глазами сказал Георгий Николаевич. — Это мой мобильный штаб, созданный на базе «Филина», так что мы разместимся с достаточным комфортом! Как раз сегодня я могу взять пару-тройку дней для отдыха. Сколько вам нужно времени на подготовку?
— Нисколько! — Ответил я. — Надо только заскочить в гостиницу, переодеться и захватить наше оборудование.
— В таком случае выступаем! — Князь поднялся из кресла, — Валентин Сергеевич! Пожалуйста, проводите наших гостей до посадочной площадки, а я задержусь на несколько минут, предупрежу заместителя и адъютантов.
Слегка ошарашенные таким напором мы, под предводительством генерала прошли на площадку. Не прошло и минуты, как из подземного ангара поднялся «Филин» главнокомандующего. Из вооружения на нем остались только две пушки. Все навесное оборудование было снято. Турболет был предназначен для быстрых перелетов, а на высоких скоростях с пилона сорвет любой контейнер, как его не крепи. Зато салон поражал своим комфортом. Здесь действительно могли работать и отдыхать семь-восемь человек. Убедившись, что мы разместились с удобствами, генерал Абрамов тепло попрощался и ушел по своим делам. Вскоре появился Верховный, в сопровождении двух здоровенных парней-телохранителей. Все трое были облачены в «Юшманы» и вооружены АК-104.
— Вы словно к боям готовитесь, Ваше Сиятельство! — С едва видимой усмешкой сказал Мишка.
— Всё правильно! — Заступился я за князя, — si vis pasem, para bellum![11] Если нам в Средиземном море рейдеры Чаки повстречались, то, что нас может ожидать на просторах океана! Ты вспомни, какие легенды ходят об атлантах! Мол, они силой мысли двигают предметы, летают в космос, управляют временем и пространством, да и вообще могут быть трехметрового роста!
«Филин» за пару минут долетел до гостиницы. Мы тоже переоделись в «Юшманы» и собрали свой «тревожный» комплект — две темпор-машины со складными рамками «окон» и два чемодана с «глазками». Дорога предстояла неблизкая.
Пробой реальности 133
Ударная группа Японского императорского флота в составе авианосцев «Сикоку» и «Фусо», линкоров «Ямато» и «Мусаши», линейных крейсеров «Тонэ» и «Меко» в сопровождении двух десятков эсминцев и пяти быстроходных танкеров двигалась через Тихий океан к североамериканскому континенту, чтобы нанести карающий удар по Сан-Франциско. Командовал эскадрой прославившийся в американо-японскую войну 1983 года полный адмирал МусатароКомура. Очередной конфликт между Японией и САСШ находился в стадии бурного кипения. На этот раз страны опять не поделили между собой Гавайские острова, вроде бы переданные Японии по Лондонскому договору 1986 года. В нарушении соглашения американцы попытались блокировать Перл-Харбор. Незаконный досмотр торговых судов корветами американского флота быстро привел к вооруженному столкновению. Вскоре выяснилось, что вся возня возле островов была не более чем провокацией со стороны САСШ. Дождавшись, пока японцы подтянут в этот район несколько эсминцев, американцы обрушились на город и порт всей мощью тайно подтянувшейся эскадры линейных кораблей и авианосцев. Четыре японских эсминца не могли долго противостоять соединенному огню линкоров «Айдахо», «Айова» и «Массачусетс». Перл-Харбор был захвачен. Японцы незамедлительно ответили походом на Сан-Франциско.
Параллельным курсом, на удалении пятидесяти миль от японского отряда шел русский ракетный фрегат «Варяг». Его заданием являлось отслеживание всех перипетий боевых действий между противниками, контроль за применением запрещенного химического оружия (американцы так и норовили пустить его в ход), и немедленное практическое осуществление штрафных санкций в отношении враждующей стороны, нарушившей правила ведения войны. В общем, «Варяг» являлся независимым судьей с функцией экзекутора. Командовал фрегатом опытнейший морской волк, участник и руководитель нескольких десятков боевых походов, капитан первого ранга Сергей Смекалин.
