Дети шли веселые, смеялись и шутили. На вопросы своих товарищей Влад отвечал рассеянно. Шел позади всех и думал о том неизвестном, который спутал ему все расчеты. Неожиданно пришла в голову мысль, что неплохо было бы разгадать тайну исчезновения ножика! Замечательно!
И сразу он почувствовал, что никакой он не вор и не жертва, а настоящий тайный сотрудник уголовного розыска, сыщик, что он идет по следу злоумышленника и вот-вот схватит его за шиворот!
Отец рассказал ему однажды, что какой-то лейтенант милиции нашел угнанный из гаража «Москвич», располагая только окурком, брошенным вором на пол гаража.
Эх! Если бы возле клеток валялся хоть какой-нибудь окурок!
И тут же появилась такая сногсшибательная идея, что он даже приостановился: от-пе-чат-ки паль-цев! Как это он раньше не подумал? По отпечаткам можно найти самого хитрого вора!
Конечно, если бы ножик лежал в сейфе, отпечатки остались бы на стенках, на дверце, — Влад отлично знает, где остаются отпечатки. Смогли бы остаться на дверной ручке, на оконных задвижках — зависит от того, как проник нарушитель: через дверь или через окно. Но тут ведь ни окон, ни дверей, ни сейфа — ничего. Только трава, клетки, кролики. Где тут оставаться отпечаткам пальцев? Конечно, на клетках тоже могут остаться какие-то отпечатки, — тот ведь двигал клетки и дотрагивался до них… Ура-а! — чуть не крикнул от радости Влад, но тут же подумала отпечатки были, но он сегодня утром сам их уничтожил! На всех клетках остались только следы его пальцев!
Все погибло! Никто теперь не сумеет отыскать того, кто похитил нож: все следы ведут прямехонько к Владу!
…Подул прохладный ветерок: детям в лицо задышал лес. Он будто звал их: «Скорее! Спешите! Здесь так красиво и прохладно!»
Дети прибавили шагу.
— Сначала давайте отдохнем немного, а потом пойдем искать ягоды. — Андрей запыхался и плюхнулся в высокую мягкую траву на опушке леса.
Следом за ним и остальные попадали рядом.
— Пошли! — приказал Андрей после нескольких минут дурачества в зеленой траве.
И тут лишь дети обнаружили, что некоторые из них пришли без кружек. Как быть, во что собирать ягоды?
— Кто без кружки? — спросил Андрей.
Олгуца, Ионел и Влад пришли без кружек.
— Ну, конечно, Ионел у нас знаменитый разиня. Всегда что-нибудь да забывает: то книгу, то тетрадь, то ручку…
— Бутерброды только никогда не забывает, — съязвил Витя.
Олгуца объяснила:
— Я не из дому. Дица встретила меня на улице и сказала…
— Ясно, — прервал ее Андрей. — Но хотел бы я знать, о чем думал Влад? Где у него голова? Подтянутый Влад, причесанный и дисциплинированный, сегодня забыл захватить с собой кружку!
Влад вздрогнул от удивления. Он даже не предполагал, что Андрей такого мнения о нем!
Андрей продолжал, улыбаясь:
— Сегодня Влад вообще сам на себя не похож. Даже еду кроликам забыл принести.
— Он, наверно, подумал, что кролики посмотрят на него и будут сыты, — съехидничал Ионел.
— Где ты, Влад, ау!? — засмеялся Андрей и хлопнул его по спине.
Влад лишь втянул голову в плечи.
Андрей заключил:
— Вот что мы сделаем: у нас три кружки, а нас шестеро. На каждую пару получается по одной кружке — и порядок.
Как просто! Слов нет, Владу очень хотелось бы собирать ягоды вместе с Андреем. Еще вчера ему было бы это сделать легче легкого! А сегодня?!
Пока Влад раздумывал, Ионел предложил Андрею:
— Пошли вместе!
Дица обернулась к Олгуце:
— И мы.
Волей-неволей Влад остался с Витей.
«Нет, Андрей ничего не знает. Шутит, смеется, как всегда», — подумал Влад и наклонился над кустом.
Витя искал поблизости…
— Эге-ге-ей! — раздался голос Андрея. — Кон-ча-ай!
Все собрались, расселись парами на траве и принялись есть собранные ягоды.
Витя сел поодаль от остальных. Влад удивился, но — куда ему деваться? — сел и он рядом с Витей, далеко от товарищей.
В траве, между Витей и Владом, возвышалась их кружка с огромной шапкой спелых ягод. Она оказалась самой полной.
— С верхом! — заметил Ионел. — Вот это да!
Дети с завистью посмотрели на их кружку.
Андрей удивился:
— Когда это вы успели?
— Набрели на хорошие кусты? — предположил Ионел.
