мне позвонили, сказали, что моя бывшая жена соизволила прийти в мой дом и потребовать своего сына, от которого отказалась полтора года назад. Ну да. Не сама отказалась, я помог. Но не мог я допустить того, чтобы мой ребенок жил с этой шалавой, да и не нужен он ей был. Диана все эти годы прекрасно жила в родительском доме, нашла себе обеспеченного папика, который ее по курортам возил и побрякушки покупал, какие ее душе угодны были. А теперь она решила вернуться обратно? Стоило вспомнить физиономию своей бывшей жены, аж не по себе стало. Злость так и сочится из меня и убивать хочется.
Подъехал к своему загородному особняку, в котором жили мы с сыном. Въехал в ворота и, припарковав автомобиль, пошел в дом.
— Добрый вечер, Ярослав Сергеевич, — поздоровался со мной один из охранников.
— Привет. Где она?
— В гостевой. Ждет вашего приезда.
— Хорошо. Через пять минут приведите в мой кабинет.
— Есть.
Не теряя ни минуты, я поднялся в детскую к сыну. Женя уже мирно посапывал в своей кроватке. Подошел ближе и, поцеловав своего мальчика в пухленькую щечку, я прикрыл его одеялом, пожелал сладких снов и вышел из комнаты. Никогда не думал, что от кого-то может зависеть моя жизнь. Тем более от такого малыша. Когда смотрю на сына, внутри словно все расцветает после долгой зимней спячки. Вот они, настоящие чувства, которые не купишь ни за какие деньги на свете. Их нужно только заслужить. Только вот не знаю, за что мне небеса подарили такого маленького ангела. Я очень редко бываю дома, много времени нахожусь на работе, но вот в эти самые редкие минуты счастья рядом с сыном я превращаюсь в самого себя. В того, кто я есть на самом деле. Стоит посмотреть на улыбающегося Женьку, как все проблемы мигом куда-то испаряются, и жить хочется, несмотря ни на что.
Выйдя из детской, я плотно прикрыл за собой дверь и пошел в сторону своего кабинета. Вошел. Сперва подошел к бару, открыл его и плеснул в стакан немного виски. Пока не привели Диану, нужно выпить и успокоиться, а то сорвусь. Когда я опустошил половину стакана, в дверь постучались, и та отворилась.
— Ярослав Сергеевич, привели.
— Пусть войдет, — произнес я, и в кабинет тут же вплыла довольная Диана. На ней, как всегда, было чересчур короткое платье с глубоким вырезом на груди. И если мне раньше было все равно на то, как она одевалась, то сейчас откровенно подташнивало. Как я мог не замечать ее блядской натуры? Другое дело Яна. В ней все гармонично. Она — идеал женщины. Да, у нее нет большой груди, вызывающей внешности, она немного зажата, застенчива и, я бы сказал, в некотором роде простушка, но все это только ужасно заводит и заставляет на нее посмотреть как на женщину, которую хочется забрать себе, закрыть в своем доме и подчинить. Да и раньше эта девчонка была образцом вымирающего вида, который нужно беречь, а не пользоваться и выбрасывать.
— Что ты тут делаешь? — громко и четко проговорил я, а Диана облизнула свои пухлые перекаченные губы, накрашенные алой помадой и подошла ближе к столу, присаживаясь на стул и закидывая ногу на ногу. Немного сдернула с груди платье, что казалось, еще чуть-чуть и сиськи выскользнут наружу. Она была без бюстгальтера, и ее острые соски буквально впились в тонкую ткань платья. Она что думала, эти действия будут меня заводить? Если да, то она еще глупее, чем я думал.
— Привет, дорогой, — промурлыкала та, а я от ее слов поморщился.
— Давай без этой прелюдии. Что тебе нужно? — оборвал ее на полуслове и, глотнув еще немного виски, откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди.
— Мне нужен ты и сын. Я была глупа тогда. И если бы вернуться на полтора года назад, то я бы ни за что вас не оставила. Я бы боролась за свое счастье. Ярик…
— Диана, во-первых, ты не ушла, а тебя выгнали. Я выгнал, при этом наградив тебя баблом по самые уши. Во-вторых, о каком счастье ты говоришь? Ни я, ни сын никак с тобой не связаны. Ты сглупила еще тогда, когда решила меня на себе женить. Что касается сына, то спасибо тебе за него.
Я и правда был ей благодарен за такой подарок, потому что сам не мог иметь детей. Никто об этом не знает, кроме моего лечащего врача. После того, как мы с Дианой разошлись, сын заболел. Я решил его обследовать, а заодно и сам проверился. После чего мне вынесли приговор: бесплоден. После этого я долго лечился, и хотя надежда на то, что я еще могу стать отцом, возросла, это по-прежнему был один шанс из тысячи.
— Не нужно быть таким категоричным, Яр. Ну, изменила раз, и что? Ты мне как будто бы не изменял. Мы оба наделали ошибок, так не лучше ли нам их решить и жить дальше? Тем более ребенку нужна полноценная семья. Я могу тебе родить еще детей. Ты же так этого хотел. Не зря же ты на протяжении нашей супружеской жизни не раз об этом говорил.
— У моего сына уже есть мать, — четко проговорил я и тут же подметил, как у Дианы глаза расширились. Ну да. Немного соврал. Но ведь скоро будет у Женьки мама. Из Яны получится отличная мать, и я очень надеюсь, она полюбит моего сына. А что касается наших с ней детей, так в стране есть и другие способы зачатия. Я думаю, она все поймет и примет. Тем более я ее никуда больше не отпущу. И у нее нет выбора.
— Что? — визжащим голосом проговорила Диана и уставилась на меня как баран на новые ворота.
— То. Надеюсь, ты поняла, что лучше тебе не соваться в мою семью и забыть дорогу.
— Костров, ты не имеешь права лишать моего ребенка матери, тем более ты не его родной отец.
От этих слов во мне словно трескается пелена, которая была защитным коконом и спасала от того, чтобы не выйти из себя и не убить эту дуру, лишившуюся последних мозгов. Перед глазами так и вспыхнула картинка, как я беру тонкую шейку в захват и ладонью сжимаю ее. Видимо, мои мысли отчетливо отразились на моем лице, отчего лицо
