чтобы добраться до злополучного холма. Жертв от попаданий можно было насчитать несколько сотен, но это никак не повлияло на решимость людей. Главной силой окружавшей Гарденера были его собственные Рыцари Грааля. Искусные, опытные и крепкие, наделённые силой и здоровьем святой воды, те практически не заметили того, что по ним стреляли. Лишь пара человек, даже не скривившись, извлекла из сочленений своих доспехов стрелы, после чего продолжили свой путь.
- За Хайгарден! Вырастая – крепнем! – послышался голос второго сына верховного лорда с вершины холма. Гарлан Тирелл возглавил атаку конницы и понёсся вниз, надеясь сокрушить вражеский авангард до подхода пехоты. Смелый шаг и в тоже время эффективный, если бы враги не подумали о нём в первую очередь.
- Давай, Марвин! Мы – длань богов! – ответно прокричал Гарденер, после чего в воздух из-под земли выстрелила цветная сфера, что распалась в воздухе в виде облака из сотен лепестков.
- Кажись, пора! Запускайте, олухи! – рассудил архимейстер, когда небо окрасилось в рой мелкой цветной палитры.
Учёный всё это время руководил наведением требушетов из задних рядов воинства, а точнее их куда меньшего, но более точного и полезного аналога. В обычном бою осадные машины было принято не использовать, ведь большой пользы от их применения по снующим туда-сюда по полю солдат не было. И всё же в своё время Таргариены довели подобную тактику до ума, благодаря бочкам с диким огнём, что позволило им удержаться у власти даже после смерти последних драконов. Теперь же Гарденер использовал их наработки для применения «липучки», смеси погибели для любой конницы. Для средневековой Европы и её аналога в виде Вестероса, подобное оружие было едва ли не страшнее, чем всё остальное, ведь к пехоте относились с пренебрежением, а главный упор всегда делался на кавалерию. Что же, это конечно не порох с пушками, но тоже сойдёт.
По команде учёного несколько десятков бочек со смесью отправились в полёт по чётковыверенной баллистической траектории. Достигнув земли на холме, те лопнули словно переспелый арбуз, расплёскивая жидкость по всему склону. Несущиеся на полной скорости с холма войска Тиреллов не успели должным образом отреагировать на угрозу, а потому попались в ловушку, как и было рассчитано. Более авангард противников не представлял угрозы тысячи людей и лошадей превратились в саму настоящую кашу. Вакханалия из болезненных криков и ржания лошадей ещё долго будут раздаваться на поле боя, таким образом ставя крест на трети, если не на половине воинства.
- Отлично, бойцы, всё точно по плану! За мной! – вскричал Гарденер и авангард разделился на двое и точно по плану, начиная обходить холм с разных сторон, беря обескураженную вражескую пехоту и лучников в клещи.
Гарденер не ограничивался только защитой и вмешательством в виде экспериментальных наработок, он использовал все доступные ему силы, чтобы вывести из строя как можно большее число противников. Громадные и многочисленные древесные корни, терновые лианы или простые, но смертоносные колья, которые буквально выпрыгивали из земли. Всё это шло в ход, превращая поле боя в самую настоящую живую ловушку. Порой бедные люди и вовсе встречались нок к носу с хищными растениями, не имеющими глаз, зато способными проглотить их целиком за милую душу. Магические силы Эдмунда утекали, как песок сквозь пальцы, но если не сейчас израсходовать их под чистую, то когда вообще?
Пехота начала медленно и верно подбираться к ставке Тирелла на холме, занимая пригорок и овраг за оврагом, выступ за выступом. Немногочисленные выжившие всадники, избежавшие участи стать частью вакханалии из сотен тел были лёгкой мишенью для Рыцарей Грааля, которым хватало едва ли двухкратного преимущества, чтобы обезвредить окружённого лорда или рыцаря. Боевой дух противников уже стал практически показывать дно. Для них становилось очевидно, что всё их оборонительное преимущество сошло на нет, но бежать уже было некуда, ведь многочисленные всадники их противников перекрыли всевозможные пути для отступления.
Вместе с несколькими сотнями людей и бок о бок с верными Фланами и Корбреем Эдмунд ворвался в ряды противников. Камрит мощным прыжком пересёк несколько десятков голов, держащих оборону на пригорке, проходя сквозь ряды врагов подобно острому копью. Ничто не могло остановить натиск их дуэта, конь был облачён в несколько защитных пластин, лягаясь и бодаясь он не давал никому приблизиться к себе. В то же время Гарденер сидящий на друге верхом прорубал себе путь клинком и магией, внося хаос и сминая жидкую оборону противника.
Рядом с ним падали тела, один за одним. На губы попала чья-то кровь, но мужчина не видел этого, не чувствовал, а только продолжал махать мечом в приступе праведного гнева. Рыцарь Долины, что был всё это время подле него, так же не отставал от своего короля. Его валлирийский клинок врубался в доспехи, рассекал кости и плоть, кромсал сердца и иные органы, плодя вдов и сирот, всего лишь одним взмахом. Семейка Фланов сражалась чуть позади от них, но благодаря слаженной работе этой троицы никто ещё не уходил от них живым. Шаг за шагом они подступали к своей несравненной победе, в то время как воины и союзники Тиреллов начали чувствовать холод самого Неведомого за своей спиной.
Последней попыткой исправить положение был отчаянный крик Лораса Тирелла, что вступил с Гарденером в неравную схватку. В то время, как рыцарь с гербом Рованов на своих доспехах схлестнул клинки с Корбреем, а Фланы стали удерживать натиск массивных братьев Окхартов. По сути, это сражение было заключительным в их противостоянии. Весь свет рыцарства остался лежать в свалке у подножия холма, возможно прибирая к себе и среднего брата семьи золотых роз. Где шатался Мейс Тирелл был не узнать, но судя по комплекции из верховного лорда Простора вряд ли бы вышел хороший боец.
Удар за ударом Эдмунд держал натиск разгорячённого Рыцаря Цветов. Даже не смотря на возраст мальчишка оказался серьёзным противником. Его уровень не дотягивал до того же рыцаря Долины, но всё же просторскому принцу было ощутимо трудно вести сражение. Где не мог взять умением, юноша брал яростью и злобой, вкладывая эмоции в каждый удар. Из истинного упрямства и благородства Гарденер не стал уничтожать дерзкого мальчишку собственной магией. В конце концов не каждый из его противников был достоин подобного уважения. И плевать было ему на ориентацию юнца, когда талант и умение были видны невооружённым глазом.
Горячий пот стал застилать лицо Эдмунда. Клинок в руке начал подрагивать, но противник не показывал признаком усталости. Где-то совсем рядом с ним упало