— Первые закончили и собрали больше всех. Не то что мы! — сказала Дица и посмотрела на Олгуцу и их кружку: ягоды заполняли ее лишь на половину. — Плохие мы с тобой работники…
— Витя у нас ударник, — похвалил его Андрей. — А Влад ходит сегодня с разинутым ртом, ворон считает, по-моему…
Витя кротко смотрел вокруг.
Влад улыбнулся добродушной реплике Андрея и на время забыл о ножике. С аппетитом ел кисло-сладкие ягоды, не глядя, запускал руку в кружку, стараясь не отстать от Вити.
Неожиданно пальцы его наткнулись на что-то твердое и шершавое. Удивленный Влад заглянул в кружку и чуть не подавился ягодой, которую еще держал во рту: кружку на добрую треть наполняли кусочки дубовой коры!
Влад захлопал ресницами — он не сразу сообразил, что означает дубовая кора в их кружке. Посмотрел на Витю: тот сидел, как прежде, спокойный и скромный, — святой да и только.
Вот почему они с Витей собрали быстрее всех и больше всех! Тьфу ты!
Он тихонько вздохнул… Попадись ему Витя вчера с таким фокусом, задал бы он ему, — на всю жизнь запомнил бы парень этот день. Ох и высмеял бы он его! Очковтиратель несчастный! Жулик!
Пока Влад мысленно возмущался, Витя отправил в рот последние ягоды и незаметно выбросил в траву кору из кружки.
Влад сглотнул слюну.
Теперь, даже захоти он, все равно ничего не докажешь. Тем более, что вдруг Витя объявит во всеуслышание: «Кто стыдит меня, ребята? Вор, который украл у Андрея ножик!»
Влад сидел подавленный.
Ионел заметил, что Витя и Влад не едят, и удивился:
— Что с вами? На завтра оставили?
— Что оставили? — не сообразил Влад.
— Ягоды! Или не нравятся?
— Э-хе, мы их прикончили, — постарался Влад ответить как можно беспечнее. А сам подумал: — «Отколол номер и сидит себе, помалкивает. Я должен выкручиваться за него, мошенника!»
— Ого! С ними шутки плохи! Их ни в чем не перегнать: первые собрали, первые и слопали! — засмеялся Андрей.
Тут уж Влад промолчал.
Витя продолжал сидеть неподвижно, будто весь этот разговор его не касается.
«Ну и хитрюга!» — изумился Влад. И невольно подумал: «А Витя мог бы… украсть?» Размышляя, так и не решился ответить утвердительно. Обмануть может, но чтоб украсть… «А Ионел? Ионел не украдет и не обманет. Он честный мальчишка».
И Влад еще более поник, подумав, что о себе он уже не может, не имеет права сказать «я честный».
«А Андрей? О, этот, если бы нашел ножик, давно уже сказал бы всем, что нашел, и не делал бы из этого никаких секретов… Как это он не подумал об этом раньше? Раз Андрей молчит, значит он его не нашел и ничего не знает».
Влад окончательно убедился, что вчера кто-то чужой взял нож и теперь невозможно узнать, кто это и где пропажа.
«Ну, что ж, пропал, так пропал!» — смирился Влад, радуясь, что ребята даже не догадываются, как ножик исчез на самом деле.
И успокоился.
На обратном пути Влад, уже не плелся в хвосте, а шел вместе с ребятами, шутил и смеялся всю дорогу. Когда подошел к дому, то почувствовал, что ему не хочется с ними расставаться. Слушал их шутки, и только к Андрею не мог подойти по-прежнему. Поэтому старался не стоять рядом с ним, не вступать с ним в прямой разговор, хотя на все его вопросы отвечал. И сам себе говорил: «На воре шапка горит».
Первые в дом ушли Олгуца и Дица. Потом Витя. Он удалялся спокойный, полный достоинства.
Влад посмотрел ему вслед долгим взглядом и с трудом удержался, чтобы не прыснуть. На языке вертелись слова, одно язвительнее другого.
Вечером отец довольно строго заметил:
— Вижу, ты не очень-то помогаешь Дице.
— Она сама справляется и не нуждается в моей помощи, — ответил Влад. — И… у меня… каникулы.
— Вот как? — отец нахмурил брови. — А у нее не каникулы? Или полагаешь, что Дица обязана работать весь день? Только она живет в этом доме?
— Нет, но… — промямлил Влад:
— Никаких «но», — отрезал отец. — Мама уехала, мы остались одни и если помогаем друг другу, то этим помогаем и маме сдавать спокойно свои экзамены. И это не первый раз с тобой, между прочим. Можно подумать, у тебя одни права, а у Дицы одни обязанности. Так не пойдет. В конце концов, ты у нее воруешь время, часть ее каникул! — сказал отец совсем строго. И добавил:
— С завтрашнего дня, будь добр, помогай Дице без всяких уверток. Что скажет — делай.
Влад слушал отца потупившись, не возражая ни словом, ни жестом.
Отцу стало жаль сына.
