Думала ли она год назад, какой станет ее жизнь? По щеке скатилась слеза. Год назад она по-прежнему надеялась, что Матвей изменится. Спустя еще год благодарна ему за его неизменение. За то, что такие не меняются, и за ее путь, который помог это понять. Слезы текли по лицу. Она вспомнила, как написала третью книгу и проходила путь ожидания. Тогда казалось, что она идет по тонкому льду между сумасшествием и нормальностью и этот лед вот-вот треснет. Вспомнила, как сомневалась и даже в какой-то момент была уверена, что все себе придумала.
А сегодня, встречая рассвет в Венеции, наслаждаясь прикосновениями и присутствием Егора, она переживала бескрайнее, бесконечное, беспрерывное чувство настоящей, взаимной любви. Любви, к которой шла всю жизнь. Любви, которая несет спокойствие, потому что в ней есть доверие, уважение и забота. Любви, которую может испытать каждый, если научится делать выбор из света.
Каждый день мы делаем выбор, который определяет нашу судьбу. Мы способны на многое, и все ответы внутри. Главное, с чего начинаются изменения, – искренность с самим собой. Главная борьба на пути к своей судьбе – борьба с самим собой. Но прежде предстоит путь познания своих страхов и управления ими.
Благодарность пульсировала в душе, наполняя каждую клетку золотым светом. В мыслях Анны рождались слова. Текст, несущий важное послание. Слезы текли по лицу. Сквозь них Анна видела яркие краски Венеции. Точка полной материализации.
Балконная дверь приоткрылась. На пороге появился Егор:
– Встречаешь рассвет?
Она кивнула. Силуэт исчез. Анна глубоко вздохнула и смахнула слезы. Через минуту Егор появился вновь в таком же махровом халате, как на ней.
– Можно к тебе?
– Что за вопрос? – удивилась она и подвинулась, чтобы он мог присесть рядом.
Егор обнял ее и прижал к себе. Солнце поднималось над крышами домов.
– Давно проснулась?
– Я не спала.
– Почему?
– Думала. Молилась. Благодарила. Понимала.
– И что поняла?
– Я напишу послание читателю от первого лица. Оно станет финалом третьей книги.
– Интересная мысль.
– Да, в эти три дня в Венеции.
– Это символично, – Егор нежно поцеловал ее в висок.
– Я люблю тебя, – тихо сказала она.
– Ты прочитала мои мысли, – он прижал ее сильнее вместо слов любви. – Что у тебя там в кармане? Упирается мне прямо в бедро. Ручка?
Быстрым движением достал содержимое левого кармана. Анна видела, что на его лице сменился спектр эмоций: удивление, непонимание, понимание, замешательство. Он смотрел на тест.
– Тут две полоски. Что это значит?
– Две полоски означают, что у нас будет ребенок, – спокойно ответила она. Сказала об этом без эмоций. Словно давно знала результат.
Егор пристально смотрел. Анна видела, что его глаза наполняются каким-то новым светом и еще слезами. Чувствовала, что на ее глазах тоже выступают слезы. Оба молчали. Что-то менялось в них в это мгновение. Их чувства переживали трансформацию. Из двух единиц они становились целым. Чем-то другим. К этому взгляду и ощущению не нужны слова. То, что происходило между ними, намного больше: энергия света, энергия выполненного предназначения.
* * *
Анна поцеловала его в губы.
– Егор, я больше не могу. Мне нужно перенести текст завершающего письма в компьютер, – попросила отпустить ее она.
– Сколько времени тебе нужно?
– Минимум два часа.
– Ладно, придумаю, чем заняться.
Анна благодарно улыбнулась: он всегда отпускал ее в творчество. Скрепя сердце, но все равно отпускал. Взяла ноутбук и направилась на балкон. Егор молча наблюдал. Она открывала стеклянную дверь, когда услышала вопрос:
– Аня, я все время хочу спросить: а что написано в той части «Вознаграждения», которую я не читал?
Обернулась и внимательно посмотрела. Сможет ли он понять? Ведь можно сказать, что она написала только кусок до сцены на Мальдивах. А может, наоборот, именно сегодня самое время. Она вернулась к столу. Взяла планшет и вошла в почтовый ящик. Нашла свое письмо трехмесячной давности, открыла текстовый файл и протянула гаджет Егору:
– Вот полный текст.
