победителей и настраивая их на продолжение военных действий.
А ответил наглецу Тумбс. Он играл главную партию на переговорах, я же, по заранее обговоренной стратегии, должен был вмешиваться лишь в случае обострений или особо ключевых моментах. С моей точки зрения ключевых.
– Соединённые Штаты Америки хотят продолжить войну? Конфедерация готова, в том числе и прибавить к списку захваченных у вас земель территорию Вашингтон, лишив вас выхода к западному побережью окончательно. Ещё есть штаты Мэриленд – часть которого уже нами занята – и Делавэр. Немалая часть населения этих мест сильно обижена на их законного президента, Авраама Линкольна. Он ведь разорил или приблизил к разорению многих уважаемых людей, освободив рабов и не дав их хозяевам никакой достойной компенсации. Я думаю, если даже провести там что-то вроде выборов, то их результат не понравится ни вам, ни вашему президенту. Это самые напрашивающиеся шаги при продолжении военных действий.
Правильно, Роберт! Мордой его да в вонючую лужу, как напрудившего посреди кабинета лопоухого щенка. И это вовсе не демарш, а вполне естественное вразумление чересчур много возомнившего о себе представителя государства, которое с треском проиграло войну, сдав даже собственную столицу в дополнение ко всем остальным неудачам.
– Не будем обострять ситуацию, – примиряюще улыбнулся Пальмерстон. – Мистер Сьюард немного погорячился, излагая позицию Соединённых Штатов. Это было их желание. Но оно, увы, им и останется.
– Показывает отношение Британии к своим новым союзникам, – недовольным шёпотом поделился мнением Тумбс. – Но даже британский премьер-министр понимает, что эти требования смешны.
– Все всё понимают. Только Сьюард надеется не пойми на что. И США уже не союзник, а вассал. Пока де-факто, но наверняка скоро станут и де-юре. Альбионцы, не просто так получившие прозвище «коварные», знают, как эти афёры проворачивать.
– Нельзя исключать…. О, что-то интересное, Виктор. Послушаем.
И верно, вместо Пальмерстона начал говорить Эдуар-Антуан Тувнель, напоминая о том, что Франция тут тоже не просто так присутствует. И он предлагал нам, представителям Конфедерации, в знак доброй воли отказаться от части претензий, тем самым усиливая претензии на оставшуюся часть. Конечно, это было озвучено в весьма элегантных формах, но суть всё едино оставалась неизменной.
– Хорошо. Пусть будет так, – изображая на лице вселенскую скорбь, откликнулся Тумбс. – Войска Конфедерации покинут Вашингтон и земли по ту сторону реки Потомак. Река – неплохая граница между нашими странами на этом участке. Но взамен пусть госсекретарь Сьюард прекратит изображать падающую в обморок юную леди при одном упоминании о компенсации за то, что мы освобождаем негров. В конце концов, именно это провозгласил чуть ли не важнейшей целью войны его же президент! Или Авраам Линкольн готов прилюдно дезавуировать собственные слова, признав, что весь его путь политика был пропитан ложью с самого начала?
Ещё один щелчок по носу. Унизительный, показательный, вытаскивающий наружу то, о чём все знали, но не говорили открыто. Даже Горчаков, явно не питающий, в отличие от своего императора, симпатии к Конфедерации, не удержался от замечания:
– Неприятность обещаний, даваемых народу, состоит в том, что иногда их приходится исполнять. Уважаемый мистер Линкольн слишком громко заявил о своём крестовом походе во имя освобождения рабов. В глазах всей Европы предложение Конфедерации будет воспринято как уступка, готовность избежать демонстративного унижения побеждённых. Не контрибуция, а компенсация за потерю столь ценного… ресурса. Тут вам, мистер Сьюард, можно торговаться лишь о цене, но не о самой оплате.
– Или обменять на часть земель, – это уже лорд Пальмерстон вновь напомнил о важности своего мнения.
Понявший, что тут не выкрутиться, госсекретарь США стал пытаться обменять готовность заплатить на возвращение Орегона, Западной Виргинии и, само собой разумеется, Нью-Йорка. Но и тут пришлось его довольно жёстко обламывать, параллельно отбиваясь от серьёзного давления Пальмерстона, осторожного воздействия Тувнеля и почти незаметных попыток поддержки последнего Горчаковым.
В конце концов, пришлось бросить им Западную Виргинию по принципу «на, и отвяжись». И сразу прекратились нападки по поводу Орегона. Зато в Нью-Йорк делегация США вцепилась как бы не крепче, чем запойный пьяница в утреннюю сильнопохмельную пору в полную бутылку виски. Попытки соблазнить увеличением сроков выплат за освобождение негров мало что дала. Пришлось пойти на шаг, использовавшийся на приснопамятном Парижском конгрессе. Да-да, объявить о нейтрализации Нью-Йорка в плане уничтожения береговых фортов и о невозможности захода туда военных кораблей Конфедерации. Плюс в качестве гарнизонов только обычные военные со стрелковым оружием, да и то в довольно ограниченном количестве. Таким образом ликвидировалась действительно опасная угроза, а именно возможность использования Нью-Йорка в качестве плацдарма для броска на континент.
Вот на это, пусть и с жутким скрипом, Сьюард вынужден был согласиться. Правда, лишь после откровенных намёков лорда Пальмерстона о желательности подобного шага. Коварный альбионец хорошо понимал, что нынешнее руководство Конфедерации ни за что не выпустит из своих загребущих лап столь важных торговый узел и морские ворота на континент. Не единственные, само собой, но одни из ключевых. Британия бы такой кусок из пасти точно не выпустила.
А на следующий день начались торги по поводу размера контрибуции. Ох, извините! По сумме выкупа рабов у Конфедерации – именно так это обозначалось в готовящемся мирном договоре, который давал Линкольну возможность хоть как-то сохранить лицо. Не перед умными людьми, а перед широкими аболиционистскими массами.
Торговались прямо как цыгане на лошадиной ярмарке, причём британская делегация, равно как и французская, всеми силами пытались сбить цену. Про штатовцев я и не говорю. Для них это был совсем уж важный вопрос, особенно учитывая печальное состояние их экономики, которая лишилась большей части довоенных поступлений.
Результат? Срок выплаты увеличили с первоначальных восьми лет до четырнадцати. Против этого лично я особо не возражал и сопротивлялся более для виду, хотя Тумбс сражался от души, считая, что деньги из пасти врага стоит выдёргивать незамедлительно. Ну, да тут у каждого свои представления, в чём-то даже правые. И сумма, к большому сожалению для министерства финансов, снизилась с тысячи долларов золотом за голову до восьмисот сорока. К тому же мы обязаны были представить численность рабов именно в нынешнее время, причём данные должны были быть подтверждены независимыми наблюдателями из той же Британии и Франции. Понимаю, вполне разумная страховка. Ведь популяция имеет обыкновение увеличиваться.
Плевать, и так было более чем неплохо. Особенно учитывая то, что мне удалось продавить один интересный нюанс, касаемый жителей Мэриленда и Делавэра. Для тех из них, кто после всего случившегося пожелает перебраться в Конфедерацию, должна быть реализована программа выкупа всего имущества правительством США. Причём не по демпинговым ценам послевоенного времени,
