимые джунгли, в паре сотен верст вглубь страны. Патриархальные нравы, почти нулевой вес в международной политике, и бесконечная война с Кредоном за кусок безжизненной пустыни... И вдруг — этот унылый край света забурлил новыми идеями, начал проводить какие‑то реформы, создавать армию и флот по новому образцу, выигрывать сражения и войны!
Нет, было бы еще понятно, если бы в королевстве появился новый король, или хотя бы новый советник возле короля. Но так ведь нет. Йоодоосик третий, правит уже почти два десятка лет, и команда его советников и министров тоже сформировалась довольно давно, и уже почти полтора десятка лет, в ней не было никаких существенных изменений. Разве что... Но нет, те двое — птицы слишком невеликого полета, чтобы всерьез рассматривать их влияние на политику королевства. Хотя, надо отдать должное — личности это весьма загадочные, и как‑то умудрялись постоянно оказываться в ключевых точках сколько‑нибудь существенных событий последнего времени. А если еще учитывать что один из них пропал вместе с невестой Сатрапа…
М‑да... Неужели старые легенды говорят правду? Неужели есть некий проход в удивительные волшебные миры, откуда приходят к нам весьма непростые люди, способные поставить с ног на голову привычный порядок жизни и вещей?
Оу Ваань Лоодииг позвонил в колокольчик, и приказал появившемуся в дверях секретарю — «Принеси‑ка, любезный, мне красную папку».
«Красная папка», была размерами, примерно так со средних размеров сундук. Неудивительно, три года назад, после пропажи невесты сатрапа, оу Ваань Лоодииг приказал собрать в одном месте все документы о таинственных и необъяснимых случаях происходивших в Сатрапии и Империи со времен основания последней, то есть, за несколько тысяч лет. Мооскаа конечно извечно славилась своим бардаком и разгильдяйством, однако архивное дело, особенно в ведомствах подобных Бюро, было поставлено весьма на твердую ногу, и документов хватало. Да–с… — в том числе и времен воистину баснословных, еще даже ДОимперских. В том числе и записки самой таинственной личности в истории Империи — злобного карлика Манаун'дака[3]. Хотя теперь, ознакомившись с документами, оу Лоодииг начал искренне сомневаться, что этот знакомый с детства по сказкам и легендам персонаж был карликом, в более древних записях, о нем упоминали просто как о человеке невысокого роста. И даже злобность его тоже стала вызывать сомнения. М‑да… Весьма странная и неоднозначная личность. По одним легендам этот карлик выступал чуть ли не как основатель всех наук на свете, у которого даже боги и демоны не брезговали учиться. По другим — это был великий мистик и шаман, едва ли не ногой открывавший дверь за Кромку, умевший превращать людей в зверей и совершать другие невероятные чудеса. Ну а по третьим — он только и делал, что путался под ногами у своего младшего брата — великого воина и царя Лга'нхи, и завидуя его славе, пытался всячески вредить ему и его окружению… Оу Лоодииг и не пытался бы копаться во всех этих загадках трехтысячелетней давности, благо хватало насущных проблем, если бы этим персонажем так активно не интересовался один из загадочных тооредаанских игроков — некий оу Готор Готор — тот самый, что пропал вместе с невестой сатрапа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
