себя, как в двадцать. Если есть финансы, а дети выросли — самое время наслаждаться жизнью, уважением, престижем. Главное, не злоупотреблять всем этим и отыскать свою золотую середину.
И тут мой супруг имел склонность нарушать законы равновесия.
Он мне изменял. Точно так же, как и я, ощущал себя человеком в полном расцвете сил. Но вместо того чтобы радовать меня, он регулярно "радовал" всяких малолеток из числа студентов. Я в этом была почти уверена.
Это чутье. Я не могла доказать, но прекрасно знала — найду доказательства измены — откручу этой суке голову. Кем бы она ни была. Хоть натуральной Матерью Терезой во плоти. Я не собираюсь прощать ему измены, буду следить за ним всегда и везде, где только есть возможность.
— Оля? — выглядел он таким удивленным, будто увидел привидение. — Почему ты здесь, почему приехала?
Я вошла к нему в кабинет, чтобы осмотреться. Все выглядело очень подозрительно.
— Почему не берешь телефон?
— А ты звонила? Я и не слышал…
— Конечно не слышал, — подошла я к столу и взяла его айфон. — Ты ж его выключил. Зачем ты это сделал?
— Я? Боже упаси, да зачем мне его выключать? — заметно нервничал мой муж. Без пиджака, галстук затянут кое-как. Скорее всего — наспех. Что-то тут не так. — Он просто разрядился.
Увидев экран, я показала Владу процент заряда:
— Больше половины еще. Ничего он не разрядился.
— Просто новый надо купить. Я его сегодня уронил, — придумывал он на ходу.
А я тем временем листала галерею. Там наш Никита был в компании каких-то девок. И все они были разные… Он был в точности как отец — совсем не умел притворяться. Вся подноготная как на ладони.
— Они что, опять поссорились?
Я смотрела на фотки и пыталась вспомнить имя той девочки. Такой хорошенькой, темноволосой. Она выглядела лучшим вариантом для пары. Но Никита — далеко не подарок, они с ней не смогут ужиться. Разве что она точно так же, как и я, будет терпеть всю жизнь этот позор. Хронические походы налево.
— Кто, дорогая?
— Наш сын и эта девочка… Как ее зовут? Забыла. Юля, по-моему?
Я все это время смотрела лишь на мужа. Была почти уверена, что он здесь один. Что больше в кабинете нет ни души. Ведь надо быть полным кретином, чтобы запереться на работе с любовницей — это ведь так просто обнаружить.
И тут я слышу где-то сбоку:
— Меня зовут Уля.
Она чинно сидела на роскошном кожаном диване.
В легком платьице с надорванной бретелькой. Волосы местами торчат, как будто после сна. Тушь размазана. И помада… Она вся была начисто стерта: на подбородке, на щеках, под носом — но не на самих губах. Рот так выглядит только в одном случае.
— Чем вы тут занимались? — спросила я мужа.
Теперь я смотрела на вещи совершенно иначе.
Он закрылся со студенткой, чтобы уединиться. На это указывало абсолютно все — ее неопрятный вид, его неестественно красные щеки, словно после марафона. Ее размазанная помада. И… та же сама помада на его ремне.
— Мы? — корчил он из себя дурака. — Ульяна пришла ко мне пересдавать зачет.
— Пересдавать зачет? — ухмыльнулась я. Ничего лучшего он не придумал, и это звучало словно анекдот. Даже в дополнительных вопросах не было нужды. — Не может быть. Просто зачет. Обычная пересдача. — Я бросила в ее сторону едкий взгляд. Еще раз отметила цвет помады и убедилась, что точно такой же помадой были испачканы пряжка ремня и сами брюки возле ширинки. — Молнию застигни.
— Что? — не расслышал он.
И мне было ну реально стыдно это повторять.
— У тебя расстегнута ширинка, дорогой супруг. Застегни, а то хозяйство отморозишь.
— Ха-ха-ха… — смеялся он неловко, застегивая змейку. — Не отморожу — сегодня жарко.
— Ага, я вижу. Ты даже пиджачок свой снял. А Уля — она вообще полуголая тут сидит. Как-то даже подозрительно, тебе не кажется?
— На что… на что ты намекаешь, Оля?
— Почему вы с ней были заперты? Что это за секретный такой зачет?
Я ходила по кабинету и рассматривала эту потаскуху. Даже не думала, что отношение к человеку может так стремительно меняться. Еще час назад я считала ее лучшим, что могло случиться с моим сыном. А теперь я вдруг осознала, что она просто шмара. Которая как минимум сосала Владлену.
Мне захотелось схватить его за голову и грохнуть хорошенько об стол.
— Это я случайно захлопнула, — решила она подыграть моему благоверному.
— Точно! — выкрикнул он. — У меня окно было открыто из-за жары. И когда Ульяна заходила, вот аккурат перед твоим приездом, то от сквозняка дверь и захлопнулась.
— Понятно, — кивала я, смотря в ее бесстыжие черные глаза. — Я так и подумала. Просто сквозняк. Просто ветром надуло. Верно, Ульяна?
— Да, — ответила она, потупив взгляд. — Да, Ольга Юрьевна.
Ну надо же. Она даже знает мое полное имя.
К сожалению, это ее не спасет от расплаты. Она думает, что отберет у меня одновременно и сына, и мужа. Черта с два, мелкая тварь. Я тебя насквозь вижу.
Даже не подумала бы, что кто-то способен на такое. Шашни крутить сразу с сыном и отцом. А ведь они встречаются уже давно. Кто знает теперь, сколько продолжается их роман — отношения с Владом. Просто в голове не укладывается, я в полном шоке.
Но высказать все прямо сейчас, этой проститутке в лицо — это слабость. Будет проявлением слабости. Я все равно ничего не докажу. Тут нужен план серьезной мести. И пока что я займу позицию хорошей женщины — просто любящей жены и мамы бойфренда.
— Улечка, у тебя… — показывала я на своем лице, где именно ее морда испачкана красным.
— Что?
— Помада размазалась. Ты, наверное, ручкой зацепила. Или кушала что-то большое. Хот-дог или сосиску в лаваше. Нет? Не было такого?
— Нет, я просто… — трясла она подбородком и вздыхала. Вытиралась ладонью, не видя своего отражения в зеркале. Я из жалости дала ей влажную салфетку. Врага нужно сначала изучить, а для этого он должен тебя подпустить как можно ближе. Решить, что ты его друг. А в нашем случае — подруга. — Я ничего не ела. Просто так вышло.
— Никита столько о тебе рассказывал, — расправляла я прядки на ее глупой головушке. Даже не подозревающей о том, какую ошибку она сделала, отсосав у женатого мужчины. — Очень интересно познакомиться вблизи. Ты хорошенькая, просто умничка. Мне очень нравишься. Напоминаешь меня в эти годы, я тоже была еще та красавица. Все мужчины на меня оглядывались, когда шла по улице.
— Вы и сейчас отлично выглядите, — сказала Ульяна с фальшивой улыбкой.
