В период Первой мировой войны к проблемам борьбы с оппозицией, а именно радикально настроенные политики представляли наибольшую опасность для Российской империи, добавились «борьба с темными силами» – Григорием Распутиным и его окружением, многие не без оснований предполагали, что в окружении «старца» находятся германские шпионы.
Начнем с противодействия оппозиции – режим утратил контроль над происходящими процессами, и даже многочисленные предательства сотрудников Департамента полиции воспринимались как обычное происшествие.
И проблема была не только в материальном факторе или жажде месте, как это было в предыдущие годы, порой «безнравственный характер многих операций ставил перед диссидентами дилемму: выполняя гражданский долг, они нарушали корпоративную солидарность; сохраняя верность тайной полиции, они становились соучастниками ее преступных деяний»[527].
А вот текст одной из многочисленных докладных записок, поданных на имя директора Департамента полиции в январе 1916 г.:
«Ваше превосходительство!
Вы удивляетесь, что секреты Департамента полиции являются достоянием публики, а дело очень простое: находящиеся на службе в Департаменте полиции писцы и чиновники постыдным образом продают эти тайны. Удачно удален Зыбин, теперь не мешало бы заглянуть в действия Крылова, последователя некогда уволенного Циппа. Крылов (старший) во всех отделах ДП имеет своего человека, если же дело касается другого учреждения, то составляет подложные документы и является как уполномоченный ДП, путается с жидами, не имеющими прав на жительство в столице, сообщая им секретные циркуляры...»[528]
После начала беспорядков, в отличие от волнений 1905 г., полиция полностью утратила контроль над ситуацией. По свидетельству членов Чрезвычайной следственной комиссии, которая должна была расследовать преступные деяния царских министров и высших должностных лиц, сотрудники Особого отдела Департамента полиции даже не пытались организовать уничтожение секретных архивов.
В Париже последний заведующий агентурой Департамента полиции опечатал помещения, распустил сотрудников и срочно выехал в столицу Российской империи.
Вот что происходило в Петрограде и в Москве в первые дни Февральской революции.
27 февраля 1917 г. дом 16 на Фонтанке – здание Департамента полиции – подвергся нападению одним из первых. «Все сотрудники, находившиеся в здании и понимавшие, что связь с тайной полицией ставит их в крайне уязвимое положение, в страхе разбежались, не оказав сопротивления. Тогда толпа нападавших беспрепятственно растеклась по кабинетам Департамента полиции, и в конце концов была обнаружена святая святых охранки.Наспех порывшись в папках, они схватили те, что показались им самыми важными, вынесли их во двор и подожгли. Сохранилось, однако, достаточно документов, свидетельствующих, с каким размахом охранка использовала секретных агентов, осведомителей и провокаторов в политическом розыске на протяжении последних лет перед крушением Российской империи».
«Московское охранное отделение было захвачено немного позднее, причем какие-то вооруженные люди на автомобилях подожгли его архивы. До сих пор остается неизвестным, было ли это сделано в пылу революционного энтузиазма или явилось продуманной акцией тех, кому было чего опасаться, если бы полицейские досье сохранились в неприкосновености»[529].
Кроме борьбы с оппозицией, МВД проводило и контрразведывательные операции. О них рассказано в соответствующей главе данной книги. Здесь укажем еще пару эпизодов. Так, Особый отдел Департамента полиции сообщил в 1916 г., что в Варшаве создана школа по подготовке малолетних (10–12 лет) шпионов.
В качестве другого предупреждения Департамент полиции сообщил всем заинтересованным ведомствам, что «очень большое внимание кайзеровская разведка уделяет вербовке чиновников среди русских офицеров и чиновников различных штабов и управлений»[530].
Еще одним успехом Департамента полиции можно назвать разоблачение немецкой резидентуры в Новороссийске в 1915 г.[531].
В 1915 г. арестовано по подозрению в военном шпионаже 29 человек[532].
Была предпринята попытка задействовать Заграничную агентуру Департамента полиции в мероприятиях военной контрразведки. Красильников (глава Заграничной агентуры Департамента полиции) завел своих собственных агентов, специально отдавшихся военному шпионажу, но, кроме того, привлек к этому делу и агентов Заграничной агентуры – постоянных своих сотрудников, как французов (Бинту и Самбен), так и русских секретных сотрудников. Такое «смешение» двух различных «ремесел» не только не принесло пользу делу военной контрразведки, но даже, думается, повлекло весьма печальные последствия[533].
Так попытка использования «двойных агентов» – Литвинова и Долина – окончилась неудачей. Они не смогли выявить немецкую агентуру в России, предотвратить диверсию на дредноуте «Мария», и немцы не верили им[534].
Более успешно занимались контрразведкой французские граждане Бинту и Самбена. В частности, был организован «контршпионаж» в Скандинавии – были зафиксированы контакты министра внутренних дел Протопопова и немецкого министра, разоблачили нескольких агентов и сообщили о незаконной торговле русскими кредитными рублями, организованной при содействии некоторых русских чиновников[535].
У Департамента полиции не все было так плохо. Например, прообраз современной спецбиблиотеки успешно выполнял свои функции до 1917 г.
Каждый год в Департаменте полиции готовились «Обзоры», освещающие революционное движение за прошедший год. Ни один из «Обзоров» так и не был опубликован целиком или частично «ни в обычной, ни в «подпольной», ни в заграничной» прессе. Только после падения царского режима появилась возможность опубликовать эти документы[536].
А книга генерал-полковника Отдельного корпуса жандармов Александра Спиридовича[537] «Революционное движение в России», изданная Департаментом полиции в 1916 г. мизерным тиражом для библиотеки Жандармского управления, так и осталась доступной узкому кругу сотрудников департамента[538].
Департамент полиции оказался заложником системы. С одной стороны предпринимались попытки проводить контрразведывательные мероприятия, бороться с внутренними «диссидентами», с другой – апатия и обреченность.
Глава 25
Бессилие спецслужб Российской империи: убийство Григория Распутина
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