Он довольно улыбнулся:
– Теперь мне есть чем заняться.
* * *
Анна смотрела на Гранд-канал. Письмо читателю стало самой эмоциональной частью трилогии. Слезы текли без остановки. Она никак не могла совладать с собой. Но Анна написала то, что хотела. После таких волнующих моментов всегда возникает состояние отчужденности. «Вознаграждение» закончено. Трилогия «Жить жизнь» дописана. Еще год назад Анна была убеждена, что для этого ей понадобится три года. Оказалось, что два. Этот день в Венеции замкнул круг. Она еще не понимала, что дальше. Какой станет жизнь после завершения серии? О чем писать потом? И как это будет?
Дверь приоткрылась. Егор сел в кресло. Анна видела, что он обескуражен. Он молчал – только смотрел в глаза. Их взгляд длился минуты. В этом разговоре слова не нужны. Анна подошла и села к нему на колени. Егор положил голову ей на плечо. Она чувствовала его теплое дыхание на коже. Гладила его шелковистые волосы. Она ждала, когда он примет произошедшее.
– На каком моменте ты закончишь «Вознаграждение»? – тихо спросил он.
– На письме, – так же тихо ответила она.
– А продолжение не войдет в книгу?
– Зачем публиковать то, что еще не сбылось? – спокойно ответила Анна.
– А ты планируешь показать то, что описала ранее? Выделить другим шрифтом?
Отодвинулась и посмотрела ему в лицо:
– Я много об этом думала. Если выделять шрифтом, читать книгу будет некомфортно.
– Согласен. Слишком большой объем.
– Я напишу вторую часть книги, «Код: Вознаграждение», которая покажет путь и то, что стало реальностью до нашего знакомства.
Егор внимательно слушал. Анна замолчала. Он долго не сводил с нее глаз:
– Аня, ты понимаешь, что ты сделала?
Она лишь кивнула.
– Ты показала миру способ материализации желаемого. Ты осознаешь, что все, что ты написала о нас, сбылось?!! – в его голосе звучал спектр эмоций. – Сбылось на сто процентов! Дословно! И даже имя! При этом я, прочитав половину книги, все равно шел по тому сценарию, который ты написала до встречи со мной. Как?
– Я не знаю, – тихо ответила она.
* * *
Двери зала прибытия открылись. Анна всматривалась в толпу, ища Вику. Но взгляд вначале уперся в Галу. Ее трудно пропустить: высокая жгучая брюнетка с завязанным хвостом и накрашенными яркой помадой губами. «Гала? Странно. Что она здесь делает?» Миниатюрная Вика стояла рядом – в зеленом платье и очках с деревянной оправой. На лице у обеих Анна прочитала беспокойство. «Может, что-то случилось?» Улыбнулась и направилась к ним. Крепкие дружеские объятия и поцелуи закончились, и Анна озвучила свою мысль:
– Что случилось? Что за лица?
Они выходили из аэропорта.
– Это ты нам скажи, что случилось?! – вопросом ответила Гала.
Подруги подходили к машине. Ярко-алый автомобиль в лучах июльского солнца стал самым ярким пятном на парковке.
– А-а-а! Девочка! Евочка моя! – Анна всегда придумывала своим машинам имена: ее предыдущий джип звали Сара, эту она назвала Ева, а машина в Нью-Йорке стала Эввой. – Как же я соскучилась! Я сяду за руль!
– Не дам, – капризно сказала Вика. – Зачем тебе за руль? У тебя в Нью-Йорке такая же!
– Не-а, – не согласилась Анна. – У каждой свой характер. Ева очень динамичная и быстрая. А Эвва другая – она размеренная. Хотя лошадей в ней больше.
– Согласна, – подтвердила Вика. – Вот у моего машина точно как он.
– Вас надо лечить! – вынесла вердикт Гала.
Они погрузили большой чемодан в багажник и расселись на сиденьях.
– Так что случилось? – повторила вопрос Гала.
– С чего вы решили, что что-то случилось? Все замечательно. Путешествие прошло прекрасно. Девочки, вы не представляете, в каких красивых местах мы побывали. Вчера провели презентацию в Риме. Я же выставляла фотографии… Егор посадил меня в самолет, а сам остался: у него вылет через пять часов после моего.
