держать меч с детства. Они рубятся насмерть чуть ли не с пелёнок. Стоит бывалым мечникам присмотреться к Алексу подольше, и его тут же раскусят. Требуется работа над собой. Сделать хотя бы минимальную отработку ударов, поупражняться, привыкнуть к оружию, чтобы меч лежал в руке как влитой, а не болтался, будто палка на расхлябанных шарнирах.
— Ага, а плечи тебе не размять, великий мечник? — фыркнула Стужа.
— В другой раз, — Алекс взмахнул клинком. — Сейчас это будет отвлекать тебя от дозора.
— Ах ты! — взвилась Королева. — Наглец! Я ухожу!
— Нет, — тихо сказал Алекс, продолжая тренироваться. На миг он задумался: как же тот рыцарь рубил ворон? Вроде бы замах был шире, руки чуть согнуты, или нет? — Если люди лорда меня раскусят и убьют, что станет с тобой? Не знаешь? Хочешь проверить?
— Раскусят? — удивилась Стужа. — Кем ты притворяешься? И кто ты вообще такой на самом деле? И почему держишь меч как куриную ногу?
— Все вопросы потом, — отмахнулся Алекс. — Будешь упрямиться? Или поможешь? Учти, если мы проболтаем с тобой всю ночь, то утром меня вздёрнут на суке.
— Ладно, — поджала губы Стужа и отвернула обиженное лицо.
Несколько часов подряд Алекс упражнялся с полоской металла. Рубил тонкие ветки, сносил снег и хвою с лап елей, просто бил по воздуху, привыкал к несбалансированной тяжести в руке. Ну хотя бы теперь он мог аутентично держать меч, как местный, а не глупо вертеть в руках, не зная, куда его деть.
Стужа всё это время стояла к нему спиной, как статуя, лишь изредка поглядывая через плечо на его потуги. Она кривила лицо, но ничего не говорила.
— Идёт, — вдруг заговорила Королева, вытянув шею. — Низкоуровневая тварь.
— Что? — Алекс вытер рукавом пот с лица. — Не человек? Но кто...
— Не знаю, — пожала плечами Стужа. — Ну, удачи.
Она испарилась, Алекс даже не успел дёрнуться и удержать своенравного фамильяра. Слишком устал от рубки, тело потяжелело, бок кололо, мысли путались.
Из-за деревьев показался медленно бредущий Огнер, широкоплечий, огромный. Он не удивился Алексу с оголённым мечом в лесу посреди ночи. Рыцарь подошёл, тени деревьев скрывали черты грубого лица под шлемом без забрала.
— Огнер, что вы здесь делаете? — спросил Алекс, оглядываясь. — Неужели монстра ищите? Кажется, я слышал рычание… — попытался он предупредить разведчика об опасности.
— Ерунда, нет здесь никого, — отмахнулся Огнер и взглянул на клинок. — Это ваш меч? Плохой. Края стёсаны, похож на тупую болванку, им даже дрова не разрубишь.
— Зато хоть негнутый, — Алексу стало обидно за своё временное оружие.
— Дайте поближе взглянуть, — требовательно протянул Огнер руку. — Может, не так всё и плохо.
Алекс насторожился. Стужа ни слова не сказала о Грандмастере, только о некой твари. А вдруг…
Он резко рубанул по кустарнику сбоку, обнажился оранжевый свет костра. Пламя осветило лицо Огнера — вялое, безжизненное. Полностью белые, без зрачков, глаза сузились от ярости. Тонко взвыв, монстр кинулся на Алекса.
Заорав в ответ, тот размахнулся и нанёс неуклюжий удар. Клинок со звоном отскочил от шлема. Пальцы Алекса отозвались болью, кисти занемели. Огнер лишь отшатнулся, взмахнул когтистыми руками. Тогда Алекс ухватил меч с другого конца и заколошматил тяжелой гардой по лбу. Огнер рухнул как подкошенный. Алекс продолжить бить мечом как дубиной. Шлем вмялся, череп лжерыцаря раскололся, глаза разъехались.
Алекс орал и молотил извивающегося монстра под ногами. Тварь потеряла облик рыцаря и превратилась в худую лису на двух ногах. Ободранный рыжий хвост опал на землю, разломанный монстр перестал шевелиться.
Алекс отступил. За спиной топот сапог, хруст веток, крики, шум. Алекс увидел рядом Огнера, настоящего, без хвоста и белых глаз. А за ним стальную глыбу с красным хохолком. Сир Енессен.
Огнер оглядел забитое тело лисы, перевёл взгляд на красную гарду меча Алекса, словно обмакнутую в кровь. Рыцарь нахмурился. Рукоять сплошь красная, а на клинке ни пятнышка. Алекс занервничал, заозирался по сторонам, как же так глупо получилось…
— Мда, сир Алекс, — молвил Огнер. — Северная техника фехтования не перестаёт меня удивлять.
— Кругом деревья, — пробормотал Алекс. — Места для размаха мало, зарубы вышли бы неглубокие, а если как дубиной, то как раз, гарда тяжелее клинка.
Рыцари вокруг переглянулись и уважительно закивали. Северянин явно смыслил в сражениях.
Енессен встал перед Алексом, взглянул пронзительным взором сквозь прорези забрала. И когда только успел облачиться в доспехи? Не спит же в них…
— Сир Алекс, как вы опознали Кицана? При свете бы он не показался, а в темноте это почти невозможно, — строго, с недоверием, спросил начальник гарнизона.
Алекс открыл и закрыл рот. Ничего не приходило в голову. Рыцарь-кочет же не спускал с него цепкого взгляда. Другие тоже заволновались.
— А я и не опознал, — разозлился вконец Алекс.
— Тогда как вы…
— Он попросил мой меч, — нашёлся Алекс.
— И что? — не понял Енессен.
— Рыцарь никогда не отдаст свой меч другому.
Наступила тишина. Рыцари сделали маленький шажочек от Алекса — не как от разоблачённого врага, но как от своего, пожалуй даже слишком уж своего, прямо отмороженного фанатика, который исступленно чтит каждую букву рыцарского кодекса. Один Енессен остался стоять на месте, но на всякий случай пододвинул ладонь ближе к рукояти меча на поясе.
— Я доложу милорду о происшествии, — Енессен зашагал к лагерю прямо сквозь кусты, ломая и сминая их бронированными ногами.
Алекс опустил взгляд на убитого монстра. Расколотая вытянутая пасть подсвечивалась.
Перед глазами появилось окошко Системы:
Клык Хитрости Кицана
Ингредиент F-ранга. Даёт возможность обмануть дознавательные техники. Одноразовый.
О, лут!
— Извините, сиры, — кивнул Алекс рыцарям.
Взяв поудобнее меч, он стал приноравливаться к телу, как бы поудобнее удалить волшебный зуб. Рыцари деликатно отвернулись и разошлись по своим делам. Сбор трофеев — святое дело, угодное богам.
Утром снова дорога, снова леса, степи, холмы. Никто с неба больше не нападал, пару раз пролетали стайки журавлей да один раз — непонятный кожистый зверь, от вида которого Алекс впал в ступор, но в сторону людей “красавец” не посмотрел, и на том спасибо. Верховая езда давалась Алексу тяжело. Мускулы словно сползали с костей, задница превратилась в сплошную гематому. Почему в этом мире не додумались
