разума. Просто оболочка.
— Я ПОДСОБЛЮ! АХАХ!.. — перед мордой тануки начало образовываться огромное воздушное ядро, что по своей мощности могло посоперничать с легендарной бомбой биджу.
У скорпиона не было шансов. Дзюцу, почти вплотную выпущенное из пасти Однохвостого, создало ударную волну, что разметало сокровища, большую часть из них попросту уничтожив.
Гаара почувствовал, как плоть поддалась — и он разорвал скорпиона на части, очередное воздушное ядро — уничтожило его остатки.
— Это конец? — спросил Гаара.
Когда дым и пыль от техники опустились, дыхание джинчурики перехватило.
Перед ним гордо стоял рослый накачанный мужчина с бронзовой кожей, покрытой татуировками. Браслеты на мощных предплечьях и поножи были из золота. На пальцах одной руки можно заметить перстни. На лице короткая стильная бородка, а голова…
— ЛЫСЫЙ! — завопил в подсознании безумный голос тануки. — ЛЫСЫЙ! А-А-А-А! УБЬЮ! УБЬЮ!..
В фоне эмоций у биджу явственно сквозил страх, несмотря на браваду по поводу убийства. Хвостатый однозначно дрожал от ужаса, даже покров биджу начал сбоить, то и дело осыпаясь песком. Но он упорно продолжал кричать об убийстве. А также неконтролируемо пустил ещё больше неудержимой энергии в тело джинчурики.
Гаара ощутил, как его каналы начали плавиться от пропускаемой через них мощи. И с силой сжал зубы, кроша эмаль, чтобы подавить жгучую боль, идущую изнутри.
Фигура Шукаку начала обрастать всё большим количеством песка, увеличивая размеры биджу.
Однако лицо незнакомца прорезала снисходительная улыбка, а глаза загорелись золотом.
Внезапно Гаара обнаружил себя в подсознании — в бескрайней тёмной пустыне, где всегда царила беззвёздная ночь. Напротив него сидел, дрожа, Однохвостый, а рядом с ним…
— Как это? — не мог понять Гаара.
Мужчина прошептал какие-то слова на незнакомом языке, с его пальцев слетели золотые символы, что тотчас устремлялись в биджу, подавляя его и всё больше заставляя скулить и дрожать от страха. Волны золотого песка сформировались в огромную пирамиду, что заключили Однохвостого демона в тюрьму.
Всё это длилось не более пары вздохов. Когда мужчина закончил, биджу оказался заточен в правильной золотой пирамиде, оплетённой антрацитовыми символами, как татуировками. Эмоциональный фон Однохвостого, как и его чакра, стали для Гаары более недоступными.
По телу пробежал озноб. «Он полностью запечатал биджу? Причём с такой лёгкостью?..» — Из подсознания его также быстро выкинуло, как и втянуло.
Гаара упал вниз, на мгновение потеряв контроль над песком. Впрочем, быстро сориентировавшись, он вернул управление, чтобы хоть как-то защититься от мумии… впрочем, для мумии этот парень сохранился чертовски хорошо.
Песчаные колья, что полетели во врага, застыли в десятках сантиметрах перед ним, затем лишь осыпались безобидным и более не подконтрольным Гааре песком. Вторая атака из кинжалов так же не привела ни к чему, как и попытка сформировать мощный Песчаный Гроб на остатках чакры.
Усилия Гаары пропали втуне. Вокруг лысого мужчины будто появлялся незримый барьер, что полностью отменял все действия песка.
Подойдя к джинчурики, незнакомец вперил в него пронзительный взгляд неизвестного сияющего золотым светом додзюцу, которое, казалось, заглядывает в саму душу, выявляя все самые грязные секреты. Он навис над Гаарой, как скала. Нет. Как СКАЛА!
Ростом лысый оказался в два с половиной метра. Под бронзовой кожей перекатывались огромные бугры мышц. На шее висел округлый золотой медальон. Несмотря на чрезвычайно грозный вид, его лицо некоторое время не выражало ничего, но потом его бровь поползла вверх, будто он увидел что-то неожиданное.
Гаара готов был поклясться, что столь выразительного движения бровей он не видел ни разу в жизни. Впрочем, уже через мгновение лицо лысого вновь стало напоминать скульптуру.
Деактивировав свои глаза, он без слов направился к золотому трону, что в отличие от прочих драгоценностей всё ещё величественно стоял на месте, несмотря на все разрушения гробницы.
Гаара, пошатываясь, поднялся на ноги. Чакроканалы болели. Тело по ощущениям будто прокрутили через мясорубку. Пожалуй, это первый раз, когда он пропустил через себя столько чакры биджу. И всё тщетно. «Мумия» перед ним смог подавить хвостатого при помощи неизвестного фуиндзюцу в считанные мгновения.
Он не понимал, почему лысый монстр всё ещё не прикончил его. Кто этот парень такой? Он какой-то каге прошлого, что нашёл способ продлить жизнь?
Мужчина уселся на трон, немигающим взором уставившись на Гаару.
— Ты пришёл сюда за силой, — вдруг сказал он. Его басистый голос оказался властным и могучим, словно рокот пустынных ветров.
— Э… Чего? — не понял Гаара. То, что незнакомец вдруг заговорил, стало для него неожиданностью.
— Ты хотел подписать договор с призывным зверем.
Сердце застучало быстрее. В душе зародилась надежда. Неужели он сможет подписать контракт с этим парнем? Но он ведь никакой не зверь. Возможно ли заключать контракты с другими людьми, чтобы в случае нужды вызывать их из миров призыва?
Гаара такого никогда не слышал. Он хотел задать вопрос, откуда лысый каге об этом узнал, но его тут же огорошили новостью:
— Забудь об этом. Подписать контракт со мной у тебя не выйдет.
— Это… почему? — вырвалось у Гаары. — Потому, что вы не зверь?
— Нет. Не по этому. С текущим уровнем, даже если ты задействуешь все запасы энергии демона внутри — тебе не хватит на это сил.
Невозможно… стоп, с текущим уровнем?
Значит ли это, что он сможет это сделать в будущем?
Он с надеждой посмотрел в глаза этого монстра с бронзовой кожей. Но его взгляд оставался безучастным. Кто это вообще такой? Гаара обычно не особо задумывался над культурой поведения и этикетом, но перед столь сильным человеком, хочешь не хочешь, а придётся вести себя уважительно.
Значит, перед тем, как узнать его имя, нужно самому представиться.
— Меня зовут…
— Можешь не утруждаться, — перебил его мужчина. — Мне без разницы, как тебя зовут.
«Чёрт, этот парень слишком грубый», — мелькнуло у джинчурики.
Гаара тоже не стал разводить политесы:
— Кто вы?
— Моё имя тебе ничего не даст, а прозвищ у меня много. Слишком много, чтобы называть их все.
С каждым ответом бронзового гиганта, Гаара ощущал себя всё никчёмней и никчёмней в качестве переговорщика. Но учитывая тот факт, что бой
