с валдайскими колокольчиками, — упрямо настаивал на своем Григорий Алексеевич.
— Бать, ты не прав! Еще бы предложил на телеге венчаться ехать, — гудел Алексей.
— Федька, да кто нам разрешит?! — воскликнул Вячеслав.
— А мы и спрашивать не будем, — запальчиво отозвался младший из братьев.
— Хочешь шкипера под штраф подвести? — урезонивал Федора старший.
— Что за шум? — не выдержал я этого гвалта.
Трефиловы умолкли и дружно уставились на меня. Вздохнув, я потер лоб ладонью:
— Итак, поведаете мне, о чем вы так рьяно спорите?
— О поездке в храм, — куда тише, чем говорил до этого, ответил будущий тесть. — По нашим традициям жениха и невесту на венчание должен доставить свадебный поезд. Народу у нас немного, потому и предлагаю составить поезд из трех ландо, запряженных тройками. Красиво же будет!
— А я говорю, на «Мурене» лететь нужно! — вновь разгорячился Федор. — Ну кто еще похвастаться может, что на венчание в храм прибыл на яхте?!
— Штраф, — рявкнул Вячеслав.
— Да и что? — мотнул головой Федька. — Подумаешь, десяток венедок заплатить придется. Наем рыдванов с кучерами дороже встанет. Или ты умеешь лошадьми править, а, братишка?
— Стоп! — Я поднял руки вверх, и распалившиеся братья умолкли. — Никаких полетов на «Мурене» над Меллингом. Никаких троек с бубенцами. Я уже нанял мобили с шоферами, они прибудут утром в день свадьбы. Так что эту тему можно считать закрытой. А сейчас, братцы-матросы… у вас что, нет никаких дел? Так я найду! Да, Григорий Алексеевич, там в окне, случаем, Марфа Васильевна не вам рукой машет?
На этом спор и утих. Не сказать, что мужская часть семьи Трефиловых была довольна моим демаршем, но высказываться по этому поводу никто не торопился. А после поездки в храм на четырех огромных, глянцево сияющих черными боками и надраенным хромом мобилях ни о какой критике моего решения у них и мысли не возникло.
Венчание в церкви заняло куда меньше времени, чем я думал. Управились меньше чем за час… или мне так показалось? Честно говоря, не помню. Что по дороге к храму, что у алтаря я больше любовался невестой, и ни до чего иного мне дела не было. Учитывая же, что я никогда не был особенно религиозен и даже в том мире посещал родовую церковь Громовых, лишь когда мне не оставляли иного выбора… в общем, думается мне, что присутствие рядом светящейся от счастья Алены спасло меня от непременной скуки.
А вот пир удался на славу. Как и предсказывала Алена, круг наших гостей оказался невелик. С моей стороны был Клаус со своей смешливой подругой Лоттой, этакой задорной пышечкой, выстреливающей по доброй тысяче слов в минуту, и все на немецком языке. Аленка пригласила пару невесть как образовавшихся у нее за время пребывания в Меллинге подружек, явившихся на праздник под руку с ухажерами, в одном из которых я с удивлением узнал знакомого портового чиновника. Да и братья Трефиловы прибыли на пир со знакомыми девицами, тут же защебетавшими о чем-то своем в компании Аленкиных подруг. Ну, я и не сомневался, что они друг друга знают. Меллинг хоть и разросся с некоторых пор, но до размеров того же Новгорода или Стекольны ему еще ой как далеко, а значит, нет ничего удивительного в том, что местные жители знают друг друга если не лично, то через общих знакомых или родственников точно.
Гуляли долго и с удовольствием. Даже непонятные мне свадебные традиции и приметы, которых оказалось куда больше, чем можно было бы себе представить, не смогли испортить нам с Аленкой настроения, хотя споры из-за них за столом поднимались нешуточные. Оно и понятно. Несмотря на то что подавляющее большинство присутствовавших на свадьбе — православные христиане, у них этих самых примет и традиций, по-моему, в каждой деревне по сотне, и все разные. У нас же на пиру собрались и жители Венда, и выходцы из Новгорода и Твери… ну как тут не сравнить и не поспорить? А нам с Аленой — хлебай. Эх…
Из Меллинга мы вылетали под мой долгий и облегченный выдох. А что? Свадьбу отгуляли… за три дня! Родителей жены проводили, посадили на поезд и помахали вслед платочком, братьев-матросов из кутузки вытащили даже без штрафа, за что спасибо тому самому портовому чиновнику, что был на пиру и за которого на второй день гульбы, уже в городе, братья заступились, намяв бока каким-то идиотам, при виде чиновника с чего-то полезшим в амбицию. Как там дело было и с чего вдруг матросы каботажной «селедки» взъелись на отдыхавшего в компании Трефиловых портового служащего, я не в курсе. Мы с Аленой в это время наслаждались друг другом в лучшем из номеров самой дорогой гостиницы Меллинга, и нам было совсем не до приключений.
Как бы то ни было, к отлету братья были на борту «Мурены», довольные, трезвые, свежие, в чистой форме… и подсвечивающие себе дорогу солидными бланшами. Тогда же они и поведали о перипетиях своего отдыха, но кратко и без подробностей. Да и черт бы с ними. Я был настолько рад окончанию свадебной суматохи и настолько доволен прошедшей ночью, что только рукой махнул и отдал приказ готовиться к подъему.
Предупреждение о расчетном времени прибытия в Шотландию мы отправили эрлу Морею, когда Меллинг скрылся из виду, а небеса уже были залиты чернилами, сверкающими блестками по-летнему ярких, близких, но по-прежнему недостижимых звезд.
Ответ от Алистера пришел спустя еще час, и до того уютно устроившаяся у меня на коленях Алена переместилась к штурманскому столу, чтобы отметить на карте назначенную эрлом точку встречи, где нас должен был дожидаться ял лоцмана. Оно и к лучшему. С толковым проводником будет куда проще добраться до нужного нам замка и отпадет необходимость расспрашивать о маршруте в каком-нибудь из портов Альбы, тем более что есть риск нужной информации просто не получить. Это ведь только кажется, что Шотландия маленькая. Замков и мыз там не меньше, чем в том же рейхе, и метаться между ними в поисках нужного — дело неблагодарное. Нет, длинный язык, он, конечно, до Киева доведет, вопрос лишь когда.
Рисковать и идти в Альбу напрямик, через Германию, я не хотел, и потому маршрут наш был проложен так, чтобы обогнуть земли надменных тевтонов. Кругаля, конечно, пришлось дать порядочного, но в бывших владениях австрийцев таможни, по-моему, вообще нет, а Итальянские княжества и Французская империя, по крайней мере, в своей континентальной части к иностранным судам относятся куда лояльнее, и плевать им на порт приписки гостя. Главное, чтобы