Поскольку относительно небольшой (всего восемь тысяч тонн водоизмещением) русский корабль мог одним залпом пустить на дно весь ударный отряд, японцы не без опасения относились к присутствию фрегата, но всеми своими действиями пытались показать, что и они тоже достаточно круты. К повышенной активности детей Страны Восходящего Солнца подталкивали и многочисленные английские инструкторы, советники и инженеры-электронщики. Британцы буквально накануне конфликта установили на нескольких японских кораблях новейшие радары обнаружения и сопровождения цели, а также систему спутниковой навигации. И теперь представителям фирм-поставщиков не терпелось проверить, как поведут себя их детища, против лучших в мире русских систем РЭБ.
Головной линкор «Ямато» то и дело выходил из строя и начинал сближаться с «Варягом». Смекалин прекрасно знал, что даже одного полуторатонного снаряда из гигантского 460-мм орудия достаточно для выведения из строя его корабля. Не спасла бы даже полимерная броня, армированная вольфрамовыми мономолекулярными нитями. Ведь она была рассчитана на защиту максимум от двенадцатидюймовок. Но ведь в маневрирующий корабль ещё нужно попасть (Правительство Российской Империи запретило британцам, под угрозой экономического эмбарго, поставлять в Японию электронные системы наведения). Смекалин курса не менял, лишь отдавал приказ об очередной боевой тревоге. Ну, а японцы прекрасно знали, что всего лишь одна самонаводящаяся противокорабельная ракета «Шторм» способна утопить их колоссальный стальной остров. Поэтому, как только на мониторах, транслирующих в рубке линкора картинку с английских спутников, становилось видно, что на русском фрегате открываются крышки шахт вертикального старта, «Ямато» немедленно менял галс и возвращался в строй.
Эта игра на нервах друг друга продолжалась всё время похода. Когда до американского берега оставалось миль триста, японцы решились в последний раз перед серьезным боем прощупать русских. На этот раз к «Ямато» присоединился линейный крейсер «Тонэ». На «Варяге» снова (в шестой раз за поход!) сыграли боевую тревогу. Под колокола громкого боя матросы и офицеры заняли свои места на боевых постах. Открытые люки ракетных шахт не смутили японцев. Решив надавить посильнее, линкор и крейсер приблизились на сто двадцать кабельтовых. На такой дистанции они уже вполне могли вести огонь с эффективностью в пятнадцать-двадцать процентов.
Терпение каперанга Смекалина лопнуло. Он отдал короткий приказ. Из шахты вырвалась тяжелая противокорабельная ракета, и ушла в сторону зарвавшихся оппонентов. Японцы, поняв, что доигрались, стали торопливо отворачивать. «Шторм» с плазменным двигателем последнего поколения преодолел разделяющее корабли расстояние за несколько секунд. Решив, что достаточно напугал наглецов, Смекалин приказал задействовать самоликвидатор. Ракета взорвались в воздухе буквально в кабельтове от борта «Ямато». Командир линкора, контр-адмирал Такэси Нисимура, вытер шелковым платком обильно струившийся по лицу пот и пробормотал сквозь зубы длинное, заковыристое ругательство.
Не успел развеяться дым от взрыва ракеты, как за горизонтом, в том месте, где находилась эскадра, разлилось белое сияние. Через несколько секунд докатился звук, похожий на громкий щелчок. Операторы радиолокационных комплексов на «Варяге» и «Ямато» заметили, что метки кораблей эскадры пропали с мониторов. Японские линкор и крейсер немедленно пошли в ту сторону. Слегка замешкавшись, за ними последовал русский фрегат. Три корабля, забыв обо всех недавних инцидентах, избороздили квадрат вдоль и поперек. Вся японская эскадра,
