не соглашался на подобное. Избушки и так внешне выглядят убого, а внутри… Корявая дырка в полу, которую даже «технологическим отверстием» не назвать. Реально дырка, заложенная камнями, которая используется в качестве источника для приготовления пищи.
Есть смысл говорить о том, что в этой деревне нет не только интернета и электричества, но и всего, что с этим могло бы быть связано? Думаю, что это и так должно быть логически понятно.
Если не обращать внимание на происходящее у людей, то природа реально красивая. Едем по каком-то подобии дороги и наблюдаем за окружающей средой. Где-то жирафы бродят, пару раз даже львов замечал, которые валяются в теньке и отдыхают, прежде чем выйти на ночную охоту.
Красиво, блин. Причем не сказать, что жарко. Я ожидал каких-то плюс сорок и бешеной духоты, на деле — чуть-чуть выше двадцати. Пришлось даже поинтересоваться у инструктора, из-за чего подобное происходит.
— Дык у них зима сейчас заканчивается, чему тут удивляться? Месяц-полтора — всё будет так, как ты предсказываешь.
Ну да, действительно. То-то все взрослые завёрнуты в какие-то странные халатики, больше похожие на ковры. Дети ещё ладно, носятся туда-сюда, не на всех даже майки есть.
Ехали мы долго, порядка трёх дней, никак не меньше. Это возвращает меня к вопросу: «Какого, собственно говоря, чёрта?». Подобный путь можно было бы проделать на самолёте часа за три-четыре. Зачем перекидывать сюда эти автобусы, топливо, гнать дополнительные грузовики, которые тоже жрут как не в себя?
Испытание на выносливость? Вряд ли подобным образом можно назвать поездку на комфортабельном автобусе с кондиционером. Тренируют наше терпение? Тоже не особо уверен, мы-то слегка подготовились. Большинство своей запасённой из дома еды отдали, но горячительные напитки-то остались. Да и инструктор ничего не говорил, следя за тем, как мы тихонечко бухаем.
Понятное дело, что мы тоже не набирались до состояния полного отруба. Незнакомая местность, далеко от дома, опасно подобным заниматься, так что на алкоголь не накидывались.
Так я и к какому-то грамотному мнению и не пришёл, хотя мучал свой разум очень долго, пытаясь ещё и выбить ответы с Никиты и Коли. Эти вообще бесполезные, блин.
«Понятия не имею», заявил один из них после моего вопроса.
«Фиг его знает, да и мне всё равно. Привезут — и то ладно, скажи спасибо, что нам не устроили марш-бросок на несколько тысяч километров, вот это огонь было бы», усмехнулся второй.
Мне кажется, что он этими словами и призвал к нам какую-то одну большую неудачу. Не просто же так вечером третьего дня наш небольшой караван встал, как вкопанный, прибившись к краю дороги.
Пятерка наших сопровождающих носилась туда-сюда от первого автобуса к последнему, пытаясь что-то сделать. Чем дольше стоянка длилась, тем хуже выглядели их лица. Уже к полуночи, после пяти часов ожидания, нас собрали в одну большую толпу, решив сделать какое-то объявление.
Оказалось, что сразу два автобуса не выдержало суровых испытаний африканских саванн, из-за чего приказали долго жить. Ремонтироваться нечем, да и некем, так что у нас остался лишь один автобус и два грузовика.
Телефонная связь не работает, спутниковых телефонов ни у кого нет, так что никто не узнает, из-за чего мы задерживаемся, если все решим двигаться пешком. Вот инструктора и решили — в оставшийся автобус грузят девушек, добирают десяток пацанов, которые заползут в кузова грузовиков в качестве охраны, после чего техника продолжает свой путь. Оставшиеся же спят до пяти утра, поднимаются с рассветом и быстрым темпом бегут следом.
«Тут недалеко осталось, тысяча километров, за день добежим, вещи все в грузовики и докинем», уверенно заявил инструктор, приказывая нам разойтись.
— Мы сейчас, по идее, где-то в Чаде, должны были к Нигеру подъезжать, — задумчиво протянул Никита, смотря на красивое звёздное небо.
— Это ты к чему?
— Последние пять лет Чад воюет со страной, которая находится на его юге. Причём очень сильно воюет, с глубокими рейдами и вырезанием людей. Как бы нам не пришлось столкнуться с подобными ребятками…
Глава 11
Как планировали, так и сделали. Если кто-то из девушек сразу и хотел возмутиться тем, что их выделяют из общей группы, то перспектива пешего похода на тысячу-полторы километров моментально заставила их забыть о всей прелести равноправия. Мы с Никитой и Колей решили не наглеть. Правильнее сказать — эта парочка отказалась выделяться среди остальных, хотя им предлагали место в грузовике в качестве сопровождающих.
Оно и правильно, наверное. Вряд ли кто-нибудь начал бы ныть, мол «вот, сын императора и внук начальника тайной стражи, не просто так их пешком не отправили, пока мы бежим и пылью давимся», но ребятки решили даже до примерно подобного не доводить. Или тупо решили остаться со мной, не разбивая нашу сработавшуюся небольшую бригаду.
Я же сразу заявил, что двинусь пешком. Надоело мне сидеть в автобусе, жопа уже болит, блин. Что уж говорить про затёкшие ноги и практически полное отсутствие развлечений? Всё, что у нас было, уже такую оскомину набило, даже думать об этом не хочется. Да и акклиматизацию, уверен, куда лучше начать с самого начала, ибо кондиционер в транспорте сильно мешает этому процессу.
Ночь очень быстро вступила в свои права. Солнце, казалось, только-только спряталось за горизонт, а вокруг уже такая темнота, что едва-едва можно соседа различить за десять метров.
Эта проблема решилась минут через пять, когда глаза привыкли уже к такому освещению. Огромное количество звёзд, как и полная луна, дали нам возможность увидеть хоть что-то. Небо красивое, тут ничего не скажешь. Такой живописной картинки не увидишь из запыленных и задымлённых городов.
Построение и сборы заняли чуть больше времени, чем планировали наши инструктора. Пусть большинство вещей и перекинули в грузовики, но кое-что осталось и нам.
Более того, ещё до отхода техники нам приказали переодеться, сменив нашу обычную тренировочную одежду, к которой мы уже привыкли, как ко второй коже, на боевую форму. Остался с нами и огнестрел, и тактические шлемы, с которыми я познакомился ещё на Кубе. Вот и получилось так, что мы вооружены ничуть не хуже, чем в той
