сверточком с подручными средствами и брошюркой, описывающей, как ими пользоваться, если уж вам настолько приспичило.
Прочие аварийные запасы оказались того же высокого стандарта.
Неподалеку от кресла пилота нашлась двухлитровая канистра с водой, почти полная, — и все. Впрочем, опасаться смерти от жажды не приходилось, поскольку запаса воздуха не оказалось вовсе, и смерть от удушья все равно грозила нам гораздо раньше. Очиститель воздуха не работал, зато в нем имелось гнездо для рычага, при помощи которого можно было качать воздух вручную. Да вот незадача — самого рычага почему-то не оказалось. Запас пищи? Вы что, смеетесь? Но у Гвен в сумочке отыскалась плитка шоколада, и мы разделили ее на три части. Вкуснятина!
Скафандры и шлемы занимали большую часть грузового отделения за пассажирскими креслами — по четыре, как и полагается. Они оказались военными аварийными моделями и все еще в заводской упаковке. На каждом картонном ящике красовалось название фирмы («Мишелин», S.A.) и стояла дата выпуска (двадцать девять лет назад).
Если позабыть, что за это время из пластиков и эластомеров — то бишь шлангов, прокладок и прочего — улетучились пластификаторы, а некий остряк-самоучка не удосужился снабдить их баллонами с воздухом, то вид у скафандров был просто щегольский. Для бал-маскарада.
Однако выбирать нам не приходилось, и я мысленно приготовился вверить свою жизнь одному их этих шутовских нарядов минут на пять. А то и на целых десять, если альтернативой станет необходимость подышать вакуумом.
Но если бы мне предложили или надеть скафандр, или помериться силами с медведем гризли, я, не раздумывая, завопил бы:
— Подавайте сюда вашего медведя!
* * *
Нас вызвал капитан Мэрси и сообщил, что наши координаты, судя по сделанному спутником снимку, — тридцать пять градусов и семнадцать минут северной широты и четырнадцать градусов семь минут западной долготы.
— Я уведомил о вас поселения «Иссохшие кости» и «Сломанный нос» — они к вам ближе всех. Удачи.
Я попытался выжать из компьютера телефонный справочник Луны. Он продолжал валять дурака — я не смог заставить его выдать содержимое даже собственного диска. Тогда я подбросил ему пару простеньких задачек, и он принялся настаивать, что 22=3, 99999999999999… Когда же я попытался заставить его признать, что 4=22, он очень рассердился и заявил, что 4=3, 1415925635897932384626433832795028419716939937511… И я сдался.
Я оставил одиннадцатый канал включенным на полную мощность и спустился с потолка. Гвен успела переодеться в голубое облегающее платье, дополнив его огненно-алым шарфиком. Вид у нее был весьма привлекательный.
— Милая, — заметил я, — я полагал, что все твои наряды остались в Голден Руле.
— Я успела кое-что сунуть в маленький чемодан, когда мы решили бросить багаж. Я не смогу притворяться японкой, умывшись… полагаю, ты уже заметил, что я так и поступила.
— Заметил. Только не очень старалась — особенно когда мыла уши.
— Вот привереда! Я лишь смочила платочек водой из нашего драгоценного запаса. Любимый, я не смогла прихватить для тебя костюмчик для сафари или нечто в этом роде. Но чистые шорты и пара носков найдутся.
— Гвен, ты не только полезна, ты еще и эффективна.
— Ах, «полезна»!
— Весьма, дорогая. Именно поэтому я на тебе женился.
— Вот даже как! Ну, погоди, когда я оценю степень оскорбления и предъявлю счет, ты будешь платить… и платить… и платить, платить, платить!
Конец нашей семейной сцене положил голос из динамика:
— «Вольво» Би-Джей-семнадцать, это вы передавали просьбу о помощи?
Прием.
— Да, именно мы.
— Я Джинкс Гендерсон, «Служба счастливого спасения» поселения «Иссохшие кости». В чем вы нуждаетесь?
Я описал ситуацию и сообщил наши координаты.
— Вы раздобыли этот хлам в «Баджете», верно? — спросил Гендерсон. — Тогда мне ясно, что вы его не арендовали, а фактически купили, заключив с ними контракт о выкупе после окончания срока найма — я этих ворюг знаю.
Юридически вы сейчас его владелец. Я прав?
Я признал, что по документам владелец космокара — я.
— Собираетесь взлететь и сесть в Гонконге? Если да, то что вам для этого требуется?
Я размышлял довольно долго, секунды три.
— Сомневаюсь, чтобы он смог взлететь. Требуется капитальный ремонт.
— Значит, его нужно отволочь на буксире в Конг. Это я смогу. Путь неблизкий, работа большая. А пока нужно спасти вас двоих, верно?
— Троих.
— Ладно, троих. Вы готовы записать текст контракта?
— Прикуси-ка язык, Джинкс! — вмешался в наш разговор женский голос. — Би-Джей-семнадцать, говорит Мэгги Снодграсс, главный оператор и менеджер «Красных дьяволов» — пожарной, полицейской и спасательной команды поселения «Сломанный нос». Ни на что не соглашайтесь, пока не услышите мои условия… потому что Джинкс собирается вас ограбить.
— Привет, Мэгги. Как Джоэл?
— Бодр, как огурчик, и богаче, чем когда-либо. Как Ингрид?
— Упряма, как никогда, и заложила еще один пирожок в духовку.
— Вот здорово! Поздравляю! Когда ждете?
— На Рождество, а может, на Новый год — так мы прикинули.
— Обязательно загляну к ней до родов. А теперь окажи любезность, отойди в сторонку и не мешай заключить с этим джентльменом честную сделку.
Или придется расколоть твою скорлупу и выпустить воздух. Я-то тебя вижу, ты только что перевалил через гребень. Я выехала одновременно с тобой, как только Мэрси передал координаты. Джоэл, сказала я мужу, «вольво» на нашей территории, но эта лживая бестия Джинкс наверняка попытается слямзить его у меня из-под носа. И ты меня не подвел, дружок, — легок на помине.
— И уходить не намерен, Мэгги, — даже готов подбросить тебе под гусеницу небольшое фугасное напоминание, если не угомонишься. Ты ведь знаешь правило: ничто на поверхности не принадлежит никому… если только ты не усядешься на этом месте… или же не поселишься на поверхности или под ней.
— Это ты так понимаешь правила, а не я. Их придумали крючкотворы из Луна-Сити, а я им никогда не давала полномочий говорить от моего имени.
Давай-ка перейдем на четвертый канал — разумеется, если не хочешь, чтобы все в Конге услышали твои мольбы о пощаде и последний вздох.
— Ладно, пусть будет четвертый, Мэгги, старая ты пердунья.
— Четвертый канал. Ты кого нанял, чтобы вытащить эту рухлядь, Джинкс?
Если бы ты всерьез собирался спасать, ты явился бы сюда с транспортером вроде моего, а не на грузовичке-роллигоне.
Я переключился на четвертый канал одновременно с ними и теперь молча слушал. Они показались из-за горизонта почти одновременно, Мэгги с юго-запада, Джинкс с северо-запада. Я легко видел обоих, поскольку наш главный иллюминатор после падения смотрел на запад. Роллигон (судя по разговору, то был Гендерсон) оказался чуть ближе к нам, и перед самой его кабиной торчало нечто вроде
