Harvester и другим проблемным фирмам. Один из сотрудников Morgan вспоминал: "Все наши молодые банкиры говорили: "Как этим ребятам это удается? Наверное, они делают это с помощью зеркал". Они выдавали кредиты, от которых многие банки отказывались". Continental также платила непомерно высокие процентные ставки за свои 8 млрд. долл. В основном он полагался на "горячие деньги" - крупные, нестабильные депозиты иностранных и отечественных организаций. Объем таких "горячих" депозитов составлял от 5 до 200 млн. долл. и значительно превышал лимит в 100 тыс. долл., покрываемый системой страхования вкладов. Управляющие такими депозитами были очень осторожны и были склонны изымать средства при первом же намеке на проблемы. Однако даже такой консервативный банк, как Morgan Guaranty, 75% своих депозитов привлекал от "горячих денег".
Континенталь начал распадаться в выходные дни четвертого июля 1982 г. с крахом банка Penn Square Bank. Это был печально известный банк торгового центра в Оклахоме, который зарезервировал и перепродал Continental кредиты на сумму 1 млрд. долл. (Одним из живописных современных аспектов краха Penn Square стал забег в его подъездное окно). Чтобы успокоить учреждения, владеющие его бумагами, Continental начал выплачивать более высокие ставки по своим компакт-дискам. Когда отечественные управляющие деньгами отказались, банк стал больше полагаться на японские и европейские фонды и отправил своих финансовых евангелистов за границу, чтобы они проповедовали спокойствие. "У нас была бригада Continental Illinois Reassurance Brigade, и мы разъехались по всему миру", - сказал Дэвид Тейлор, председатель совета директоров Continental в 1984 году.
Банк так и не смог полностью оправиться от событий на Пенн-сквер, которые привели к первому глобальному электронному банковскому налету в мае 1984 года. Все началось с того, что по Токио пронесся беглый слух о том, что американский инвестиционный банк продает Continental возможным покупателям. Это спровоцировало продажу на Дальнем Востоке компакт-дисков Continental на сумму до 1 млрд. долларов, которая на следующий день перекинулась на панические продажи в Европе. Бегство Continental было похоже на какую-то модернистскую фантазию: не было толп истеричных вкладчиков, только холодные кошмарные вспышки на экранах компьютеров.
Новый председатель правления банка Дэвид Тейлор, тонкий, как карандаш, аристократичный, с серьезным голосом, изо всех сил старался сдержать удар. Чтобы развеять слухи, он разослал, как ему казалось, обнадеживающий телекс в двести банков по всему миру. Однако, привлекая внимание к проблемам Continental, он лишь усилил опасения. На следующий день Пол Волкер разговаривал по телефону с Лью Престоном, который выразил скептическое отношение к частной системе безопасности. Однако в Вашингтоне надеялись, что частный кредит, привлеченный крупными банками, сможет восстановить доверие к Continental. Это было политическое предпочтение: Идеологов администрации Рейгана прельщало "рыночное решение". Банкиры также считали, что они смогут более обоснованно претендовать на расширенные полномочия в области ценных бумаг, если не будут постоянно просить федеральной защиты. Еще в ту пятницу, когда организовывалось частное кредитование, Continental заняла 4 млрд. долл. у ФРС Чикаго. В течение следующей недели "частное спасение" будет иметь несколько фиктивный привкус, скрывая гораздо более глубокое и критическое участие федерального правительства.
Почему Continental выбрала Morgan для проведения спасательной операции - выбор, так напоминающий 1907 и 1929 годы? "Выбор Morgan Guaranty был очевиден", - объяснил бывший высокопоставленный сотрудник Continental. "У него было самое прочное финансовое положение и непререкаемая репутация". Morgans также был близнецом Continental. "Мы считали, что Morgan - это аналогичная организация, которая не имела тех проблем, которые были у нас, но была аналогично финансирована", - вспоминает Тейлор. Morgans также получил эту работу по умолчанию. Ранее Citibank пытался вторгнуться на территорию Continental в Иллинойсе, что оставило после себя неприязненные чувства.
В выходные дни, пришедшиеся на День матери, в условиях помех на телефонных линиях, Престон и Тейлор собрали кредитную линию на сумму 4,5 млрд. долл. в шестнадцати банках. Эти изощренные банкиры использовали примитивные методы. Часто они просто звонили в банки, вызывали дежурных охранников и просили их разыскать своих председателей. Удивительно, но Федеральная резервная система не располагала номерами домашних телефонов самых влиятельных банкиров Америки. Главный кредитный инспектор Security Pacific был найден занимающимся виндсерфингом. Пока банкиры торговались за свои кредитные доли, все они понимали всю серьезность кризиса. Как сказал один из сотрудников Continental, "они знали, что проблемы Continental могут перекинуться на несколько других банков". Существовало опасение, что Continental привлечет нежелательное внимание к долгам стран третьего мира Manufacturers Hanover или к плохим кредитам на недвижимость Bank of America. "Кроме того, было пятьдесят с лишним банков Среднего Запада, у которых на депозитах в Continental находилось больше, чем весь их банковский капитал", - говорит Престон. "Вот почему его стоило спасать". К вечеру воскресенья кредитная линия на сумму 4,5 млрд. долл. была готова.
В понедельник утром мировые рынки зевали, глядя на эту демонстрацию силы богатейших американских банков. Пирпонт Морган мог бы командовать на рынке золота, но частные ресурсы теперь меркли на мировых рынках. Забеги продолжались на фоне телефонных разговоров между Волкером и Престоном. "В тот понедельник Волкер не звонил никому, кроме Престона, даже в администрацию", - вспоминает Ирвин Спрэг из Федеральной корпорации страхования депозитов. "Стало ясно, что план спасения банкиров не сработает. Очевидно, что правительство должно было вмешаться на следующий день".
Ставки были огромны: Continental был крупнее всех банков, потерпевших крах во время депрессии, вместе взятых. Будучи банком "горячих денег", он был застрахован только на 10% от своих "депозитов" на сумму 40 млрд. долл. Сможет ли мир реально справиться с убытками в 36 млрд. долларов? Никто не хотел этого выяснять. На встрече во вторник утром, 15 мая, Волкер, валютный контролер Тодд Коновер, а также Уильям Айзек и Ирвинг Спрэг из FDIC согласились с тем, что крах Continental будет иметь катастрофические последствия, и приняли решение о вливании капитала FDIC.
Они продали эту идею министру финансов Дональду Т. Ригану, который хотел сохранить частное спасение. Банки должны были внести часть средств. После обеда Волкер позвонил Престону и попросил его организовать встречу семи председателей банковских советов в Нью-Йорке на следующее утро. В офисе Morgan Guaranty на углу Пятой авеню и Сорок четвертой улицы в обстановке секретности собрались председатели Morgans, Chase, Citibank, Bank of America, Chemical, Bankers Trust и Manufacturers Hanover, а также представители высшего банковского регулятора, включая Волкера. Встреча, проходившая под председательством Лью Престона, носила как сентиментальный, так и боевой характер. Некоторые банкиры произносили звучные речи о прошлых днях славы Уолл-стрит, когда Дом Моргана управлял частными спасениями. Джон Макгилликадди из Manufacturers Hanover утверждал, что банкиры должны
