его немалое такое, твердое достоинство. Я тут же замираю от шока.
— Ну нет, ты точно охамел, Костров…
— А теперь-то что не так? — с показным недовольством интересуется тот, а я вот прямо затылком чую, что он улыбается.
— Ты… У тебя… Он…
— Что у меня? — уже в открытую смеется тот.
— Издеваешься, да? Тебе стоит прочитать договор, Ярослав.
— Зачем? Я разве что-то нарушил? — Хотела ему ответить, что да, нарушил. Только вот понимаю, что ничего он не нарушил. Ведь интима-то нет, а то, что он меня просто обнимает, так этого не было прописано. Он же ничего такого не делает. Ох, а мне от его этих объятий еще жарче становится. Сглатываю накопившуюся слюну, тело мое напрягается и покрывается мурашками. Глупое сердце начинает биться все чаще, и я ощущаю, как мужчина кончиками пальцев поглаживает мой оголенный живот. Черт. Внизу живота начинает сладко ныть. У меня не было секса пять лет. Нет, я, конечно, встречалась с мужчинами и даже целовалась, несколько раз практически до постели отношения доходили, но потом резко все обрывалось.
— С тобой все хорошо, Яна? — раздается в тишине голос Кострова.
— Да. Спи, — отвечаю чуть резче, чем хотела, и сама об этом уже через несколько секунд жалею. Больше не говоря ни слова, Ярослав мгновенно засыпает, а я так и не могу уснуть. Долго лежала с открытыми глазами, но сон потом все равно сморил.
На этот раз я проснулась от яркого солнца и одна. Прислушалась. Ярослава не было ни в душе, ни в комнате. Быстро поднялась и пошла умываться. Привела себя в порядок. Надела джинсовые шорты, футболку, босоножки, нанесла легкий макияж. Заплела на голове французскую косу и вышла в коридор. Немного прошла и услышала мужские голоса, которые доносились с первого этажа. Уже быстрыми шагами пошла на звук. В столовой, куда я пришла, во главе стола сидел Роман, по правую от него руку — Ярослав, напротив него — Амир, около Амира — Моника и трое их детишек.
— Доброе утро, — поздоровалась я.
— О, Яночка проснулась. Доброе утро. Завтракать будешь? — Моника тут же подскочила со стула.
— Да, с удовольствием. — Я подошла к свободному месту около Кострова и присела рядом. Возле меня хозяйка дома тут же поставила тарелку с ароматной яичницей и помидорами.
— Чай, кофе?
— Чай, пожалуйста, — тихо проговорила я, и мой взгляд уперся в Амира, который смотрел на меня, не скрывая этого. Я чуть заметно ему улыбнулась, и мою коленку тут же сжали в захвате.
Но Костров этим не обошелся. Он наклонился ко мне и на ухо прошептал:
— Доброе утро, жена, — его горячие губы коснулись моей щеки. Я не удостоила его ответом, а молча приступила к еде.
Мужчины куда-то ушли. Вообще, я заметила, что Ярослав и Амир вели себя как-то странно. Если вчера они бросали друг на друга гневные взгляды, то сегодня, наоборот, строили из себя друзей. И пусть при переглядывании между ними возникало напряжение, которое буквально витало в воздухе и всех опутывало. Что уж там, они даже удосужились поговорить.
После того, как мужчины ушли, я помогала Монике убирать со стола.
— Яна! — окликнула меня хозяйка дома.
— Да?
— У тебя все хорошо? — Ее вопрос показался мне более чем странным, но я не показала этого.
— Да, все хорошо.
Моника изучающе посмотрела на меня, создалось такое ощущение, что она меня сканирует.
— Яр тебе вчера ничего не сделал?
— Эм-м, нет. Повозмущался немного, но не более. А что?
— Да нет, ничего. Просто я не так давно знаю Ярослава, но уже удалось увидеть, какой он в бешенстве. А вчера он был настолько зол, что я думала, он мне дом разнесет. После того, как ты в комнату ушла, он через какое-то время вышел, ни с кем говорить не стал, взял из бара бутылку виски и ушел один пить. К нему Роман потом присоединился. Ну а в час ночи я их застала на заднем дворе, они играли в дартс ножами.
У меня от ее пояснения чуть челюсть не упала. В дартс. Ножами. Жуть. М-да, значит, Костров не избавился от своей любви к холодному оружию. Перед глазами тут же возник парень, который был мишенью, и они в него также кидали ножи. Они это называли «живой мишенью». Дурдом. Самый что ни на есть дурдом. Из оцепенения меня вывел детский голосок.
— Тетя Яна, а ты с нами поиграешь? — Меня за руку взяла дочка Моники. Девчушке было пять лет, и она была копией своей мамы.
— Конечно.
— Ула-а-а!.. Пошли.
Девчушка привела меня на детскую площадку, где два ее старших брата строили город из песка. Мальчишки мне обрадовались и с удовольствием приняли в свою компанию. Я безумно любила детей и очень хотела большую и крепкую семью, но в ближайшее время мне это не грозит. Когда на тебе висит огромная куча проблем, то как-то забываешь о себе и о том, что ты, вообще-то, женщина, которой практически уже двадцать восемь лет и нужно бы парня завести, а еще лучше — семью.
Домой с Костровым мы приехали уже ближе к ночи. Но, как оказалось, Ярослав и не думал оставаться. Доведя меня до лифта, он попрощался, отдал мой чемодан охраннику и просто уехал. Я от неожиданности немного опешила, но потом поняла, что это даже к лучшему.
После сегодняшней ночи, когда он меня обнимал, мне даже показалось, что мы как-то сблизились, хотя мой разум кричал мне, чтобы я бежала подальше. Я так давно уже не испытывала чувства нужности и ласки. А тут целый мужчина, да еще и тот, к которому ты неровно дышишь. Куда лучше? Эх, если бы Костров не был таким козлиной, которым он является, я бы сама его захомутала и никому никогда не отдала. Но, увы и ах! Нет, если я, конечно, хочу жить как на пороховой бочке и чувствовать себя низшим существом, то да, Костров как никто лучше подходит в спутники. Он настолько самовлюбленный и ревнивый тип, что хочешь не хочешь, а будешь себя чувствовать никем.
Утром я встала пораньше, приготовила себе завтрак и первый раз встретилась с помощницей Кострова. Ну что я могу про нее сказать… Красивая длинноногая блондинка с пышной грудью. А еще очень высокомерная и чувствует
